Неожиданный наследник 4 (СИ)

Не люблю я парады и внешние проявления силы. Армия должна показывать свою мощь на войне, а не радовать взоры красивым шагом. Но иногда даже правитель вынужден идти на поводу у публики. Тем более, России есть что отметить.
Две недели назад был подписан долгожданный Абоский мирный договор, поставивший жирную точку в выигранной нами войне. В апреле русские войска встали у окрестностей этого самого Або, откуда бежало шведское население Финляндии и финская знать. А ещё в марте из войны вышла Дания, оставив своих соседей и вечных соперников наедине с Россией. Я даже не раздумывал, начав готовить десант в саму Швецию, о чём в Стокгольме прекрасно знали.
Плюс, мы начали очищать захваченные финские земли от шведов и местного купечества, откровенно их грабя. Что и побудило данную публику бежать в метрополию. Когда Репнин взял Гельсингфорс, мне вспомнились предостережение Майора. Поэтому русская администрация стала проводить политику переселения. Шведы и более грамотная часть финнов изгонялись на запад, а крестьян с ремесленниками ждёт дальняя дорога в Южную Сибирь, куда уже переезжают эстляндцы с прочими ливами. Моя задача простая — в радиусе трёхсот вёрст от Санкт-Петербурга должно проживать более семидесяти процентов православного населения. Кроме великороссов и белорусов, в Прибалтику и захваченные финские провинции едут поволжские народы, сейчас активно бегущие на Урал, что сопряжено с гибелью весомой части переселенцев. Сюда же народ стремится с удовольствием. На оккупированных землях хватает готовых хозяйств, заодно есть жёсткий пригляд со стороны канцелярии и ревизоров, не позволяющий обижать простолюдинов. Есть противоречия с прибалтийскими помещиками, но не такие острые, как в прошлом году.
Думаю, лет через двадцать нам удастся полностью изменить этническую картину балтийского побережья. Вон крестоносцы огнём и мечом превратили кашубов с пруссами в немцев. Чем мы хуже? Придётся помучиться с литовцами, но и этот народ ждёт растворение на просторах империи. Ведь мой прожект предусматривает смешение переселенцев, когда посёлок эстлянцев соседствует с сербами, а албанцы живут подле латгалов. За Волгой хватает земли, при этом мы не заселили Новороссию даже на четверть. Ещё есть Кубань, заодно требуются люди в отвоёванные у османов города. В черноморских портах не предусмотрены места ни для греков с грузинами, ни для болгар с прочими армянами. Береговая линия, подконтрольная России, вклинится на двадцать-сорок вёрст вглубь материка, как делали османы. И если у них в городах, крепостях и крупных посёлках жили в основном магометане, либо ренегаты, недавно сменившие веру, то у нас там обоснуются выходы из внутренних великоросских губерний, немцы, белорусы, чехи и поволжские народы. Здесь я не доверяю даже малороссам и южным славянам, выселяемым на Кубань и восточнее.
Дело это долгое, затратное и сложное, но Чёрное море должно стать внутренним озером России. Мой прожект полностью поддержан правительством и аристократией, почувствовавшей запах наживы. Да и купцы тоже возбудились, понимая, что сейчас можно захватить огромный рынок. Ведь платит за всё казна, что публика очень любит.
Касаемо самого населения, то народу во внутренних губерниях сейчас избыток. Моя целенаправленная политика по прививке от оспы, распространению гигиены через попов и лубки, дала результат. По оценке покойного фон Мозена, при нынешней рождаемости, губернии, расположенные севернее Тулы, должны начать испытывать сложности с обеспечением людей провизией уже через десять лет. То есть людей много, земли мало, и она недостаточно плодородная, чтобы прокормить столько ртов. Но это приятные сложности. Уж лучше избыток подданных, нежели недостаток.
