Фарса (СИ)
Я посмотрел на лица своих соратников, и понял, что до тех так и не дошло к чему я веду. Поэтому, тяжело вздохнув, и внутренне досадуя на непонятливость аборигенов, я произнес:
— Просто прикажи всем проверенным бойцам болтать у костров про то, что у меня имеется еще один отряд наемников. Мечей, скажем, в сто. И, что именно благодаря ему мы и победили.
— Вряд ли кто-то поверит. — Задумчиво проговорил Гральф. — Сто мечей — это сила, ее так просто не спрячешь. Фураж, опять же. Да и то, что подобная информация только сейчас всплывет тоже подозрительно.
— Да плевать насколько это подозрительно. — Улыбнулся я. — Я же говорю — слухи вещь своеобразная. Чем они нелепее и неправдоподобнее, тем сильнее в них народ верит. Фураж, отсутствие информации, все это неважно. Главное, чтобы твои ребята рассказывали это простым солдатам в подпитии и под строгим секретом. Мол, были в походе, видели этих мордоворотов баронских, только тсс!
— А еще можно сказать, что нам помогли бароны Гоф и Тедар. — Внезапно вступила в разговор доселе молча слушавшая нас Лисара.
Мы с Гральфом, не сговариваясь, удивленно повернули головы к девушке.
— Ну а что? — Слегка зарумянилась она, однако глаз не опустила. — Талек, ты же сам говорил, что чем абсурднее слухи, тем охотнее в них верят. А эти два барона тебе мешают. Так почему бы не сделать их изгоями в Фарском обществе? Хотя бы частично. Скажем, что они предупредили нас о вторжении фон Раста, поделились фуражом, а также дали прибежище на своих землях твоей тайной сотне. Таким образом и соседей подставим, и ответим на часть вопросов о наемниках.
Сказать, что я был ошарашен — ничего не сказать. Как-то вдруг из забитой рабыни выросла целая местная Мата Хари. А я это дело прошляпил. Непорядок. Пожалуй, нужно почаще общаться с Лисарой. А еще лучше — приставить ее, наконец, к какому-нибудь более-менее серьезному делу.
* * *Это был позор. Не потому, что он потерпел поражение, нет. Воинская удача — дама непостоянная и крайне ветреная. Сегодня она благоволит одним, завтра — другим. И нет ничего постыдного в том, чтобы проиграть более сильному и удачливому противнику. Стыдно было струсить. А он, Отто фон Раст, именно что струсил. Бежал как заяц, спасая свою шкуру, совершенно позабыв о своих товарищах. За что очень скоро и поплатился. Яростная и справедливая Хаймат не замедлила с наказанием за его малодушие.
Тот момент почти не отпечатался в его сознании. Помнил, как улепетывал, изо всех сил подгоняя своего верного коня. Помнил, как заметил странное шевеление в кустах. Помнил миг полета и темноту, накрывшую его спустя долю мгновения.
Эта же самая темнота и была первым, что он увидел, когда сознание к нему вернулось. Приступ паники охватил барона. Ему показалось, что его ослепили. Он попытался проверить свои глаза руками, дабы убедиться, что это не так. Но не смог. Руки, как, впрочем, и ноги, его были крепко-накрепко связаны. И понял он это только сейчас.
Как это ни парадоксально, но осознание этого факта немного успокоило барона. А боль в затекших конечностях отрезвила. Раз его связали, значит он в плену. Следовательно, с ним будут договариваться. А раз так, то пленителям незачем его ослеплять. Слепой он никому не нужен.
Почти полностью придя в себя, Отто фон Раст попытался понять где он находится. Но не смог. Странное это было место, непонятное. Ни проблеска света, ни сквозняков. Лишь полная, всеобъемлющая темнота. И тишина. О да, последняя была тут настоящей королевой. Она обволакивала, убаюкивала, оплетала. Ему даже показалось, что он умер, настолько всеобъемлющей она была.
Спасение вновь пришло оттуда, откуда он и не надеялся. Внезапно он расслышал неясные звуки, полностью разрушившие окутывающую его тишину:
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук!
Некоторое время он вслушивался в этот стук, не понимая откуда тот исходит, а потом до него дошло, что это всего-навсего его сердце. Его живое, бьющееся сердце! Значит, он жив! Значит, не умер!
