Стервятники

– Прости меня, я грубо обошелся с тобой.
– Можешь обращаться со мной, как хочешь, я буду только счастлива. – Она прижалась к нему и поцеловала. – Расскажи, что ты нашел. Есть ли в лагуне корабль?
– Есть. Отличный корабль. Очень красивый, но не так, как ты.
Хэл торопил, поэтому лагерь свернули и выступили немедленно. Сам Хэл с Аболи шел впереди, отыскивая дорогу, и вел свой отряд к лагуне.
Когда они добрались до реки и спустились в ущелье, Хэл оставил здесь Большого Дэниела и всех моряков, кроме Неда Тайлера. Никто не подозревал, что сокровище всего в кабельтове от них.
– Ждите меня здесь, мастер Дэниел. Я должен отвести остальных в безопасное место. Хорошо укройтесь. Я вернусь после наступления темноты.
Аболи пошел с ними, и Хэл провел остальную часть отряда по дальней стороне ущелья, потом обогнул холмы. Они подошли к песчаным отмелям, отделяющим материк от острова, на котором когда-то строили брандеры.
Солнце уже перевалило далеко за полдень, и Хэл разрешил отдыхать до темноты. Как только стемнело, перебрались вброд через отмели; Хэл нес Сакину на спине. Добравшись до острова, углубились в густые заросли, где их не могли заметить из пиратского лагеря.
– Никакого огня! – предупредил Хэл. – Разговаривать только шепотом. Зваанти, не давай маленькому Бобби плакать. Никто не отходит в сторону. Держитесь ближе друг к другу. Пока меня нет, командир Нед. Подчиняйтесь ему.
Хэл и Аболи прошли зарослями через остров и вышли на берег лагуны. То место, где они строили брандеры, заросло подлеском. Они искали ощупью, пока не нашли два суденышка, не использовавшихся при нападении на «Чайку», и подтащили их ближе к берегу.
– Поплывут? – сомнением спросил Аболи.
– Нед хорошо их сколотил, и они кажутся достаточно прочными, – ответил Хэл. – Когда разгрузим горючее, они встанут в воде выше.
Они выгрузили из корабликов просмоленные дрова.
– Так-то лучше, – удовлетворенно сказал Хэл. – Теперь они легче, и ими проще управлять.
Они снова спрятали суденышки, забросав их ветками.
– У нас еще много дел до рассвета.
Хэл отвел Аболи назад, туда, где находился отряд Альтуды.
– Не буди Сакину, – предупредил он ее брата. – Она устала и должна отдохнуть.
– А ты куда? – спросил Альтуда.
– Некогда объяснять. Мы вернемся до рассвета.
Он повернул к мерцающим огням пиратского лагеря, часто останавливаясь и осматриваясь, пока не встал у подножия высокого дерева.
– Это оно.
Концом сабли порылся в мягкой суглинистой почве у корней. Металл ударился о металл, и Хэл вытащил золотую цепь и подставил под лунный свет.
– Это печать навигатора твоего отца, – сразу узнал ее Аболи.
– И кольцо. И еще медальон с портретом моей матери. – Хэл распрямился и обтер влажную землю со стекла, защищавшего миниатюру. – Теперь, когда это снова у меня в руках, я чувствую себя человеком.
И он спрятал сокровище в кожаную сумку.
– Уходим, пока нас не обнаружили.
Уже за полночь они снова спустились в ущелье, и Большой Дэниел негромко окликнул их, когда они добрались до речного берега.
– Это я, – успокоил его Хэл, и все остальные появились из укрытия.
– Оставайтесь здесь, – приказал Хэл. – Мы с Аболи скоро вернемся.
Они вдвоем пошли вверх по течению. Хэл первым поднялся по склону и пробрался в темную пещеру. Работая при слабом свете свечи, они связали сабли по десять штук и сложили у входа. Хэл опустошил один из ящиков с драгоценным содержимым, презрительно бросив золотые слитки в угол пещеры, и положил в опустевший ящик двадцать пистолей.
Потом они выкатили бочонки с порохом и запальными шнурами на карниз и устроили из веревки подъемник. Хэл спустился вниз. Добравшись до берега, он негромко свистнул. Аболи спустил к нему бочонки и связки оружия.
