Первогодок (СИ)
То сооружение, что перегородило трещину в стене тоннеля, сложно было назвать воротами. Скорее уж люком в тяжелобронированной стене. Зато стало ясно, куда подевались рельсы и каменные шпалы — аборигены разобрали их на стройматериал. На самом деле титанический труд, ведь все коммуникации железной паутины не просто тяжёлые, но ещё и защищены древней, могущественной магией.
— Хочу поговорить со старостой. — принял я решение. — Что-то говорит мне, что он знает нечто важное.
— Откуда дезертир может обладать важной информацией? — усмехнулась Хельга. — Но да, я бы поговорила с ним о причинах, почему он ушёл из ордена. Скорее всего это отшельник, не выше ко'тана по званию, потому что коны-артефакторы все наперечёт. Так что в случае угрозы со стороны старейшины легко справимся. Защиту все обновили?
— Хельга, прикрывай Сану. — приказал я вместо ответа. Затем обратился к аборигену: — Тимур, нас пропустят вместе с тобой?
— Вы спасти мне жизнь, пожертвовать свои лекарства, наверно вам разрешить войти. — убедительно произнёс парнишка. — Я делать условный стук, вы ждать.
Абориген самостоятельно доковылял до люка, и постучал по нему. Три быстрых удара, три с длинной паузой, и ещё паять быстрых.
— Хара? — раздалось из-за стены, которую, я был уверен, не пробьёт никто из нас. — Морта, кихана вутэ?
— Парука, Тимур а раза санила! Хара катаса! — ответил абориген. Разговор шёл на незнакомом языке, и это напрягало. Видимо наш нечаянный проводник осознал это, и перешёл на понятный: — Со мной чужак, три человек-волшебник. Он спасти меня, хотеть встретиться со старейшина!
— Ждать! — раздалось изнутри, после чего наступила тишина.
— Спрашивать разрешения у старейшина. — пояснил Тимур, опускаясь на подобие лавочки, сложенной из трёх каменных шпал у самого входа. Вид у парня был болезненный, походе наши лекарства не сильно ему помогли. Что ж, надеюсь его выходят свои, иначе мы зря потратили на него часть лекарств из аптечки.
Ожидание было недолгим, не больше пяти минут. За это время мы успели задать аборигену ещё несколько вопросов, но парень уже поплыл, и отвечал невнятно. Похоже близость дома повлияла на него расслабляюще. Поэтому шум за стеной лично я воспринял с радостью, придушив желание всё бросить и пойти дальше по тоннелю, к перекрёстку.
— Ну и кто это к нам пожаловал? — прозвучал за стеной старческий голос, заставив нас подобраться. — Хм. Ко'тан, воин и второгодок. Как вас вообще занесло сюда? И главное — зачем?
— Мимо шли. Помогли простаку, узнали, что в его селении живёт дезертир. Решили узнать, как он дошёл до жизни такой. — как самая старшая, ответила Хельга, шагнув вперёд. — Я — ко'тан Хельга. Кто со мной разговаривает?
— Поговорить, значит захотели. Что ж, выйду, поговорим.
За стеной раздался шум, затем скрип металлических пружин, и вскоре люк начал открываться. Мы инстинктивно сместились в стороны, уходя из зоны поражения. К счастью, никто на нас не напал. Из круглого отверстия к нам выбрался седой старик, возраст которого скорее всего давно перевалил за сотню. Даже в прошлой жизни я не встречал столь древних одарённых.
— Я — ко'тан Синдар. — ответил старик. — бывший отшельник. Орден сам отрекся от меня, когда бросил одного на растерзание иносов. Я выжил, один, без помощи братьев, и больше ничего не должен Либеро. А если учесть ту ложь, что распространяет орден, это они передо мной в огромном долгу. Так что если вы пришли судить меня, то у вас на это нет никаких прав.
— Ты убивал небожителей? — уточнила Хельга.
— Нет, что ты. — старик рассмеялся каркающим смехом. — Ха. Я не убивал их. Зачем мешать добру побеждать?
— Ты считаешь, что орден Либеро — зло? — спросил я, почувствовав, что нащупал нечто важное.
— Я не просто считаю, а глубоко в этом убеждён. Только вы мне все равно не поверите. Вы же не бывали за пределами Артхайна. Для вас вся Артея, это одна бескрайняя пустошь. Земля, зараженная хаосом. Настоятельно рекомендую вам посетить другие материки, которые находятся под контролем иносов. Поверьте, вы сильно удивитесь той огромной разнице, что вас ждёт.
