(не)верная. Я, мой парень и его брат (СИ)

— Слишком многое придётся объяснять, — невнятно бормочу я, уставившись на проносящиеся в ночи витрины.
— Ох, ну ты бы перетрудилась, ясен хрен. Многое придётся объяснять, — повторяет мои слова, противно коверкая интонацию.
— Мак, следи за дорогой, ладно...
— Ладно, — с деланным или реальным равнодушием отвечает парень.
  
26.3
 
В машине всю дорогу царит напряжённое молчание, я продолжаю ковырять заусенцы, провоцируя боль.
  
Только на всю орёт "Noize MC — Выдыхай"
Затянись мною в последний раз...
Ткни меня мордой в стекло...
Дави меня, туши мою страсть
— Буду дымить назло…
Боль на фильтре грязным бурым пятном
— Всё, что мне от тебя останется.
Урна — мой будущий дом,
И вряд ли мне там понравится
Серым пеплом осыпятся вниз
Те мечты, что не сбудутся никогда.
Меня вряд ли раскурят на бис,
Шанс если и есть, то один из ста
Тебе травиться никотином моим,
Тебе кашлять моими смолами.
Выдыхай скорей мой последний дым
И закрывай окно, а то холодно
Меня непроизвольно трясёт, очень надеюсь, что в темноте этого не заметно. Макар довозит меня до клуба и сухо прощается.
— Ну пока, врушка.
— Я не вру... Просто не всё говорю. Спасибо, что подвёз.
— Да не за что...
У входа меня уже ждут девчонки, замершие в немом недоумении.
— Это что за такси было? Супер эконом-класс? — ехидно цедит Даша, картинно откидывая за спину накрученные белокурые волосы.
— Ой, угомонись, главное доехала. Ну что погнали?! — слишком громно и нарочито говорю я.
— Ты какая то возбуждённая, что-то приняла? — смеётся Кира, в шутку заглядывая мне в глаза.
— Боже, я уже забыла какие вы сучки, — я смеюсь, но ощущаю неприятный осадок от их слов и обиду за Макара.
В клубе стоит невыносимый шум и духота, я уже давно не была в подобных местах.
— Чуешь? — кричит Даша мне ухо и поигрывает бровями.
— Что? Ты о чём?
— Запах секса! — он смеётся и заговорщицки подмигивает, кивая подбородком в сторону барной стойки, где пристроились несколько симпатичных задниц в брюках.
— Чую только запах пота и кальяна! — отшучиваюсь я, не желая играть в эти игры.
— Совсем ты домашняя стала! — хихикает Даша, а я понимаю, что она дико меня раздражает.
— Надо её напоить! — Кира не отстаёт.
— Я много не буду пить... У меня на завтра планы, — пытаюсь мягко слиться с алко-марафона.
— Так много и не надо! Парочка шотов не повредит, — мурлыкает Кира, зазывая бармена.
Мы располагаемся за стойкой, которая постепенно полностью заполняется посетителями. Вскоре становится так людно и тесно, что меня охватывает лёгкая паника.
— Блин, я наверное пойду... Устала с работы, — стаю с барного стула, закидывая сумочку на плечо, но чувствую, что последние три шота были явно лишними.
— С ума сошла?! А ну не кисни! Идём танцевать!!! — кричит Даша, обдавая лицо запахом алкоголя, от чего меня начинает подташнивать.
Пошатываясь на высоких каблуках и вихляя задом, обтянутым кожаной юбкой, Даша тянет меня на танцпол в самую гущу потных экзальтированных тел.
"О, Боже... Сто лет не танцевала... Чувствую себя бабулей на утреннике у внука..."
Но, то ли горячительные напитки, то ли общая атмосфера вседозволенности, но я начинаю двигаться под музыку. Бедра плавно качаются в такт, руки выписывают замысловатые линии в воздухе. Прикрываю глаза, глядя на дискотечный свет сквозь веки. Яркие вспышки то и дело озаряют сетчатку, проникая сквозь тонкую кожу.
Вдруг кто-то легонько касается моей спины, там где влажная кожа обнажена.
— Эй, это что такое?! — недовольно вскрикиваю, и оборачиваюсь, чтобы посмотреть в лицо наглецу. Но там никого нет.
"Бред какой-то... Совсем у тебя крыша съехала, мать".
Музыка сменяется, а я продолжаю танцевать, самозабвенно отдаваясь ритму. Но на этот раз я чувствую на себе чей-то пристальный взгляд. Открыв глаза, не замечаю никого подозрительного, все окружающие на своей волне. "Похоже, кому-то больше нельзя наливать... Надо выпить воды".
У стойки настоящее столпотворение и я, к тому же, потеряла из виду своих подруг. Копаюсь в сумочке в поисках телефона, но не нахожу его.
"Чёрт, я не забрала его из машины Макара!"
— Эй, можно воды?.. Воды пожалуйста! — но бармен будто не слышит меня.
"Блин, мне так плохо... Надо валить домой, я слишком стара для этого дерьма".
С трудом продвигаюсь к выходу, постоянно ощущая на себе чей-то взгляд. Всё перед глазами пляшет и плывёт, огни и блёстки угрожающе кружатся перед глазами, к горлу подступает тошнота.
"Скорее бы выбраться на улицу... Тут так душно..."
Толкаю первую попавшуюся дверь, похожую на выход, над ней и зелёная табличка горит с соответствующей надписью. Меня обдаёт волной свежести и прохлады, становится чуть легче. Делаю пару шагов вперёд навстречу воздуху, и слышу позади себя громкий хлопок. Оглядываюсь назад, но на двери, которая только что захлопнулась за мной, нет ручки. И открыть её снаружи просто невозможно.
"Чёрт, где это я?"
Оглядевшись по сторонам, понимаю, что это задний двор, тут тебе и мусорные баки, и запах мочи, и темень, хоть глаза коли.
"Вот дерьмо... Да что за конченный день?!"
Подворачивая ноги на потрескавшемся бугристом асфальте, ковыляю по подворотне в сторону огней и уличного шума. Когда сзади слышу как открылась и тут же захлопнулась дверь.
"Кто-то идёт за мной!?"
Но мне не хватает храбрости повернуться и я просто ускоряю шаг, молясь, чтобы не сломался каблук.
"Боже, пусть это будет просто моя паранойя..."
Но, судя по шагам, у паранойи довольно внушительные параметры роста и веса. Рука тянется к сумочке, но я понимаю, что забыла свой тревожный брелок в рюкзаке.
"Блять, кажется я попала..."
  
