Детективное агентство «Утюг»
В-третьих, хозяина Дороти зовут Сергей Петрович, он живёт в соседнем доме, он недавно переехал и вот вышел погулять с Дороти в парк, а тут этот бешеный косплеер Николая Дроздова, в смысле Григорий, со своей ловушкой. В общем, когда мы всё ему объяснили, он не стал ругаться и даже обещал купить новый дуршлаг.
День, короче, прошёл не зря. Только мы совсем не приблизились к решению загадки – где же ты, Тереша? Как ты выживаешь в этом большом городе, маленькая птичка? О чём ты мечтаешь, бедная птаха, забившись в какую-то холодную щель?
– Я знаю, о чём он мечтает!
– Аня, теперь ты будешь мешать мне записываться?
– Ничего я не мешаю, у меня важная информация! Клим, иди сюда и Гришу вытащи, я не буду покупать этих желейных медведей, у меня денег нет.
– Ну Аня-а-а…
– Ты лучше подумай, что маме про дуршлаг скажешь.
– Ну мы же его вместе разбили…
– Мы? Вместе?!
– Аня, я пришёл, и что я должен услышать?
– Да, зачем ты испортила мою запись?!
– Я. Списалась. Со Светланой. Леонидовной! И выяснила, что Тирион любит забористую кофейную комбучу. Кедровые орешки.
– Это мы уже знаем!
– И песню «Ясный мой свет» Татьяны Булановой.
– Это вообще кто?
– А вот послушай…
– А… дорогие слушатели, мы прекращаем эфир из-за акустической атаки… А-а-а-аня, выключи… Аня-а-а-а…
Вечерело.
Агентство «Утюг» в полном составе двигалось через парк. Второй день расследования заканчивался. Попугай не был найден. А завтра начнётся удалёнка, что значит – у них будет меньше времени на расследования. Писатель прошлых веков бы сказал, что корабль их дела получил пробоину, не успев выйти из гавани, писатель настоящего бы сказал «они столкнулись с трудностями и приуныли», писатель будущего бы просто передал в наше сознание состояние сумрачной усталости, окутавшей агентство «Утюг».
Удручённые детективы шли по тропинке, и только Гриша по-прежнему был бодр – новость о лакомствах Тириона его подбодрила.
Но, как говорится, чем длиннее тени, тем ярче звёзды. Их звезда вышла им навстречу возле большой сосны. Опираясь на трекинговые палки, сдвинув набок шапку-петушок, с белым голубем на плече их встретил Борис Николаевич.
– О, привет, охотники на попугаев! – обрадовался он. – Поймали?
– Поймали бы, но свинья помешала, – сказал Григорий.
– Какая свинья?
– Карликовая, – мрачно пояснил Гриша. – Дороти зовут.
Он изложил историю неудачной охоты, Борис Николаевич посмеялся, растирая старческие щёки с пигментными пятнами.
– Это кто? – шепнул Клим на ухо Ане. Как-то само собой вышло, что Григорий выдвинулся вперёд, а остальные сгруппировались за ним.
– Дед-голубевод, виделись вчера с ним, – пояснила Аня.
– Да не, я про птицу на его плече.
Аня посмотрела на огромного белого голубя с очень мохнатыми ногами, который сидел на плече Бориса Николаевича и довольно ворковал, когда тот чесал ему шею.
– Это голубь.
Клим уважительно покосился на неё.
– Я гляжу, у вас это семейное, все в зверях разбираетесь.
Аня иронически на него посмотрела, но поскольку Клим был выше на полторы головы, то ирония её взгляда иссякла где-то в области его подбородка.
– Вы так его не поймаете, – сказал Борис Николаевич. – Не полетит он в ловушку, если там птиц много, он боится. Верно, Опал?
Он потрепал по шее голубя, тот изогнул шею и в экстазе прикрыл глаза.
Клим склонился над Аней и Евой и прошептал:
– Он Опала почесал.
Ева почувствовала, как в носу у неё защипало, она отвернулась и оглушительно чихнула, чтобы скрыть хохот.
– Извините, у меня на пух аллергия, – сказала Ева. – Это не вирус.
– Клим, ты идиот! – не шевеля губами, прошептала Аня.
– А что, разве не чесал?
– Замолчи…
– Да я не верю в вирус, – отмахнулся Борис Николаевич. – Я вот что думаю. Птица довольно большая, размером с голубя. А где обычно у нас дикие голуби прячутся в городе?
– Где? – Григорий подобрался, как спаниель, заметивший утку. До этого момента он размышлял, как использовать любовь попугая к комбуче, но внезапно заинтересовался разговором.