— А ты, значит, бывал? — в голосе воительницы послышалась звенящая сталь. — И что же ты видел?
— Я видел огромные леса, реки и озёра. Поля, засаженные злаками, счастливых стариков и смеющихся детей. Всего этого вы, орденцы, лишили не только себя, но и несчастных жителей селений, которых используете в своих корыстных целях.
— Если ты утверждаешь, что другие материки выглядят иначе, — я с осторожностью подбирал слова. — Тогда почему ты живёшь здесь, под землёй?
— Потому что здесь мои люди, и я не оставлю её. Правда, откуда тебе, второгодок, знать, что такое — семья.
— Что мешает тебе перебраться на другой материк вместе с ними? — вновь задал я вопрос, хотя сам с трудом сдержался, чтобы не высказать старику. Мне лучше тебя, старая развалина, известно, что такое семья, род, империя.
— Мне мешает проклятый орден! — зло произнёс дезертир. — Вы заблокировали единственный выход с Артхайна, и не пустите нас через…
— Справа от тебя погибает молодой охотник, но ты даже не посмотрел на него. — перебил я старика, решив, что пора привести свой план в действие. — Знаешь что? Передо мной сейчас стоит старый лживый ублюдок. По хорошему таких нужно уничтожать сразу же, как только вас обнаружили, но мы сохраним тебе жизнь. Ради тех людей, что поверили твоему вранью. Конмэ Хельга, мы уходим.
— А кто сказал, что я вас отпущу? — рассмеялся старик, подтверждая мои догадки. — Или ты, второгодок, думаешь, что я за годы заточения не вырастил себе сыновей? Нам очень пригодятся те ядра, что находятся в ваших телах. Убить пришлых!
Пустошь. Тан Хард. Рилл.
— Что скажешь, чёрный? — спросил тан, наблюдая, как вдали, почти у самого горизонта, движется сразу несколько кораблей иносов. — Я впервые вижу такое количество. Не наш ли парень заставил небожителей суетиться?
— Р-рау! — ответил зверь, поведя носом из стороны в сторону.
— Это они уходят от крепости. Но, раз я не получал сообщений о гибели Алексиса, значит он жив. Тогда поясни, почему ты так рвёшься в неизвестном мне направлении?
— Р-рау. — глухо рыкнул в ответ охотник и, определившись с направлением, двинулся вперёд.
— Да куда же ты? — устало проворчал Хард, когда зверь, чуть замедлив шаг, обернулся и фыркнул, словно приглашая поторопиться. — В той стороне ничего нет, это я точно знаю! Эх, связался же с тварью. Подожди, я не собираюсь за тобой бежать.
Глава 22 Дорога к цитадели
Первым под удар попал я, видимо меня, как самого слабого, решили убрать первым. Сразу с десяток выстрелов из огнестрела полностью просадили защиту от артефакта, и на треть ослабили "полусферу хаоса". Грохот был такой, что меня оглушило на несколько секунд.
Старик при этом кинулся в сторону, показав совсем не старческую прыть. Не прошло и мгновения, как он прикрылся раненым парнишкой, и приготовился атаковать Хельгу. Глупец. Вытянув в его направлении руку, я активировал "искушение хаоса", после чего присел, высвобождая копьё из специального крепления за спиной. Прогрохотал второй залп, и ядра, просвистев над головой, дробью простучали по противоположной стене. Потеряв больше секунды времени, я всё же успел до того, как незримые стрелки смогли сменить оружие. В то, что они так быстро перезаряжаются, я не верил.
"Цепь хаоса" ударила внутрь открытого люка, чтобы через миг из-за стены раздались крики боли и ужаса. Не дожидаясь, когда дети дезертира придут в себя, потянул из-за пояса пистоль и нож, а затем в два прыжка очутился возле входа. Горячка боя полностью захватила меня, но всё же я успел крикнуть, прежде чем войти внутрь:
— Хельга, обезвредь старика, но не убивай!
Первый встреченный противник лежал неподвижно, раскинув в стороны руки. Цепь снесла ему голову. Второй и третий жалобно скулили, пытаясь остановить кровотечение из страшных ран. Все одарённые, это я определил по огнестрелу, валяющемуся рядом. Простак не сможет им воспользоваться. Где же засели остальные?