Константинополь пал в феврале. При этом Румянцев выполнил мой приказ, начав выдавливать из города жителей, оставив только бывших рабов и часть ремесленников. Ведь население, пошло на поводу магометанского духовенства, превратившись в ярых фанатиков. Да и иудеи с христианами-предателями весьма неприветливо относились к наступающей русской армии. Правда, их пыл угас с первыми залпами нашей артиллерии. А многие решили сдаться, но подобная публика мне не нужна. Поэтому город начали чистить район за районом, выгоняя людей на восток, уничтожая сопротивляющихся. Если можно убить врага сейчас, то зачем оставлять доброе дело на завтра? При этом наши магометане, в первую очередь башкиры с казаками, больше всего усердствовали в уничтожении и ограблении собратьев по вере. Вот такой парадокс. Это не считая черкесов, просто опустошивших Восточную Анатолию. Когда речь идёт о хорошей наживе, религия уходит в сторону.
 
Одновременно с бывшей столицей Византии, Суворов взял штурмом Фессалоники, а Каменский захватил все важные крепости на европейском берегу Мраморного моря и две на азиатском побережье. Прибавьте к этому взятие египтянами Алеппо, то можно представить сложности султана. Хотя его войскам удалось остановить мамелюков. Но тех устраивала сложившаяся ситуация, ибо дальше пришлось бы штурмовать горные укрепления. А сейчас Али-бей спокойно переваривает новые земли, ещё и грабит османское побережье при помощи своего флота.
Есть Босния, Македония и иные земли, находящиеся под властью османов, но это ненадолго. Там уже вспыхнуло восстание, ещё и образовался недостаток провизии, вынудивший войска султана засесть в крепостях. Плохо, что активизировалась Австрия, решившая поживиться за наш счёт. Но пока её урезонивает Пруссия. Надолго ли хватит Фридриха, не знаю.
Остатки Порты пока держатся, а война приняла религиозный характер и изрядно ожесточилась. Поэтому мы пока не суёмся на восточный берег Мраморного моря, захватив всего несколько опорных пунктов. Но это ненадолго, ведь Никею необходимо брать в любом случае.
Если до мирного договора с османами ещё далеко, то грех не отпраздновать победу над Швецией. По итогам подписанного принцем Карлом соглашения к России переходит почти вся Южная Финляндия и немалые территории севернее. Границы наших новых земель начинаются примерно в сорока вёрстах на востоке от Або, далее идут вплоть до Таммерфорса. Затем кордон поворачивает на север, ныне населённый дикарями-оленеводами, которые шведам особо не нужны. Нам они тоже без надобности, но земля лишней не бывает.
Потому мы сегодня празднуем, ибо народ должен ощущать величие империи, в которой живёт. Для чего на Марсовом поле было выстроено несколько трибун, для чистой публики, а все свободные кусочки земли заполнили простолюдины.
В торжественном марше принимают участие полки, штурмовавшие Ревель и выбившие шведов из Финляндии. Мы с детьми, свитой, важнейшими чиновниками и военными расположился на особом постаменте, с которого видно всё действо. Рядом стояли Аня и Ваня, с восторгом наблюдающие за манёврами. Командовали парадом Репнин и Игельстром, заслужившие свою минуту славы. Оба генерала смотрятся величественно на белых конях, в расшитых золотом мундирах, ещё и щеголяющие новыми орденами.
Я решил не скупиться на награды, как защитникам столицы от мятежников, так и участникам битвы в Эстляндии с Финляндией. К тому же империя неожиданно приросла достаточно развитыми территориями, ещё и важными в стратегическом отношении. Ныне граница располагается в четырёхстах вёрстах от Санкт-Петербурга, что полностью обезопасило его от угрозы вражеских армий. Остаётся только решить вопрос с безопасностью со стороны моря.
Между тем оба всадника объехали стоящие вдоль поля полки, и устремились к трибуне. Обычно спокойный Репнин раскраснелся, и явно получает наслаждение от происходящего. Николай Васильевич зычным голосом отрапортовал о готовности, и после моей отмашки спешился, проследовав на законное место рядом со мной. То же самое проделал Андрей Осипович.
Расторопные солдаты увели скакунов, и в дело вступил войсковой оркестр. Забили барабаны, взвыли трубы, после чего зашевелилась масса людей, с высоты напоминающая огромную гусеницу. Мои же мысли вновь вернулись к событиям последних месяцев.