Работа была тяжелая, но мощные мышцы Аболи позволили выполнить ее. Закончив, Аболи спустился к Хэлу, и они начали перетаскивать добро туда, где ждали Большой Дэниел и остальные моряки.
– Узнаю, – усмехнулся Большой Дэниел, проводя рукой по саблям, а потом осматривая их в лунном свете.
 
– Вот тебе еще кое-что, что ты узнаешь. – И Хэл дал ему тащить два тяжелых бочонка с порохом.
Взяв столько, сколько выдерживали спины, все поднимались по склону ущелья, сваливали груз и спускались за следующим. Наконец, нагрузившись до предела, они ушли в лес. Хэл только однажды отклонился от общего пути: два бочонка с порохом, связку фитилей и три сабли он спрятал в пещере с настенными росписями. И они двинулись дальше.
Уже почти рассвело, когда они присоединились к Альтуде и его группе на острове. Поели холодного копченого мяса, приготовленного для них Сакиной и Зваанти. Потом, когда все завернулись в одеяла, Хэл отвел Сакину в сторону и показал ей большую печать навигатора и медальон.
– Где ты это нашел, Гандвейн?
– Я спрятал это в лесу в день, когда нас захватили в плен.
– А кто эта женщина?
Сакина разглядывала портрет.
– Эдвина Кортни, моя мать.
– О, Хэл, она прекрасна. У тебя ее глаза.
– Дай моему сыну такие же.
– Постараюсь. От всего сердца постараюсь.
После полудня Хэл поднял отряд и распределил обязанности.
– Саба, достань пистоли из ящика и извлеки заряды. Перезаряди и снова сложи в ящик, чтобы они оставались сухими.
Саба сразу принялся за работу.
– Большой Дэниел поможет мне грузить лодки. Нед, отведи женщин ниже по берегу и объясни им, как помочь спустить вторую лодку, когда придет время. Они должны все оставить здесь. У нас не будет ни места, ни времени для лишнего груза.
– Даже для моих сумок? – спросила Сакина.
Хэл заколебался, потом твердо ответил:
– Даже для твоих сумок.
Она не стала спорить, только бросила на него скромный взгляд из-под длинных ресниц и вместе с Зваанти, несущей на спине Бобби, пошла вслед за Недом по лесу.
– Идем со мной, Аболи.
Хэл взял его за руку, и они неслышно двинулись к верхушке острова. Здесь они поползли и ползли, пока не смогли лечь и посмотреть через пространство открытой воды туда, где на берегу под укреплением лежали шлюпки с «Чайки» и «Золотого куста». Пока они наблюдали, Хэл объяснял подробности и некоторые изменения своего первоначального замысла. Аболи время от времени кивал татуированной головой. Наконец он сказал:
– Хороший и простой план, и, если боги будут добры, все получится.
В лучах заходящего солнца они рассматривали два корабля, стоявшие на якоре в проливе, и наблюдали за деятельностью на берегу. Когда стемнело, те, кто копал для Канюка траншеи, освободились. Некоторые пошли купаться в лагуну. Другие в шлюпках поплыли на «Чайку».
Среди деревьев поднимался дым кухонных костров и легкой пеленой стелился по воде. Хэл и Аболи почувствовали запах жареной рыбы. Над неподвижной водой далеко разносились звуки. Они слышали голоса и даже могли разобрать отдельные слова: какое-нибудь проклятие или шумный спор. Дважды Хэлу показалось, что он узнает голос Канюка, но его самого они не видели. Когда почти совсем стемнело, от «Золотого куста» отошла шлюпка и направилась к берегу.
– На корме Сэм Боуэлз, – сказал Хэл голосом, полным отвращения.
– Капитан Боуэлз, если Джири сказал правду, – поправил Аболи.
– Почти пора действовать, – сказал Хэл, когда стоящие на якоре корабли начали сливаться с темной массой леса за ними. – Ты знаешь, что делать. Помоги тебе Господь, Аболи.
Он пожал ему руку.
– И тебе, Гандвейн.
Аболи встал и спустился к воде. Он бесшумно поплыл по каналу, оставляя на темной поверхности слабо фосфоресцирующий след.
Хэл через кусты вернулся туда, где у неуклюжих корабликов ждали остальные. Он усадил их тесным кружком возле себя и негромко заговорил. Потом заставил каждого повторить полученные указания и поправлял, если они ошибались.
– Теперь остается только ждать, пока Аболи не сделает свое дело.