Типичный огородник 3 (СИ)

Хотя, тут не всё так просто. В мире Системы живут либо слишком выносливые народы, либо народы с магической защитой. И, по словам того же древня-гиганта, который переговорил на эту тему со своим сыном, люди могут жить в мире Системы лишь при условии, что они не будут далеко отходить от источника «живой воды». Иными словами, людей не отправишь в приключение по лабиринту на целый день.
  
Вампирша Алиса предложила радикальный выход из данной ситуации. Превратить всех в нежить! И далеко не факт, что эта нежить будет разумна. В ответ Иван Савельевич попросил вампиршу и древня-гиганта поискать иные варианты выхода из данной ситуации.
И вскоре была придумана очень сложная и крайне ненадёжная схема. Бывшая вампирша Василиса собирает души. В обмен на эти души, по выгодному для нежити курсу, кто-то из приближённых к Владычице Смерти согласился перетягивать души знакомых Ивана Савельевича в мир системы. А местный божок вселяет эти души в местных сказочных существ, которые погибли в мире Системы (дефицита в телах в столь жестоком мире уж точно не будет).
Вся эта договорённость сшита белыми нитками. И в любой момент, даже по причине банального ротозейства местного божка, всё может накрыться медным тазом. Да и остальные боги смотрели на всё это как-то «косо». Но всё же, в награду за то, что на участке Ивана Савельевича смогли-таки собраться лидеры различных фракций (и даже что-то решить), пенсионеру было подарено огромное чёрное зеркало. Достаточно было к нему прикоснуться, и ты попадаешь в очередную магическую таверну. А в этой таверне можно встретиться с человеком, которого ты желаешь перетянуть в мир Системы.
Разумеется, зеркалом мог пользоваться только Иван Савельевич. И разумеется, можно было придумать кодовое слово, чтобы тебя случайно не затянуло в эту таверну.
Поэтому поздней ночью, когда все улеглись спать, а Иван Савельевич приложил руку к чёрному стеклу и тихо прошептал: «Сим-Сим, откройся». И почти тут же пенсионер оказался в очередной магической таверне, в которой хозяйничала самая обычная молодая брюнетка. Правда её одежда показалась Ивану Савельевичу немного «вызывающей». Вырез на белой блузке был слишком уж глубокий, а чёрная юбка практически ничего и не прикрывала. Но сам факт того, что перед пенсионером был обычный человек, очень сильно удивил старика.
Правда удивление это продлилось ровно до тех пор, пока девица не заговорила:
— Иван Савельевич, я вас так рада видеть!
— И я рад, что с тобой ничего плохого не случилось.
— Посмотрите на меня! Правда же я красива и соблазнительна? А вы меня постоянно в какого-то рогатого поросёнка превращаете! Это очень обидно.
— Ты и в жизни так выглядишь? — поинтересовался Иван Савельевич у суккубы. — Или снова пытаешься меня иллюзией соблазнить?
— Нет!! — почему-то испугалась суккуба. — Сегодня я даже не думала вас вводить в заблуждение. Это мой настоящий облик. Почти.
— Почти?
— В реальной жизни я ещё сексуальнее. Но я боюсь, что если вы в меня влюбитесь с первого взгляда, то меня тут же убьёт госпожа Скайлер.
— Не в том я уже возрасте, чтобы в голые сиськи влюбляться.
— А за что вы тогда любите госпожу Скайлер?
— За то, что с ней не приходится разговаривать как с глупым ребёнком.
— Иван Савельевич! — возмутилась суккуба. — Вообще-то мы с госпожой Скайлер почти ровесницы! Разница всего лишь в пару столетий! Скажите честно, вас пленила её сила? Или её богатства? А может быть вам нравятся длинноухие женщины?
Иван Савельевич лишь сокрушённо покачал головой. Но прежде, чем он успел продолжить разговор, за его спиной раздался неуверенный женский голос.
— Савельич?
— Привет, бабушка Зина. Не пугайся меня так сильно. Я не кусаюсь. Наоборот, молодых девиц соблазняю.
— С такой-то рожей⁈ Ты себя-то в зеркале видел? Девочка, а ты нормальная? Он ведь «костлявая с косой»!
— Зинаида, ты на себя вначале посмотри! Ты кем вообще вырядилась?
Бабушка Зина приподняла бровь и с вызовом поинтересовалась у пенсионера:
— Ну-ка, хрен костлявый, скажи мне, глядя прямо в глаза, что я тебе не нравлюсь!
  
