Последний контакт 3 (СИ)

По личному опыту Виктор знал, что Синаку оставалось промучиться на морозе не больше часа. Хорошо было то, что этот забулдыга не больно-то и сопротивлялся. Проникнуть к нему в дом не составило большого труда, куда сложнее было незаметно пробраться на территорию дачного поселка. Пришлось топать пешком через парк в городке неподалеку, переходить по старенькому мосту через реку в СНТ и уже оттуда перебираться через высокий забор на охраняемую территорию искомого дачного поселка. Благо охраняли эту самую территорию спустя рукава, да к тому же не самые смышленые ребята из числа «бывших» и «бывалых». Да и технический уровень местной охраны был, мягко говоря, слабоват. В общем, антиграв, пара глушилок — и Виктор на территории. Гораздо труднее было до нужного домика добраться, минуя дорожки общего пользования. Пришлось в грязи чуть ли не по уши извозиться, преодолевая вброд все ту же местную речку-вонючку, что протекала в глубоком овраге. В какой-то момент Соболев даже пожалел, что решился самостоятельно выполнить заказ шефа — знал бы, что мороки с этим дачным поселком столько будет, делегировал бы задание другим. Но, как говорится, взялся за гуж — не говори, что не дюж.
В целом, можно было под это дело и липовый пропуск добыть, да и проникнуть на территорию вполне себе легально через одно из КПП, но шеф ясно дал понять, что выглядеть все должно, как несчастный случай. А так пришлось бы потом с записями камер возиться, рожу свою стирать и на всякие глупые вопросы недалеких охранников отвечать. Поселок был камерным, все вокруг друг друга знают. Охрана больше натаскана на чужие автомобили реагировать. А флайерам туда путь вообще заказан — бесполётная зона, чтоб ее… По всему выходило, что Синака должен устранить призрак. А кому, как не бывшему космодесантнику, в такие шпионские игры играть?
В дом проникнуть было уже просто — даже взламывать ничего не пришлось, так как Синак попросту забыл включить сигнализацию. Дело оставалось за малым — вырубить глушилками внешние камеры наблюдения за периметром и проникнуть в дом через окно второго этажа, которое этот ученый тюфяк услужливо оставил открытым для проветривания.
В доме царил тяжкий дух перегара, аммиака и блевотины — видимо, клиент не просыхал несколько дней кряду. А вернее того, что и вообще никогда не просыхал. Находиться в таком помещении было делом крайне неприятным. В чем бы этот Синак ни был виновен, одного того, как он жил, было уже достаточно, чтобы подарить ему вечное избавление.
После проникновения в дом финальный аккорд был разыгран, как по нотам. Отключение системы «безопасный дом», выбор нужного момента и легкий толчок в спину. Головой при падении бедолага приложился знатно, и не единожды, кровищи натекло изрядно. Виктор даже, грешным делом, решил, что и этого хватит, однако помирать Синак не спешил. Лежал да все про какую-то «энтропию» мычал, материл на чем свет стоит каких-то ваэрров (о таком народе Виктор даже не слышал, может, африканцы какие?) — бредил, в общем, объект.
Сделав свое дело, «естественной» кончины объекта Виктор решил дожидаться в удобном кресле на первом этаже. С него и вход в дом хорошо просматривался, и сам будущий покойник. Единственная закавыка состояла в том, что хоть Синак и разбил себе голову знатно, но все же недостаточно, для того чтобы помереть. Воистину, пьяных сам бог бережет! Хоть с лестницы, хоть из окна их роняй — все одно проспятся, утрутся и дальше пойдут за горючим для полыхающих труб.
На всякий случай Виктор связался с шефом — тот желал увидеть смерть своего недруга лично. Получив недвусмысленный приказ инсценировать смерть от переохлаждения, Виктор тем и занялся. И вот он уже второй час наблюдал за тем, как живой человек испускает дух.
Сам Виктор не мерз, поскольку был облачен в специальный термокостюм — штатная вещица, разработанная специально для таких вот целей, часто в работе помогала. Пока ждал рефлекторной остановки сердца, привел все в порядок, подчистил все следы своего пребывания на территории дачного поселка, вновь активировал в доме Синака систему «безопасный дом» и вернулся проверить у жертвы пульс.
 
— Готов, — коротко отрапортовал он по выделенной связи и даже продемонстрировал Касаткину показатели новопреставленного, выведенные на экран наладонника, — изолинию пульса и температуру тела, стремящуюся к температуре окружающей среды.