ГЛАВА 27. НЕПРИЯТНОСТИ
 
Ускоряюсь, насколько позволяют высокие каблуки.
— Эй! Ты куда собралась? — слышу грубый голос позади себя, и сердце уходит в пятки.
"Господи, Господи, что делать?"
Каблуки отбивают истерическую чечётку по старому асфальту, но снять туфли я уже не усею, мне не убежать. На бегу оборачиваюсь и вижу очертания какого-то здоровяка.
— Я тебя спрашиваю! Ты, сука... Стоять! — а вот это звучит уже совсем плохо, такой церемониться не будет.
Решаю, что лучшая защита, это нападение.
— Что? Какого хрена тебе надо от меня? — стараюсь говорить уверенно, но голос предательски дрожит, а ком в горле, говорит о подступающих слезах.
— Сейчас узнаешь, — ехидно бросает верзила и быстро нагоняя меня хватает в охапку одной ручищей, а другой рукой закрывает рот. Чувствую на губах мерзкий солоноватый вкус его потных ладоней, сильный запах алкоголя бьёт в нос, вызывая рвотные позывы.
"Господи, кто-нибудь, помогите... Что делать?"
Изо всех сил упираюсь руками в широкую каменную грудь и отталкиваюсь от него. Не ожидая сопротивления, мужик на секунду разжимает хватку и я со всего маху лечу на землю, больно ударяясь копчиком.
"Бежать надо бежать....Нет...Кричать!"
Но из горла вырывается еле слышный хриплый крик.
— Помогите!
— Эээээ, закрыла спермоприёмник, сука! — с этими словами мужик бросается в мою сторону, протягивает руку, но хватает пустоту. Я в считанные секунды вскочила на ноги и бросилась бежать, благо при падении с меня слетели туфли. — Стой шлюшка! — рычит мне в след мужлан.
Замечаю чей-то силуэт в конце переулка, кто-то курит свете фонаря и вглядывается в темноту подворотни.
  
— Эй, что там за движ?! — спрашивает случайный свидетель, услышав непонятную возню в темноте подворотни.
— Иди куда шёл, не твоё дело. Семейная ссора, — верзила старается говорить обыденно, чтобы никто не вмешался и не нарушил его планы.