Фарса (СИ)
Но, столь наглая демонстрация наших возможностей, в данный момент была бы очень неуместна. Зачем лишний раз заставлять нервничать Фарсу, а затем и весь остальной Хольтриг (не говоря уже про соседние страны)? Особенно, до тех пор, пока мы еще не развернулись вовсю, не стали крепко на ноги?
Правильно, незачем. А раз так, то и нападение должно совершаться по всем правилам — с открытием ворот, с боем со стражей, с грабежом. Тогда ни у кого не возникнет сомнений, что случился банальный рейд. А вот как он случился, как дружина допустила? Почему не сумела отстоять твердыню? И прочая, прочая… Пусть фон Мормах сам выясняет. Пусть ищет врагов, предателей, лентяев. Пусть их наказывает.
Да, так пострадают многие, технически совершенно невиновные, люди: солдаты, челядь, возможно, рабы. Но, если так разобраться, какое мне до них дело? Я не мать Тереза, чтобы всех спасать, и не представитель какой-нибудь общественной организации, чтобы «выражать озабоченность». Все они мои враги, все они, если нужно, пойдут грабить и убивать моих поданных. А нянчиться с врагами…
Хвала богам, Риэл еще не настолько прогнил, как матушка Земля. Тут еще не докатились до того, чтобы в ущерб себе вылизывать задницу противнику беспокоясь об его хотелках, следя за тем, чтобы он, бедняжка, не поранился. Я подобного не принимал и не признавал.
Да и выгодна была мне подобная суета во вражеском стане. Политически выгодна. Кто самые большие шишки в Фарсе? Фон Мормах и фон Раст! А что случится с их репутацией, когда у одного ограбят его родовое поместье, а отряд второго разобьют? То-то же!
Следующей ночью мы с Ирвоной выбрались на крышу донжона замка Мормах. Задержка почти в сутки обуславливалась банальнейшей причиной — на то, чтобы всех собрать, обговорить общий план, и распределить роли требовалось время. Нападать же днем, у всех на виду, было просто глупо. Вот и решили подождать до следующей ночи.
Осмотревшись, и не заметив ничего подозрительного, я тихо поинтересовался:
— Готова? Помнишь, что нужно делать?
— Талек… — Раздался в ответ тяжелый Ирвонин вздох. — Сколько у нас с тобой было подобных налетов?
— Ладно, извини. — Тут же пошел на попятную я, поняв, что веду себя просто глупо. — Держи ключ. — Я протянул девушке управляющий амулет.
Та, молча, приняв его, не попрощавшись, прыгнула вниз со стены. Я на это только покачал головой и, не сдержав зависти, бросил:
— Позерка. — После чего направился ко входу в башню.
Спустился на первый этаж. Там, в караулке, находились четверо стражников. Двое в данный момент спали, еще двое играли в кости, периодически посматривая на двор сквозь бойницу. Да уж, зря я вчера пел баронской дружине дифирамбы. Не так уж сильно они и дисциплинированы. Хотя, уже одно то, что они не нажрались на посту, говорило в их пользу.
Пройдя мимо игроков, я осторожно, стараясь не шуметь, снял и оттащил в сторону здоровенный брус, которым запиралась дверь донжона. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы дружинники заперлись в башне, и нам пришлось бы их отсюда выкуривать. Нет, все должно выглядеть так, будто стража проспала нападение и, не успев среагировать, вся полегла во время штурма.
Закончив с входной дверью, я направился к той, что вела в подвал. Она располагалась в небольшой нише аккурат за караулкой. С меня семь потов сошло, пока я сумел ее отпереть так, чтобы не издать лишнего шума. Повезло, что кто-то заранее озаботился смазкой замка. Иначе, пришлось бы с ним возиться уже после начала всей операции. Чего крайне не хотелось, ведь впереди нас ждала еще дверь сокровищницы.
Вернув ключи от подвала на их законное место — в небольшой ящичек в баронском кабинете, я вновь вернулся на крышу. Пора было приступать к последней фазе — устранению патрулей. Всех, понятное дело, убивать мы не планировали. Только тех, кто был ближе к воротам и сигнальному колоколу.
Показательно прыгать с крыши, как недавно сделала это рыжуля я не стал. Мог бы, но не рискнул. Это ей, посвященной, подобные выкрутасы, что в туалет сходить. Мне же для подобного фокуса потребуются все мои силы. А разбрасываться ими перед большой дракой, было бы настоящим идиотизмом. Так что спускался я по старинке, при помощи «кошачьего» заклинания. Не быстро, зато надежно.
