Он моя проблема (СИ)

Телефонный звонок Стаса застает меня крепко обнимающей кота, жалеющей себя и на грани рыданий.
— Привет! — голос Стаса кажется мне очень спокойным и теплым. — Как дела?
— Все нормально, — гнусаво отвечаю я, уткнувшись коту в макушку.
— Маш, ты чего? — пугается Стас. Видимо, голос у меня сейчас не очень.
— Ничего.
— Маша, что случилось? — я прямо чувствую, как он весь напрягся и подобрался.
— Все случилось, — всхлипываю я, не удержавшись. — Комп сломался, не могу распечатать доклад, — мне хочется сказать еще многое, но я из последних сил держу себя в руках. Не хватало ему моей истерики.
— И всего-то? — с облегчением вздыхает Стас. — Все хорошо, не паникуй. Можно у меня распечатать. Все в порядке, слышишь! Приходи через пять, нет, лучше через десять минут. Все сделаем.
Я завершаю звонок и иду умываться. В зеркале я сама на себя не похожа. Глаза лихорадочно блестят, на щеках странный румянец. Это я такая из-за компа? Или все намного хуже? Блин, если такое с людьми делает любовь, то лучше бы мне никогда не влюбляться. Я же еще не влюбилась, правда? По крайней мере, не до конца. Точно. Сейчас пойду к Самойлову, буду холодной, сдержанной и полной достоинства. Я контролирую себя и свои чувства.
Но все же, ничего такого не случится, если я как следует расчешусь, подкрашу ресницы и слегка брызну на себя духами.
  
Глава 40
 
Такую расслабленную, домашнюю версию Стаса я вижу впервые. На нем серые спортивные штаны и растянутая футболка. Волосы взъерошенные и слегка влажные после душа.
Все мои намерения вести себя сдержано и холодно сразу же летят к чертям, потому что, стоит мне войти в квартиру, как Стас сгребает меня в охапку и утыкается носом мне в шею.
— Ты чего? — спрашиваю я, вяло изображая попытки вырваться. Я не против простоять так весь вечер.
— Соскучился, — Стас сжимает меня еще крепче и, наконец, отпускает.
Я осматриваюсь. Ого-го! Метраж у квартиры такой же, как у нас, но здесь при ремонте была сделана открытая планировка. Прихожая, зал и кухня объединены в одно просторное помещение и выглядит оно как в журналах о дизайне. А еще, здесь идеальный порядок. И он один его тут поддерживает? Моей комнате такое и не снилось.
— Скажи честно, у тебя какой-то пунктик на чистоте? — с подозрением спрашиваю я. — Если так, то ты во мне быстро разочаруешься.
— Нет, — смущенно смеется Стас. — Перед твоим приходом, я все самое страшное запихал в свою комнату. И вообще, живу и мусорю я в основном там. Эту часть можешь считать музеем, который мне некому показывать. Гостей у меня не бывает. Ты первая.
Мне хочется спросить, почему он живет совсем один. Я обращаю внимание на рамку с фотографией красивой темноволосой женщины, стоящую на навесной полке над телевизором. Стас ловит мой взгляд и тепло улыбается.
— Это моя мама.
— Какая красивая!
— Да, она была очень красивой. И эта квартира бы ей совершенно не понравилась. Никакого уюта, — Стас хмыкает, но сразу становится серьезным. — Ее не стало пять лет назад.
— Прости, мне очень жаль, — я говорю это совершенно искренне. Мы и сейчас еще подростки, а пять лет назад он вообще был ребенком.
— Да, — вздыхает Стас. — Только нам с тобой и жаль. Отец так рыдал на похоронах, а уже через год женился снова. И новым сыном обзавелся буквально через пару месяцев.
— Ох, — я понятия не имею, что еще тут сказать.
— Ага, именно «ох», — он усмехается и садится на подлокотник белого кожаного дивана. — Так что я в новой семье не прижился. И вот меня выселили сюда. Квартира, машина, престижный универ. Это же все, что нужно для счастья, правда? А я считаю дни, чтобы начать самому зарабатывать и поскорее оборвать все связи. Если бы еще родственники этому не мешали, — он спрыгивает с дивана и идет к холодильнику. — Так что, вот такой я неблагодарный ублюдок. Прости, я тебя так сразу загрузил, у меня совсем пропал навык гостеприимства. Нужно учиться заново. Кажется, начинать нужно с напитков и светской беседы. Что будешь пить?
 