— Раз готов, убирайся оттуда! — несколько раздраженно ответил Касаткин и оборвал связь. Видимо, не всегда желаемое приносит удовлетворение. Смерть Синака, хоть и была необходима бывшему адмиралу, но радости явно ему не доставила. И все-таки интересно, чего это не поделили между собою люди, ранее никогда друг с другом не пересекавшиеся.
«Эх, нужно было удовлетворить просьбу Синака или хотя бы сделать вид, а под шумок допросить да разузнать, в чем именно он провинился перед Касаткиным. Хорошая мысля приходит опосля…»
Но не успел Виктор додумать свою мысль, как все вокруг пришло в движение. Откуда ни возьмись, вспыхнуло яркое освещение — это сразу с нескольких сторон дом Синака взяли под прицел прожектора. В воздухе взвыли двигатели флайеров, по скудно освещенным улочкам поселка к дому уже мчались машины с проблесковыми маячками, подвывая сиренами.
Изумленный Виктор, однако, панике не поддался. Ситуацию он оценил достаточно быстро — мастерство, как говорится, не пропьешь. Он понимал, что с того ракурса, с которого сейчас освещается дом, ни его самого, ни Синака видно не видно. А если сделать буквально пять-шесть шагов в сторону лесопосадки, то разглядеть его будет уже и вовсе невозможно.
Собственно, так Виктор и поступил — ретировался в лесопосадку и стал наблюдать за домом. Неподалеку приземлился один из флайеров, второй остался барражировать в небе, выхватывая мощными прожекторами дом недавно скончавшегося ученого. Самого хозяина обнаружили за домом какие-то люди в военной форме без опознавательных знаков. В это же время подъехало сразу два экипажа местной охраны, а за ними спустя минуту прилетел и медицинский флайер. Все это время Синаку проводили реанимационные мероприятия военные, прибывшие первыми.
«Эдаким Макаром они его сейчас с того света-то вернут…» — подумал Виктор и оказался прав.
— Переохлаждение, интоксикация, возможно, кома… — доносилось до Соболева. Это докладывал подоспевшим медикам из реанимационного флайера один из военных, реанимировавших Синака.
«Да кто же ты такой, Реджи Синак?» — удивился Виктор и понял, что пора бы ретироваться. Военные, проводившие реанимационные мероприятия, перешли к своим непосредственным обязанностям. Периметр взяли под контроль. Одна группа отправилась осматривать дом Синака, а вторая принялась прочесывать лесопосадку, заметив, видимо, в визор еще не выветрившийся след Виктора.
Уходил Виктор тем же путем, не забыв вызвать к ограде злополучного дачного поселка взятый в аренду автомобиль. Убирать собственные глушилки с забора он не стал — времени не было, тут ноги бы унести. Пока выезжал на шоссе, подводил итоги операции.
«Провал. Полный. А ведь так все хорошо начиналось…» — думал Виктор, сосредоточенно ведя машину.
Индуса этого, скорее всего, откачали. Медицинский флайер отбыл в сопровождении военного флайера. И повезли Синака, видимо, не в городскую больничку. Далее — там, на заборе, глушилки остались, да и при должной сноровке можно будет нащупать два звонка, которые Виктор делал из дома. Стало быть, те, кто там остался разруливать ситуацию, в скором времени поймут, что ученый не сам решил богу душу отдать. Опять засада — выйдут на Виктора довольно скоро. Стало быть, нужно машину бросать, менять одежду и вообще подчищать за собой срочно. И да, нужно будет доложить Касаткину.
«Дьявол, старик будет недоволен», — ругнулся Виктор мысленно, хотя и понимал, что в сложившейся ситуации виноват только он сам, слишком уж халатно подошел к этому делу. А с другой стороны, почему Касаткин не предупредил его о том, что за домом Синака ведется столь пристальное наблюдение? И, кстати, скорее наблюдали не за самим домом, а именно за индусом этим. Наверняка у того в организме пара-тройка имплантов-передатчиков зашиты. Этот вывод можно было сделать хотя бы из того, что как только сердце Синака перестало биться, к нему тут же направили реанимационный флайер и группу быстрого реагирования. Это какую же ценность он представляет, коль за ним так пристально наблюдают! И да, остался еще один вопрос — а кто именно за ним следит так пристально? Тут вариантов было не так уж и много ­– наверняка кто-то сверху следит, дачи-то государственные. Вот только «сверху» — понятие крайне растяжимое.