Поцелуй Ярова

В дверь постучали и в комнату, не дожидаясь приглашения, вошла мама.
– Красавица, – сказала она, разглядывая меня. – Какая ты стала взрослая, – она посмотрела вверх и вправо, проморгалась и сгибом пальца дотронулась до уголка глаза, словно смахивая застрявшую соринку.
Я убрала прядь волос за ухо и улыбнулась, неловко принимая комплимент.
– Спасибо.
– Ты уверена, что хочешь поехать? Может, лучше останешься дома? Я сделаю попкорн. Посидим. Посмотрим фильм.
  
Мы не раз сегодня уже говорили о моем решение пойти на вечеринку, но мама не сдается.
– Еще успеем. Мам, я не собираюсь уезжать и впереди нас ждет много семейных вечеров.
– Я переживаю, – она села на кровать и начала нервно теребить пальцами подол юбки. – А если тебя там кто-нибудь обидит? Ты же никого не знаешь.
Обидит? Даже смешно. Она что до сих пор видит во мне пятилетнюю девочку в песочнице, у которой соседский ребенок может отобрать игрушку? Или вопрос в другом? Честь семьи.
– Я знаю Женю и Артема – этого вполне достаточно, чтобы умерить пыл навязчивых кавалеров.
– Кавалеров да, а вот сами хозяева… Все же, вы много лет не виделись.
– Но это не значит, что мы не знакомы. К тому же там будут студенты из моего университета, а я хочу завести новые знакомства, найти друзей. И… Если честно, просто повеселиться. Мне редко это удавалось во Франции, дай оторваться перед первым учебным годом.
– Ты права, – мама часто закивала. – Прости. Я все время упускаю тот момент, что у меня уже взрослая дочь. Но если что, сразу звони. Голову оторву за мою девочку, – бойко проговорила мама, давая интонацией понять, что не шутит. – Ну, если ты непреклонна и направляешься на вечеринку, где соберется толпа молодых ребят, тогда… Нам наверно стоит поговорить о контрацепции.
Мои глаза чуть не вылетели из орбит. По спине проскользил неуютный холодок, а в ушах зазвенело.
– О боже! Мама! – вскрикнула я, не зная какая следующая гениальная мысль посетит родительскую голову. – Нам не надо об этом говорить. Я не в монастыре росла. Мне все известно, – выпалила, лишь бы пресечь лекцию «откуда берутся дети».
– Ты пьешь таблетки?
Я прикрыла ладонью лицо, не зная плакать или смеяться. С ума сойти, как неловко. Хочется залезть под кровать, прячась от этого разговора.
Вот что бывает, когда твоя мать сексолог и для неё темы о сексе, безопасности интимных отношений совершенно нормальные.
– Нет, мам, я не пью таблетки.
– Тебе в первую очередь нужно думать о здоровье… – кажется, вот-вот и она протянет мне контрацептивы.
– Хватит! Я еще даже не занималась сексом, – призналась только бы остановить ее. Жар залил лицо, значит, я густо покраснела.
Она замерла, приоткрыв рот.
– Это правильно, – подобралась и закивала. – Матвей верно говорит, вот выйдешь замуж, а там уже…
– Давай закроем эту тему. Все, что надо знать, я знаю. И тебе не стоит переживать о случайных внуках.
– Ладно. Ты у меня такая красивая, как не переживать. Во Франции ты жила под присмотром в закрытой школе и мне было спокойнее.
– Мам, ты себе как-то однобоко рисуешь место, где я училась. Мы все равно выбирались потусоваться. Не часто, но я общалась с ребятами. Просто как друзья.
– Хорошо, значит, ты знаешь как вести себя с противоположным полом. Но все равно, будь аккуратней, – надеюсь, она сменит тему. – Смотрю, ты уже обустроилась, – мама огляделась и провела ладонью по атласному покрывалу.
– Да, мне здесь комфортно. Спасибо, – ответила с все еще дико бьющимся сердцем.
Я успела разобрать чемоданы и даже немного поспать.
– Честно?
– Да, мама, – села рядом и взяла ладони матери в свои. – Я говорю правду.
Мамины глаза наполнились слезами, а лицо стало печальным и измученным. Она не стала больше ничего говорить вслух, да это и не надо. Я знаю, сколько боли принесла ей и сейчас она так же, как и Матвей не знает, как вести себя со мной, боясь, что любое слово, действие может спугнуть меня или обидеть и я вновь их оставлю.
