Падение Империи. Часть первая (СИ)

Так, различные домыслы и слухи на ровном месте. Непонятно, с чего вдруг таким людям вмешиваться в рядовое, по сути, события. Их дело шпионов ловить, как резонансное задержание княжны Белорецкой. Вроде и громкое дело, и событие для новостей, но нет — дуэль все затмила.
Следующую неделю Коля активно приходил в себя, и ближе к дате он уже был полностью здоров. Это его радовало. А вот что не радовало, так это то, что ему придется очень скоро расплачиваться за помощь и заменять тех, кто брал его смены. Анна пришла чуть раньше всех остальных, и когда компания во главе с Сашей вломилась к нему в квартиру они увидели их сытых и довольных. Они сидели на кухне, весело смеялись над разными историями, а засохшие корки от пиццы намекали, что они тут не только что ее съели.
  
— Ничего себе, — громким шепотом сказал Колин приятель Наташе.
— А я знала, — подмигнула она ему в ответ. — Чувствовала!
Грани приличий Анна и Коля не переходили, но весь вечер, пока все готовились к просмотру «самой громкой дуэли», они не замечали никого вокруг, и говорили исключительно друг с другом. Даже курить выходили вдвоем, отдельно от всех. Очень скоро, в основном стараниями Саши и Наташи, их перестали вытягивать на разговор.
— Скоро начнется, давайте сюда, — позвали их ближе к основному действу.
— Любишь такие зрелища? — уточнила Анна у Коли, когда они несли стулья в зал.
— Признаться, я не большой любитель, — честно ответил он. — Я скорее был рад собраться, а то устал дома сидеть.
Девушка удовлетворенно кивнула, сам Коля мысленно поставил себе «плюс» за правильный ответ. Их взгляды совпадали, и ему это нравилось. Как и сама девушка. Наконец, они расселись перед экраном.
— Минутку внимания, — поднялся Саша. — Если кто-то хочет открыть пакет с чипсами, похрустеть сухарями, почавкать так, что не будет слышно ровным счетом ничего, то сделайте это заранее. Не надо мешать другим людям смотреть!
Послышались негромкие разговоры и шутки про кинотеатр, а потом секунд тридцать стоял шелест открывающихся чипсов и других закусок. Саша дождался тишины, и включил.
— … и все мы знаем, зачем вы здесь, на моем канале! — бодрый голос вещал с экрана. — Вечер дуэлей сегодня выдался особым, и я рад быть вашим ведущим. Не будем тянуть кота за хвост, и перейдем к сегодняшним парам. В первую очередь, княжич Рудов против младшего Аксенова.
— Этот княжич только дуэлями занимается? — невинно поинтересовался Коля. — Как не услышу про него — вечно дерется с кем-то.
— Он очень успешный аристократ, который активно восстанавливает род. Многие от этого не в восторге, вот и отстаивает, — пояснил Саша. — А теперь тихо!
— … в этой паре нет ничего удивительного. Стандартная дуэль до потери сознания либо сдачи. Маги и холодное оружие. Следом у нас идут пара княжичей Белова и Медведева. Тут что-то необычное, пусть они и сильные маги, но дуэль будет исключительно на холодном оружии. Давно мы такого не видели, это будет то еще зрелище.
— Так себе, — сказал Леша. — С магией намного интереснее. На холодном будут друг в друга тыкать до первой крови. Никакого праздника.
— … и наконец, мои маленькие любители крови, главная пара вечера. Прецедент, который приводит то ли в ужас, то ли в восторг. Простолюдин против дворянина. Дааа… Алексей Сергеевич Пономарев провел огромную работу по изучению законов, пока не нашел лазейку…
— Ага, он сам лично и провел, — сочился голос Саши сарказмом.
— … как мы знаем, необходимые поправки уже внесены в закон, но обратной силы он не имеет, и дуэль состоится. Никакой магии, что ставит бойцов в примерно равные условия. Холодное оружие и револьвер с тремя патронами у каждого. И защитный амулет, способный выдержать два попадания, но пропускающий удары холодного оружия. И самое главное решение было принято за полчаса до начала. Дуэль до смерти!
  