Спустившись вниз, осмотрелся, активировав сканер. Не увидел точек ни в барбакане, ни в караулке рядом с ним. Что ж, значит Ирвона уже справилась с первой частью своей работы и ждет, когда в дело вступлю уже я. Пожалуй, стоит поспешить. Нужно, чтобы с рассветом и духа нашего в замке не было.
С первой «партией» стражников я расправился играючи. Три быстрых удара стилетом в горло, и все, пишите письма. Со второй тоже. А вот на третьей вышла заминка. Не знаю уж, то ли у этого стражника было обострено шестое чувство, то ли он заметил что-то неладное, а может, просто так совпали обстоятельства. Но, за долю мгновения до того, как лезвие стилета вошло ему в горло, он прикрылся рукой, и удар пришелся в нее.
— А-а-а-а-а! — Завопил вояка, попытавшись отскочить в сторону.
Я не дал ему такой возможности и спустя мгновение таки закончил начатое. Однако, было уже поздно — второй из их тройки стремительно разорвал дистанцию между нами и что есть мочи заорал:
— Тревога! Нападение! К оруж…
Я выпустил прямо в лицо крикуну ледышку, разбивая то в кашу, и обрывая крик. Но, свое черное дело стражник уже сделал, переполошив замок. Мешкать я не стал и, быстро упокоив последнего оставшегося в живых бойца, стремглав бросился к ближайшей лестнице.
Тем временем привратная калитка распахнулась, и во двор вбежали одиннадцать затянутых с ног до головы в железо бойцов. Впереди них двигалась небольшая, изящная фигурка в легкой кожаной броне, голова ее была прикрыта маской. Не обращая внимания на суету вокруг, чужаки двинулись напрямую к главной башне. И, когда они почти добрались до нее, их, наконец, заметили.
— Донжон! Они хотят захватить донжон! — Заорал кто-то глазастый, и в моих ребят тут же полетели первые стрелы.
Я не боялся, что кого-то из диверсантов ранят. На всех них мною была наложена мощнейшая защита Итана (только сейчас я понял, насколько иронично звучало это название в сложившейся ситуации). А вот то, что кто-нибудь заметит странное поведение стрел опасался, поэтому, мигом вернувшись на стену, подобрал у одного из мертвых стражников его лук.
Стрелок из меня был так себе, но, мое ночное зрение и заклинание исцеления позволяли мне стрелять точнее, дальше, быстрее. Чем я и воспользовался, открыв огонь по стрелкам. Не попал, но шухера в их рядах навел знатного.
— Лучники! Вражеские лучники на наших стенах! — Вновь заорал кто-то. А я только усмехнулся. Пусть ловят этих самых лучников, пока мои ребятки обчищают закрома фон Мормаха.
Глава 23
Наш улов составил что-то около полутора тысяч золотых в серебряных и золотых монетах (медь мы не брали принципиально). И еще до трех сотен в драгоценных каменьях. С виду — внушительная сумма. На деле же, у моего «папочки», на момент его смерти, в его казне болталась примерно та же сумма. При том, что доходы Киффера и Мормаха в принципе не сопоставимы.
Не знаю уж что стало тому причиной. То ли его баронская милость сильно поиздержался. То ли, как умный человек, не клал все яйца в одну корзину. Для меня в данный момент это не имело особого значения, так как своей основной цели я достиг, прищемив хвост так много о себе возомнившему барону. Ну а почти две тысячи золотых стали лишь приятным дополнением к хорошо выполненной работе.
С нашей стороны обошлось без жертв и без ранений. Магическая защита и внезапность нападения сделали свое дело. А вот среди защитников… Даже не интересовался. Но, думаю, десятка три наберется точно. Это, не считая парочки слуг, отчего-то решивших вдруг грудью встать на защиту барского добра. Хотя, их, болезных, по-человечески предупреждали.
Ушли мы так же, как и пришли — внезапно. Дружинники только-только сообразили хоть какой-то строй, а последний из наших бойцов уже покидал замок сквозь распахнутые настежь ворота. Ну а дальше, пока суд да дело, пока защитники разобрались, что в замке не осталось никого из посторонних, пока выслали погоню. Мои ребятки уже скрылись в убежище.