Граф (СИ)
Мужчине, конечно, плохо придётся, его репутация упадёт. Но… Холостяк? Не женился? Свободен⁈ Значит, через некоторое время мамаши с заневестившимися дочерьми начнут искать оправдания разрыву. Поверьте — найдут, и репутацию отмоют.
Может, самые пафосные фамилии и продолжат крутить носом, но даже покойный граф Иснадор, игрок, кутила, гуляка, в два года промотавший графство, и тот до последних дней имел шанс заполучить богатую невесту. Пусть простолюдинку! Так он сам среди тех приискивал партию. Ведь у редкой дворянской семьи нашлись бы деньги на покрытие его долгов. Да и граф Иснадор — крайний случай, ниже падать уже просто некуда.
У женщин, в смысле у незамужних девушек, а тем более у девиц-дворянок, всё значительно хуже. Даже если в разрыве виноват жених, даже если невеста права со всех сторон, на словах её будут жалеть, но шепотки «так и она небось…» наверняка пойдут. А коли найдётся хоть намёк, хоть тень повода… О, да! Тут кумушки развернутся! Что было и чего не было выкопают и выложат на всенародное обсуждение! Разве после замужества предмета сплетен и рождения ребёнка запал сплетниц чуть поутихнет, но поминать о разрыве будут ещё долгие десятилетия.
Шарлотта не понимает, что королевской семье никак не пристал такой скандал, тем более с полосканием пикантных подробностей в газетах. Охранители постараются уговорить молодых, но коли не удастся, то обязательно организуют приличествующую причину. Например, случайную смерть кого-нибудь из сладкой парочки.
— Раз мы собираемся стать мужем и женой, нам нужно решить ещё один важный вопрос. Что ты думаешь про королеву Мариану?
— Умна, хитра, властолюбива, но ради стабильности готова делиться властью и влиянием. Для меня главное, что она регентша и мать моего короля. Чего ты хочешь узнать?
— Я тебе уже сказала, что вчера, после чая, она со мной разговаривала. Тётя Силестрия считает, что о моём баронстве.
— А на самом деле?
— О нас с тобой. Она хочет со временем перебраться в Зелёный дворец и собрать при нём собственный Двор. Ты — смотритель дворца.
— Ясно. Пока я единственный камергер, самый старший по чину, среди оставшихся Зелёных. Верный шанс стать первым придворным Зелёного Двора. Заманчиво. Что требуется?
— Верность и служба. Упоминался клуб мужа, Изумрудные братья. Королева желает взять их под себя.
— Неожиданно, но очень умно и своевременно. Братья в скором времени могли бы самораспуститься, ведь у нас пропала цель объединения. Но многие будут совсем не против оставаться вместе, формально ожидая совершеннолетия Лагоза, а на деле под регентшей.
— У вас там такой сильный состав?
— Покойный Лагоз под себя собирал команду, когда был одним из принцев, причём даже не наследником. Он смотрел далеко вперёд. Позже, кое-кто из слабых духом, ушёл из клуба, но сейчас перед оставшимися вновь забрезжила цель. Королева что-то предложила тебе, моя умница?
— Должность статс-дамы и обещание принять наших деток на службу сразу после их рождения.
— Паж и фрейлина. А если родится второй сын, то сразу рядовой гвардейского полка. К совершеннолетию у малышей уже будет немалая выслуга. Мальчики смогут рассчитывать на чин 10 или даже 9 класса.
— Разве младенец может быть рядовым?
— Что НЕ может нигде не написано. Изредка кое-кто этим пользуется. Мариана шеф-полковник не только Женского гвардейского полка. Перед смертью король успел ей передать шефство над Вторым лейб-гвардейским полком инфантерии. Там никто не откажет королеве в зачислении младенца в полк. Просто сразу дадут ему отпуск для подрастания и поправки здоровья. Станут платить жалование или нет, не столь важно, но годы выслуги будут идти. Отслужил пять лет без замечаний — извольте в младшие унтер-офицеры, прослужит дольше — поднимется в чине выше. Главное, чтобы покровитель производство подписывал.
— Я сделаю так, как ты решишь, но согласись, что Мариана обрисовала нам очень заманчивую перспективу. Матушка при своём Дворе, мне такое бы точно не предложила. У нас многое совсем не так делается.