Он так и сидел, вслушиваясь в биение своего сердца до тех пор, пока сверху не раздался неясный шум. Он поднял голову и тут же зажмурился — по глазам резанул свет. Всего лишь масляная лампа, но, для него, неизвестно сколько просидевшего в полной темноте, ее неяркое сияние для барона были сейчас сродни сиянию тысячи солнц.
— Добрый вечер, Отто. — Раздался молодой голос. Кому он принадлежал барон фон Раст не знал, так как все еще не решался открыть глаз.
— Кто… Вы? — Прохрипел он.
— Как, неужели вы меня не узнали? — Незнакомец даже не пытался скрыть насмешки. — Ой как нехорошо. Вы пришли ко мне в дом, нагадили тут, а потом оказывается, что вы даже не знаете своего противника в лицо? Нехорошо, барон, нехорошо.
— Вы тот, кто называет себя законным наследником Киффера?
— Я не называю себя наследником Киффера, я и есть наследник Киффера. — Резко ответил юноша, вмиг растеряв всю свою напускную дурашливость. — И чем раньше вы и ваш друг, барон фон Мормах это поймете, тем лучше будет для вас же.
— Вот даже как? — Хмыкнул пленный барон. — Чего вы хотите, юноша?
— Справедливости. — Раздалось в ответ. — Вы пришли на мои земли, вы убивали моих людей, грабили их дома, сжигали деревни. Справедливо будет, если я то же самое проделаю с вашим доменом.
Отто фон Раст напрягся. Он почему-то не сомневался, что этот странный юнец сможет исполнить свою угрозу. И ему стало страшно. Да, в его баронстве еще оставалось достаточно сил, дабы отбить любое нападение. Да и фон Мормах поможет, но некоторый ущерб новоявленный барон фон Киффер все же сможет нанести.
— Но я человек не воинственный. — Продолжил юноша, вырывая пленника из напряженных раздумий. — Да и проливать лишний раз фарскую кровь у меня нет никакого желания. Нас осталось слишком мало, и слишком уж близко манкарийцы подобрались к нашим границам. Кто даст им отпор, если у нас начнется междоусобица? Поэтому, я хочу с вами и бароном фон Мормахом договориться.
Сказать, что барон фон Раст был удивлен — ничего не сказать. Всякого он ожидал от этого юнца, но не такого. И, хаос побери, тот был даже в чем-то прав. Действительно, фарсов осталось не так уж и много, и Хольтриг не упустит своего шанса, если почувствует их слабину. Чего ни в коем случае нельзя было допускать. Поэтому, после недолгой паузы, Отто фон Раст ответил:
— Хорошо, господин барон, я готов договариваться.
Глава 25
На очередные переговоры с бароном фон Мормахом мы двигались довольно внушительной компанией. Меня сопровождали волчата Чеза, донья ди Марциль и сотня дружинников. И, если наличие первых и второй не вызывало у меня лишних вопросов (разведка и почти что интендант). То вот последние меня беспокоили.
Мне столь мощное сопровождение казалось излишним. Не потому, что я недооценивал противника, или надеялся на свою магию, нет, дураком я не был и прекрасно понимал, что друзьями нам не быть. Особенно после разгромного поражения бедняги фон Раста. Просто не видел смысла в столь нарочитой игре мускулами. К тому же, для солдат имелась и другая, более важная, на мой взгляд, работа.
Однако, Гральфа убедить в своей правоте мне так и не удалось. Мой генерал поднял голову от кучи свитков, которые изучал все то время, пока я выражал свое недовольство по поводу его приказа, и с явно слышимой усталостью в голосе поинтересовался:
— Талек, ты идиот?
— Э-э-э? — Это было единственное, что я смог из себя выдавить в тот момент, ошарашенный столь внезапным вопросом. — Вроде нет.
— Ну раз нет, то зачем задаешь идиотские вопросы?
Но, видя, что до меня все никак не дойдет, добавил:
— Ты барон. И не просто какой-то там, а признанный другими баронами. Про короля уже молчу. И тебе теперь нельзя так просто взять и сделать что хочется, мотаться в одиночку по горам и долинам. Ты должен соответствовать своему званию. И это самое звание требует, чтобы тебя сопровождала дружина.