– На чердаках. – Борис Николаевич уверенно ткнул в сторону дома-утюга. – Там точно на чердаке жили, и там, и там, да во всём квартале. Конечно, кое-где слуховые окна заколотили, но чем чёрт не шутит? Вдруг пробрался?
– Верно, – воодушевился Гриша. – Там же тепло.
– И врагов нет, – поддержал голубиный дед. – Так что я бы искал его на чердаках.
– Так, и как нам попасть на чердак? – вступила Ева. Она отодвинулась подальше от Опала и нацепила маску. – Они открыты?
– Давно уж закрыты, милая, – махнул сморщенной ладонью Борис Николаевич. – Вам в ЖЭК надо.
– В ЖЭК?
– В управляющую компанию. Кажется, в четвёртом доме у них контора. У дворника спросите, он знает.
– Дворник, ЖЭК, чердак, – пробормотал Клим. – Спасибо, всё понятно.
– Удачи вам, деточки. – Борис Николаевич потрепал голубя и двинулся дальше.
Гриша посмотрел ему вслед, прищурился.
– Агаран туркменский, порода отличается красивым воздушным боем.
– Чего? – обалдел Клим.
– Ты спрашивал, что за голубь. Голубь называется агаран.
– У тебя в голове симка с интернетом?
– Я просто про голубей почитал… – Гриша шмыгнул носом. – Я это… Я на чердак не полезу. У меня другой план.
– Вот этого я и боюсь, – сказала Аня. – Твоих, Григорий, планов.
Григорий оскорбился, замахал руками и объяснил, что всё давно продумал. Что на чердаке ловить нечего, что там пыль, и грязь, и заперто, а у него орешки остались с прошлого раза. Душераздирующую песню Булановой Аня нашла в сети. Оставалась комбуча.
– И где ты его возьмёшь? – спросил Клим. – В «Пятёрочке» тебе не продадут.
– Ха! – С уверенностью Гриши можно было ломать крепостные стены. – Я достану.
– Ребят, пошли искать дворника, – вздохнула Аня. – Это бесполезно. Его не переубедить, он упрямей Наруто.
– Такого не бывает, – не поверил Клим. – Он тоже станет хокагэ?
– Кем-то он точно станет, – грустно сказала Аня. – Ну, где ваш дворник?
Так получилось, что мы довольно много времени уделили Григорию, дорогие читатели, и куда меньше – остальным членам агентства. Впрочем, упущение наше простительно: Григорий Алтынов похож на бенгальский огонь в сугробе, на петарду в унитазе, на кота в стиральной машине, на диско-шар во время пожара в ночном клубе – в общем, трудно пройти мимо и остаться равнодушным. Ни у его одноклассников, ни тем более у его классной руководительницы Надежды Игоревны это, во всяком случае, не получалось. И мы тоже попали в гравитационную воронку ужасного обаяния или обаятельного ужаса этого молодого человека и невольно отодвинули на задний план остальных – а ведь работа агентства «Утюг» невозможна в одиночку! И Гриша скоро в этом убедится. Но пока младший Алтынов движется к своему эпическому краху, давайте посмотрим, куда же привёл дворник Фархад Аню, Еву и Клима.
Загадочный ЖЭК, куда сходились все нити управления жизнедеятельностью квартала, выглядел как обычное скучное учреждение. Хлопали двери, ходили туда-сюда мужики в городской униформе, изредка раздавались крики вроде:
– Петрович, третий дом, четвёртый подъезд, протечка! – И Петрович подхватывал сумку с инструментом и удалялся.
У входа стояла тётка-бригадирша и выговаривала грустному маленькому дворнику, похожему на уменьшенную копию Фархада:
– Джурабек, я тебе в последний раз говорю: не заметай листья под машины. Надо в мешки, под машину не надо, понял?
Джурабек кивал, обнимая метлу. Ане казалось, что он хочет улететь на ней, но не знает как.
– Плохо быть магглом, – пробормотала она. Клим тут же нагнулся, спросил:
– Знаешь, как говорит Волан-де-Морт – людоед?
– Ну и как? – Ане даже стало интересно, сможет ли Клим придумать что-то смешное.
– Кашу магглом не испортишь.
Нет, она зря надеялась.
На трёх детей, проникших в недра ГБУ «Жилкомсервис-СЗД», никто не обратил внимания. Аня задумчиво осмотрела плакаты на стенах – в одном говорилось о бдительности в борьбе с терроризмом, другой подробно рассказывал, что делать при пожаре, третий демонстрировал приёмы помощи при поражении током – Ане запомнилась палка, которой товарищ бил по спине человека, который корчился под проводом. Видимо, чтобы наказать за нарушение правил безопасности.