Дыхание смерти (СИ)

За мистером Дюком шел мужчина в темном пальто и шляпе. Подойдя ближе, он оглядел оставшихся в живых пассажиров и проговорил:
— Приветствую вас, дамы и господа! Меня зовут доктор Майкл Вудс. Похоже, наш поезд лавиной сбросило с путей. Мы только что попытались осмотреть перевернутые вагоны, к которым смогли добраться. Там есть раненые, нужно попробовать соорудить носилки и вытащить их. Нам потребуется помощь каждого.
Рядом с Арианой стояли напуганные и потрясенные люди: мужчины, женщины, дети — все они внимательно слушали речь доктора. В эту минуту каждому из них нужен был тот, кому можно было доверить собственную жизнь. Девушка посмотрела на него и вдруг подумала, что своей выправкой, манерой поведения и разговора доктор напоминает военного.
— Возможно, ему приходилось участвовать в военных кампаниях, — вскользь подумала она.
Пока мужчины из подручных средств сооружали носилки, доктор Вудс осмотрел порезы и ссадины ребенка, а затем достал из своего саквояжа небольшой флакончик и, смочив его содержимым носовой платок, начал стирать запекшуюся кровь. Малышка все время плакала и звала маму, которая, вероятно, осталась в вагоне.
«Может, мама девочки жива?» — подумала Ариана, подходя к ребенку и пытаясь успокоить.
Но испуганная малышка все время плакала.
Мистер Рид вместе с мистером Дюком и доктором отправились к перевернутым и покореженным вагонам. Им удалось поднять четверых человек: один из них, пожилой мужчина, был без сознания и все время бредил; у молодой женщины, представившейся мисс Лазарус, была сломана правая рука. Ариана подошла к ней и помогала доктору зафиксировать ее повязкой.
Один из спасенных мужчин оказался проводником вагона. Его звали мистер Крофт. Это был мужчина средних лет в очках, у него была пробита голова. Еле стоявший на ногах молодой человек, который назвался мистером Герви, имел множество ссадин и порезов на лице, придававших ему зловещий вид.
Всем остальным, по словам мистера Вудса, помощь уже не требовалась. Чтобы не думать о произошедшем, люди суетились вокруг раненых и оказывали помощь доктору, а позднее взоры всех снова обратились к нему.
— Что будем делать? — спросил мистер Рид, оглядывая оставшихся в живых пассажиров.
Доктор потер переносицу, словно прикидывая возможные варианты.
— Из-за сошедшей лавины и снегопада спасатели еще нескоро доберутся сюда. В купе проводника мы нашли карту, судя по ней, здесь недалеко есть небольшая деревня Де-Коли, — начал мистер Вудс. — Я предлагаю, пока светло, попытаться дойти до этого поселения, ведь ночью в горах опасно и довольно холодно.
Люди переглядывались, не в силах принять решения. Идти с детьми и раненными по скользким склонам было опасно, но оставаться здесь тоже не хотелось.
Ариана решила для себя, что непременно пойдет с доктором. Ее пугала возможность провести ночь в горах.
— Но сможем ли мы добраться до людей засветло? — спросил мистер Рид. — И как не подготовленным людям, да еще с детьми и раненными идти по такой местности?
— Если выйдем в ближайший час, то у нас есть шанс, — убежденно проговорил мистер Вудс. — Как показывает карта, здесь примерно мили три-четыре. Придется очень постараться, если хотим выжить. Ведь шансов дождаться здесь спасателей еще меньше. Я никого не заставляю, кто не хочет, может остаться тут.
После недолгих споров было решено спускаться к деревне.
— Идти придется медленно и очень аккуратно, желательно след в след, чтобы не угодить в провал. Соберите всю теплую одежду, какую найдете, и наденьте на себя, на детей и раненных. Будем спускаться налегке, с собой возьмите только документы. — говорил доктор Вудс.
Мистер Рид вернулся в свое купе, чтобы забрать паспорта и теплые вещи, он также захватил с собой сумочку Арианы, предположив, что там находятся ее документы, и дорожный плед.
— Спасибо огромное, — проговорила девушка, когда мистер Рид протянул ей вещи.
Натянув все, что удалось найти в багаже, вереница оставшихся в живых пассажиров начала спускаться в направлении, где, как показывала карта, находилась небольшая деревня Де-Коли. Снег шел не переставая, поэтому ноги бывших пассажиров поезда проваливались в сугробы, к тому же приходилось нести с собой носилки с раненым. Детей взяли на руки, потому что они то и дело увязали в глубоком снегу.