Глава 42
 
Бабушка Зина
 
Иван Савельевич находился в очередной иллюзии суккубы. В пространстве, где расстояние и время не имели никакого значения. В месте, где он или его собеседник могли выглядеть как угодно. Однако пенсионер упрямо оставался в своём реальном облике лича, не желая поддаваться искушениям демоницы.
А вот бабушка Зина никогда, даже в годы своей молодости, не была столь красивой рыжей красоткой.
Кстати, на самом деле бабушку Зину звали Сидорчук Зинаида Петровна. Эта та самая старушенция, которая почти в одиночку перебила всех зубастых монстров, которые объявились на месте дачного участка Ивана Савельевича. И прямо сейчас она увлечённо рассказывала пенсионеру, как от этих монстров отбивалась:
— … Я в дачном домике заперлась и на дверь навалилась. Думаю, если сейчас выломают, то тут же и съедят. Вдруг слышу, оконное стекло разбилось, и эти мелкие гады через разбитое окно ко мне лезут. Но я же ещё в 90-е, когда мою дачную избушку несколько раз грабанули, на окна решётки поставила. Так эти зубастые твари между прутьев застряли. Мне оставалось только взять вилы и колоть без передышки. А там уже и первые выстрелы раздались.
Сейчас, когда я тебе это всё рассказываю, кажется всё простым и забавным. Но тогда я вообще от ужаса ничего не соображала. Знатную свинью ты подложил всем Савельич.
— Причём тут я? У меня нет ни сил, ни возможности дачные участки в иные миры перетаскивать. А местное божество совсем ещё молодое. Постоянно где-то и как-то косячит.
— И как вообще всё устроено, в «ином мире»? — с неподдельным интересом спросила бабушка Зина.
— Смотря про какой мир ты спрашиваешь, — с усмешкой в голосе решил уточнить Иван Савельевич. — Я же тебе уже сто раз объяснял, что я не умер. Просто стал нежитью и продолжаю жить среди живых. А в целом, всё как обычно. Главный начальник постоянно косячит, а его папашка постоянно ему задницу прикрывает. Лидеры местных партий выдумывают какие-то нелепые законы и творят всякую дичь. При этом каждый из этих лидеров вроде бы и прав. Но стоит только внимательнее прислушаться к их словам, и ты словно в какую-то дурку попадаешь.
Сам же я стал председателем колхоза. Думаю, так тоже можно назвать мою должность. Руковожу участком в несколько гектар. Сейчас выращиваю тыквы, развожу гигантских червей, которые тут вместо мраморной говядины, и всячески отбиваюсь от местных кривоногих гномов, которые так и норовят на моём участке алкомаркет построить с публичным домом.
— А у тебя сухой закон что ли⁈ — то ли удивилась, то ли возмутилась бабушка Зина.
— На моей земле живёт целая куча детей. Зачем им глазеть на пьяные зелёные рожи и слушать пьяные маты? Но уходить в соседние колхозы и нажираться там, я не запрещаю. А что до публичного дома, то я снова женился. И моя новая жена даже разговаривать на эту тему не желает. Грозит немедленным разводом, если хоть одна шлюха вокруг меня будет виться. Как я понял, первый её муж тем ещё бабником был. Вот теперь она и ревнует к каждому гвоздю.
  
— Опять какую-то стерву подцепил! — хлопнула по столу Зинаида. — Савельич, почему тебя так и тянет на каких-то баб ненормальных? Неужели других рядом нет? Хотя, да. С такой-то рожей на тебя сейчас вряд ли «нормальные» позарятся. Но и раньше вокруг тебя какие-то психопатки ошивались. Ты их как магнитом притягиваешь!
В этот момент, где-то в стороне, протестующее хмыкнула суккуба. С какой это стати она психопатка⁈ Тут и без приказа «начальства», у неё была вполне объективная причина удержать Ивана Савельевича рядом с собой и желательно как-то избавиться от Скайлер.