— Хитрулька! Скажи Мариане, что я согласен.
Глава 4
Шарлотта
Радостная девчонка стремительно вбежала в комнату, схватила взрослую женщину за руку и с взволнованным возгласом потащила к козетке:
— Капа! Нам надо срочно поговорить!
Ещё не опустившись на свой край диванчика, Капитолина заметила:
— Судя по твоим горящим, а не зарёванным, глазкам, разговор прошёл удачно, и ты всё ещё невеста.
— Да! Представляешь? Он, как в книжке, влюбился в меня после того, как самовольно поцеловал! Там… На дороге. Ты помнишь? Я тебе жаловалась.
— Оказывается ты жаловалась⁈ А я думала, хвалилась!
— Капа! Не говори так! Я сразу запретила ему меня целовать! Он сам…
— Ты лучше расскажи, что сейчас было. Все твои прошлые поцелуйчики мы уже по много раз обсудили.
— Стах заявил, что влюбился и никогда меня не отпустит! Я такая счастливая!
— Шарли, ты серьёзно считала, что он разорвёт отношения?
— Не знаю! Но я была просто обязана ему рассказать, что нас специально с ним свели, а это была не случайная встреча.
— Какая разница? Случайно вы встретились или вас свели, главное результат.
— Не скажи! Вот, например, в романе…
— Боги с ними, с романами! Ты лучше ответь про главное — что он ответил на предложение королевы?
— Мне кажется, что Стах и сам заранее что-то такое подозревал. Я его даже не уговаривала. И ещё он поинтересовался, чего мне пообещала Мариана.
— А дальше?
— Объяснил, как младенца могут записать в полк, назвал меня хитрулькой и велел передать королеве, что он согласен.
— Он через тебя передаёт согласие? Не сам ей скажет? Это важно.
— Конечно, важно. Стах хочет подчеркнуть мою роль. Королева может решить, что я его уговорила и запомнит это на будущее.
— То есть жених сразу берёт тебя в союзники? Это хорошо. Значит, видит в тебе соратника, а не только постельную грелку.
— Капа! Ты что такое говоришь⁈ Мы же дружим с ним! Мы на одной струне! Мы две половинки, а ты считаешь, что он меня берёт в жёны только из-за похоти!
— Хорошо, хорошо! Я же не спорю. А если ты вместе со Стахом поднимешься к вершинам власти, то это будет полезно и для вас, и для твоего папы, и для всего Большого Леса.
— Силестрия рассказывала, что Стах не очень богат. То есть деньги есть, но он переводит их на подарки и разную другую ерунду. После свадьбы я отдам ему половину рубелей из моего приданого и половину драгоценностей из шкатулки. Тогда мы будем с ним вровень по доходам.
Королева
После каждой церемонии возвращаюсь к себе и переодеваюсь в повседневный мундир. Не из-за экономии, не для того, чтобы поберечь парадный. Есть очень подробно расписанный регламент где, когда и какой мундир носить. Сейчас за мной следит множество завистливых глаз, чуть проколешься, сразу запишут нарушение в журнал. Что-то вроде: 'Камергер Стах Тихий явился туда-то в парадном мундире, дабы подчеркнуть своё старшинство перед ХХХ, присутствующим, согласно Регламенту, в положенном повседневном мундире.
Вроде мелочь, но если её правильно подать, а потом другую, третью… Тут и до замечания в личное дело недалеко. Отболтаться можно, но не стоит тратить свой административный ресурс, лучше не подавать поводов. А то ведь королеве может и надоесть прикрывать меня по мелочам. Или вдруг отмахнётся под дурное настроение, дескать, это не так важно и не интересно.
В общем, переодеваюсь, выхожу из комнаты и сразу получаю предписание явиться в кабинет к государыне. Гонец, передавший вызов, намекнул, что речь пойдёт о принесении присяги, понятно, графом дю Гоуи.
Действительно Мариана начала разговор с того, что бароны графства Гоуи совсем расслабились без крепкой, управляющей ими руки. Принести присягу вроде и согласны, но хотели бы получить какие-либо дополнительные привилегии от нового сюзерена. Дело это скользковатое, потому решили прозондировать реакцию королевы. Её же малышу присягает граф.