– Дочка, я очень сильно люблю тебя.
– И я тебя, мам.
Она обняла меня и ласково провела рукой по волосам.
Трогательный момент бестактно оборвали.
– Вера, ты что решила не ехать?
– Уже столько времени, – в спальню ворвались куколки и начали наперебой меня отчитывать. – Ты пропустишь все самое интересное.
– Папа уже завел машину, давай надевай жакет, – сестра подала мне обновку. – И иди.
– Вы не куколки, вы… – мама напыжилась, разрывая контакт. – Курочки. Чего раскудахтались?
– Если мы не идем, то хоть Вера нам потом расскажет, как все прошло. Сестренка, ты красотка, – близняшка замерла с открытым ртом, только сейчас заметив и детально рассмотрев мой образ. – Но давай поторопись…
Дорога оказалась мне знакома. Видя места, по которым не раз гуляла в детстве, память услужливо раскрывала передо мной запертые сундуки с флешбэками. За столько лет я не забыла, как добираться до имения Яровых. Правда, мы затормозили раньше. Около красиво оформленной каменной арки со шлагбаумом. Вот ее я не помню, должно быть, новострой.
Отчим поднял руку в приветствии и нас без вопросов пропустили.
– Теперь здесь все принадлежит Андрею. Такой мини-поселок Яровых. Как тебе?
На арке обновления не закончились.
– Здорово, тут все так изменилось. Словно едем к маркизу или герцогу.
Повсюду горели фонари, освещая ухоженную территорию. Ровно подстриженные кусты, большие цветники, фонтан, посреди которого стояла статуя женщины, лицом и фигурой напоминающая маму Артема – все это поражало масштабами.
Мы проехали дальше, а парковая зона все не заканчивалась, все так же удивляя своим размахом и эстетикой.
Это место напомнило мне старинную усадьбу в пригороде Парижа, где папа и Бланш обменялись клятвами в любви и верности. Все так же помпезно, но не вульгарно. Очень красиво.
– Ага к маркизу Карабасу. Ничего, у нас не хуже будет. Дом твоего Артема здесь, – мы повернули за высокие сосны и перед нами предстала большая лужайка полная народа на фоне высокого белого особняка.
Никакого забора, все на виду и это так здорово и приветливо выглядит.
– Он не мой, – ответила отчиму. Во всяком случае пока. Проехав еще, мы остановились на стоянке, заставленной дорогими спортивными автомобилями.
– Смотрю, веселье в самом разгаре, – Матвей повернулся к источникам звука. Даже с такого расстояния басы заставляли стекла автомобиля вибрировать. – Может, передумаешь?
– Нет, я пойду. Зря что ли собиралась, – я достала зеркальце, вытянула губки и проверила внешний вид.
– Ладно, веселись, а я к Андрею заеду. Расскажу Яровым, что наша дочка вернулась.
– А они не знают? – я вполоборота посмотрела на Матвея, и бровь неудержимо поползла вверх.
– Нет, Лена никому не стала говорить. Боялась сглазить, а теперь пора.
– Значит, ни Артем, ни Женька не знают, что я приехала?
– Нет, устроишь им сюрприз.
Я почему-то думала, что они в курсе моего возвращения.
Ладно. Назад дороги нет. Пойду веселиться.
Я открыла дверь и звук музыки усилился, донеслись смех и отголоски веселых разговоров. По глазам резанул прожектор, стреляющий длинными лучами во все стороны, а нос уловил смесь из запахов женских духов с вплетенными нотками табака, душком от пролитого пива и чего-то сладкого и терпкого. Я сделала глубокий вдох. Вот он, аромат студенческой тусовки…
Отчим окликнул меня.
– Вер.
– Да.
– Безопасность прежде всего, – сказал Матвей и принялся копаться в бардачке приборной панели.
Боже, только не уподобляйся маме и не суй мне в руки прилюдно ленту презервативов. Какой стыд. Но он достал защиту иного рода – газовый баллончик.
  
– Возьми, – протянул мне. – Так я буду переживать чуть меньше…
Глава 5
Недооценила я Матвея. Мы общаемся с ним всего один день, но мне приятно его общество, и то как он ведет себя со мной, что говорит… Отчим – хороший человек.