Глава 19
 
Стороннему наблюдателю, появись в этом помещении такой, картина бы показалась не предвещающей беды. Двое мужчин сидят за небольшим столиком, пьют чай и едят…
— Нет-нет, — отказался тот, что помоложе, от предложенного угощения. — Лучше на голодный желудок, мало ли мне в живот попадут.
Капитан Корсаков, а это был именно он, спокоен и расслаблен был лишь внешне. Ему не нравилась ситуация, ему не нравилось его ближайшее будущее, а если он выживет, то дальнейшая его судьба не нравилась ему еще больше. В целом все это скверно пахло.
— Обязательно было устраивать это вот… — Леонид неопределенно покрутил кистью. — Можно было тихо решить этот вопрос, и в случае моей победы о его унижении и не узнали бы. А там извинения, все дела…
— Нет, — Иван Иванович отпил чай и вернул кружку на стол. — Вы хотели видеть меня своим секундантом. А еще я человек в некоторых делах опытней вас, хотя бы в силу возраста, поэтому верьте мне.
Корсаков ему верил, хотя знал про него очень мало. Странный человек. Работает в Третьем отделении, ходит в неброской одежде и ездит на таких же машинах. Определенно принадлежит к аристократам, но вряд ли род высоко сидит, уж очень он просто общается с ним. Или это из-за работы? И все же по непонятной причине Семен Матвеевич его очень уважает, а Елена Михайловна… боится? Наверное да, именно боится.
— Верю, — ответил капитан. — И все же не по себе. Обязательно устраивать из этого шоу?
Он встал из-за стола, и подошел к окну, которое заменяло одну из стен. Звук стекло не пропускало, и было странно видеть полный стадион людей, которые беззвучно прыгали и кричали прямо перед ним.
— В публичности спасение, — пояснил Иван Иванович. — Вы будете на виду у камер, за каждым вашем движением, за каждым вздохом будут следить миллионы людей. Каждое ваше движение потом будут разбирать настоящие и ненастоящие эксперты. В таких условиях остается только придерживаться правил.
Корсаков недолго помолчал, но все же решил высказаться.
— Вы наверняка сталкивались по своей работе с аристократами. Я тоже вел несколько дел, а еще видел последствия других дел при участии дворян.
Иван Иванович молчал.
— Знаете, я со своим небольшим опытом вас не удивлю, но хотелось бы напомнить, что когда аристократии правила мешают, они их или нарушают несмотря ни на что, или пишут новые правила. Иногда задним числом.
— Такое бывает, — не стал спорить представитель Третьего отделения. Он не стал говорить, что такое бывает даже слишком часто. — Но и последствия от таких действий есть. Пономарев не всенародный любимец, у него есть не только друзья с приятелями, но и враги. Он знает о них, и не будет подставляться.
— Ага, — без энтузиазма заметил Корсаков. — Меня это очень успокоило.
Узнав о его секунданте Семен Матвеевич развил бурную деятельность. При первой встрече капитана и Ивана Ивановича тот был сильно удивлен, пусть и пытался не показывать. Он внимательно выслушал просьбу Корсакова и согласился. Более того, пообещал найти юристов. Капитана вызвали, и условия дуэли выбирал он. В то же время юристы его противника искали пункты законов, которые должны были не дать Леониду преимуществ. Эта битва длилась долго, и сам он в ней даже не участвовал. Отношение к результатам было разное. Иван Иванович считал условия дуэли отличными. Корсаков — нет. Их спор периодически вспыхивал с новой силой.
— Поймите же вы, он не умеет стрелять. Да практикуйся он хоть каждый день, этому не научиться так быстро. Тем более из револьвера.
— Зато он умеет фехтовать, а я скорее себя пораню.
— Для этого и существуют равные условия. Вы умеете стрелять, он — фехтовать, а амулет нужен для того…
  
— … чтобы у него было время сблизиться и проткнуть меня, — ворчливо заметил Корсаков. — Почему амулет спасает только от двух выстрелов, а от ударов нет? Мне надо попасть три из трех, а ему за это время лишь сократить дистанцию.
Михаил Евграфович под личиной Ивана Ивановича тяжело вздохнул. Отвык он от постоянных споров с молодыми за время на своей должности. Ему было достаточно лишь приказать, и люди шли выполнять, не задавая лишних вопросов и не кидая косых взглядов. С капитаном же за прошедшие дни это был не первый, и даже не десятый спор. И все на одну и ту же тему. Даже присущее ему хладнокровие иногда в такие минуты давало трещину, и он хотел снять личину, приказать капитану слушать его приказы, и поставить на место. Но… что-то не давало ему так поступить. Вот и вынужден был раз за разом убеждать капитана. Призывать его успокоиться. Не мог же он сказать ему правду, честное слово. Да и как он объяснит, что силы всего отдела аналитики и штатные юристы Третьего отделения тщательно все изучали и искали оптимальные условия для дуэли? У Ивана Ивановича таких полномочий не было и быть не могло. Они были лишь у Императора и главы Третьего отделения. На основе известных данных аналитики давали восемьдесят шесть процентов на победу капитана. Для него это была очень даже хорошая вероятность.