 
Мистер Рид поддерживал за локоть свою жену, их внука Генри посадил себе на плечо мистер Дюк. Ариана, укутавшись в плед, шла рядом со своими бывшими попутчиками. Наверное, нет ничего труднее, чем прокладывать дорогу. На каждом шагу ноги девушки уходили в снег по самое колено, а то и глубже. Через несколько часов было решено устроить привал на небольшой ровной площадке, заросшей низким кустарником. Наломав веток, мужчины развели костер, к которому тянули озябшие ладони люди. Говорили тихо, словно берегли силы, даже дети лишь испуганно жались к знакомым женщинам. Спустя полчаса доктор Вудс встал, отряхивая со своей шляпы снег, и с наигранной бодростью проговорил:
— Так, немного отдохнули, теперь нужно двигаться дальше.
Люди неохотно поднимались со своих мест, но оставаться было нельзя. Вдруг мистер Дюк, склонившийся над носилками, выкрикнул:
— Доктор, этот мужчина, он, кажется, умер.
Мистер Вудс торопливо подошел к раненому и склонился над ним, пытаясь нащупать пульс. Спустя несколько мгновений он поднялся, и оглядев остальных, утвердительно качнул головой.
Каждый прятал глаза, боясь встретиться взглядом с остальными, таким же несчастным, как и он. Но нужно было идти дальше. Тело мужчины было решено похоронить под разлапистым кустом, засыпав его слоем снега и привалив сверху валуном, чтобы дикие звери не раскопали его останки.
Над могилой несчастного доктор Вудс прочитал короткую молитву, а Ариана подумала, что это неправильно быть похороненным в таком ужасном месте.
Через полчаса бывшие пассажиры поезда отправились дальше.
Начиная отсюда, дорога стала не только трудной, но и опасной. Спуск сделался более крутым, а пропасти — глубокими, тропинки по их краю становились все уже. Нагроможденные друг на друга крутые утесы, казалось, вот-вот обрушатся и удерживались на своем месте наперекор законам равновесия.
У природы существует немало возможностей убедить людей в хрупкости их жизни.
Вскоре начался такой сильный снегопад, что люди перестали видеть в нескольких шагах от себя. По всем признакам, скоро должна была разыграться настоящая снежная буря. А люди все спешили, они боялись приближения ночи. Шагали, как во сне, среди безмолвия. А вокруг них был только снег, и горы, и свежий след, впереди идущего человека. Люди часто спотыкались о спрятанные под слоем снега камни, их ноги соскальзывали с них, и они падали, рискуя скатиться вниз.
Вдруг позади них раздался протяжный волчий вой. От неожиданности Ариана вздрогнула, обернулась, ее нога соскользнула с тропы и, не удержавшись, она полетела лицом в сугроб. Двое мужчин сразу поспешили на помощь. От обжигающе холодного снега лицо девушки вспыхнуло, и она долго не могла прийти в себя, время от времени растирая щеки. Ариана вскинула голову вверх, посмотрев на верхушки деревьев и стараясь сдержать слезы.
— Господи, дай мне сил! Я должна выбраться отсюда. Хотя бы для того, чтобы узнать, что случилось с моими родными, — мысленно воззвала она к богу.
В горах темнеет быстро, поэтому сумерки начали спускаться стремительно. Надежды добраться до людей засветло почти не осталось. Вдруг мистер Герви, идущий впереди всех, крикнул, показывая рукой куда-то вперед:
— Там дым! Я чувствую дым!
Все устремились к нему, направляя свои взгляды туда, куда он указывал.
Сквозь пелену снега ничего не было видно, но отчетливо чувствовался горьковатый запах дыма из печной трубы. Из-за порывов ветра, бросающихся в лицо крупные хлопья снега, людям не удавалось разглядеть дома и дым, поднимающийся с крыш, но они чувствовали, что помощь близка и бросились туда, к спасительному теплу. В сгущающихся сумерках с трудом можно было разглядеть несколько провалов, заполненных снегом, но выжившим пассажирам каким-то чудом удавалось их обойти. Люди спускались так быстро, что когда они дошли до окраины деревни, им пришлось остановиться, чтобы перевести дух. Сердце отчаянно билось в груди. Неужели они дошли? Неужели спасены?