— Колу, если есть, — когда он открывает холодильник, я замечаю ряды банок с энергетиками и несколько пакетов из доставки фастфуда. Да уж. Я его конфетами кормлю, а надо бы супом и овощами. От такой диеты моя мама бы в обморок упала.
Потому что она у меня есть.
Повинуясь порыву, я подхожу к нему и пока он переливает колу из банки в стакан, как бы невзначай кладу руку ему на плечо. Стас смеется и чмокает меня в макушку.
— Прекрати меня жалеть. Это ты сегодня грустная. Ты всегда в таком отчаянии, если ломается комп?
— Я в отчаянии, когда не могу сама все быстро исправить. Папа все наладит, когда проснется, но я боюсь, что его не дождусь.
— Ух ты, — Стас ведет меня к дивану и садится на него, вытянув ноги. — У твоего папы интересный график.
— Да, он делает видеоигры. Работает на крупные компании в разных странах мира, а спит, когда получается.
— Серьезно?! — у Стаса загораются глаза. — Он разработчик? А над какими играми он работал? Вдруг, я в них играл?
— Наверняка, — говорю я, не скрывая гордости. — Он работал над многими крупными проектами. И может быть, он покажет тебе свою стену славы. Там в рамочках висят постеры всех его игр. А над чем он работает сейчас, он даже нам не говорит — коммерческая тайна.
— Что-то мне подсказывает, понравиться ему будет нелегко, — притворно вздыхает Стас. — Но я постараюсь. Так что, Маша, прости, теперь я с тобой из корыстного интереса.
Я закатываю глаза, но Стас фыркает, смеется и снова притягивает меня к себе.
— Как ты это делаешь? — спрашивает он, у самого моего уха. — Какой бы дурацкий у меня ни был день, если появляешься ты, я сразу обо всем забываю.
— У тебя был плохой день? — осторожно спрашиваю я, вертя в руках стакан с колой.
— Злата заставила понервничать, — он шумно выдыхает и выпускает меня из объятий. Лучше бы не спрашивала. — Моя подруга детства, помнишь ее? Оставила мне миллион панических сообщений, а оказалось, что там сущая ерунда, выбирала платье на день рождения.
— Ты сильно за нее волнуешься, — к моему стыду, это не звучит как вопрос. Это утверждение.
— Наверное, по привычке. Она меня очень поддерживала, когда мамы не стало. Но у нее и самой в семье все не слишком-то хорошо. Отец изменяет матери с половиной города, некоторые девушки чуть старше самой Златы. А мать живет на шампанском и антидепрессантах и вспоминает про дочь, только когда нужно взять ее с собой на очередную вечеринку, — да уж, я потрясенно качаю головой, даже у Женьки не так все печально. — Раньше Злата очень сильно переживала, пыталась вредить себе, чтобы привлечь их внимание, — он трет лицо руками и продолжает. — Наверное, я не в праве о таком рассказывать, но я не хочу, чтобы ты зря волновалась. С ней сейчас все хорошо, но она все равно иногда нас пугает. Когда хочет внимания. И я иногда должен ее проверять.
— Да я понимаю, — я говорю это совершенно честно. Я правда его понимаю. Хоть мне это и не нравится. — А я сегодня ездила с Ильей смотреть клуб. Он разрешил провести там нашу благотворительную вечеринку.
Раз Стас мне все рассказал, мне тоже хочется быть с ним честной.
— Так-так-так, — сразу же меняется атмосфера в комнате. — А вот с этого места, поподробней.
— Да все хорошо. Он показал мне Эхо, мы помогли дяде Саше разгрузить машину с продуктами, а потом он нас кормил и рассказывал рокерские байки. Там отличный большой зал и скоро будет веранда с красивым видом.
— Знаю, — сухо отвечает Стас. — Я был там много раз. Не ожидал, что этот засранец заманит тебя туда за моей спиной. Он к тебе не приставал? Не распускал руки?
— Что? Нет конечно! Он же твой друг! — я уже жалею, что рассказала. Почему он так бурно реагирует? — Ты злишься? Прости, нужно было заранее тебе сказать, но я просто съездила посмотреть клуб для проекта. И я не бросаюсь на шею парням, которые просто делают мне одолжение. Если ты вдруг теперь так думаешь!