Бывшие. Спаси моего сына (СИ)

- Ты преувеличиваешь – это первое. А второе, я мать и знаю, как смотреть за ребенком.
Тут меня едва не прорывает выхватить трубку и высказать этой полоумной курице все, что я думаю в этот момент.
Как же она бесит. Дико. Невыносимо.
Как Амир мог терпеть ее столько лет?
- Я готов все спокойно обсудить. Просто скажи мне, где Юра. Я хочу убедиться, что с ним все хорошо.
  
- А со мной все ли хорошо? Почему ты никогда не говоришь, как виноват во всем, что со мной случилось? Юрка… он бегать будет, у него жизнь впереди. А что у меня инвалидки есть кроме тебя? – она начинает истошно вопить и рыдать.
Я врач, а у меня нет никаких желаний, кроме как грубо заткнуть ей рот. Еще бы придушить не помешало.
Егор в это время кому-то пишет.
- Тай, а это повод подвергать жизни людей опасности?
- Какой опасности! Какие люди! Не заговаривай мне зубы! – продолжает свою истерику.
- Твой отец поджег клинику. Это он сделал. Я знаю.
- Ничего не знаю! Нет! Я просто забрала сына! Я мать! Я имею право! – вопит, как плохо запрограммированный робот.
- Где ты сейчас? Я приеду, и мы все обсудим. Ты же хотела меня видеть.
- Ага, так я тебе и поверила. Ты за Юрку переживаешь! А фиг тебе. Пока не докажешь свою преданность, сына ты не увидишь, - на шее Амира вздуваются вены, рука, сжимающая телефон подрагивает. Он на пределе.
Подхожу и глажу его по плечу. Пытаюсь успокоить. Срываться нельзя.
Это помогает. Он делает несколько вдохов. И лишь потом произносит:
- Как ты себе это представляешь, Тая?
- А ты выбери, кто тебе важнее, твой недоносок от Милки, или Юрик! Приведи их к моему папе. Сам. Тогда я поверю. И Милку и ее пацана.
У меня глаза на лоб лезут. Амир отодвигает телефон от уха и беззвучно матерится.
- А ты думал, все просто будет, да? Лапши мне на уши навешаешь, а я поверю? Неа, дорогой муженек, за свои ошибки ты будешь дорого платить. Или не плати… а Юрку ты не увидишь, - продолжает нести ахинею.
- Тай, мы можем встретиться и все обговорить? Ты где сейчас у нас дома? Я хочу тебя увидеть.
- Ни меня, ни Юрку не увидишь, пока не выполнишь условия. Папа ждет их! – истерично выкрикивает и отключает вызов.
Амир садится на стул и обхватывает голову руками.
- Трешак подъехал. У нее точно с ногами проблема, не с головой? – Егор тоже ошарашен.
- Голова там давно… - машу рукой.
- Бесячая бабища, - не унимается Егор. Смотрит в свой телефон. – Ее геолокация у меня есть. Но не факт, что вместе с ней Юрий.
- Скорее нет, чем да. Она не будет с ребенком сидеть, - говорит Амир, поднимаясь с кресла. – Но съездить к ней надо. Попробую из нее выбить инфу при личной встрече.
- Это может быть опасно, - глотаю горький ком.
- А какой вариант, Мил? - вздыхает.
Мой телефон звонит. Номер незнакомый.
Егор тут же вносит его в свой телефон и только после этого принимаю вызов.
- Милана Алексеевна, доброго дня! - доносится бодрый голос Фролова.
- Остап, не буду врать, что рада вас слышать.
- Фу, как не вежливо. А мне вот интересно, на что вы готовы, ради близких людей? – от его вопроса все опускается внутри.
- О чем вы?
- Насколько вам дорог профессор Евсеев? А его жена? Или ну их? Старики ведь достаточно прожили, - издает мерзкий смешок.
- Не трогайте профессора! Он тут не при чем! – страх проходится омерзительной волной по телу.
- Нууу… мы можем лично встретиться и все обсудить один на один. Вы красивая женщина, Милана Алексеевна, думаю, примените все свои таланты, чтобы меня переубедить…
- Где вы хотите встретится? – выпаливаю.
- Вы получите инструкции. Или думаете, я вам на слово поверю, что без дружков своих меня навестите? Но время тикает, а я не очень терпеливый человек. Так что решайте быстрее, - вызов прерывается.
- Они что совсем того? – Егор фыркает. – Между собой не договорились? От папаши с дочкой разные условия?
- Они со всех сторон наступают. Если не Амир, так я сама приду, - обхватываю свои плечи, пытаюсь унять дрожь.
Набираю номер профессора. Ожидаемо ответа нет.
Звоню Косте. Ответа нет. В этот момент у меня в голове взрыв происходит. Уже не страх, а состояние, которое словами не передать, словно в один миг жизнь рушится.
Амир бледнеет. Ярость, смешанная с дикой тревогой, читается в глазах.
- Костя… сынок, - шепчет посиневшими губами. – Нет… я не позволю…
От звонка моего мобильного вздрагиваю, как от взрыва.
- Лан, ты только не нервничай, - говорит быстро в трубку. – Приходили дружки Фролова. Костик телефон выронил, разбил в хлам. Но мы в безопасности. Не переживай, - в этот миг, моя благодарность не знает границ, она побеждает страх и дает силы.
Паника отступает. А когда слышу голос Кости, то мир оживает. Я снова живу. Я значит, мы справимся… Обязаны.
И только в этот миг осознаю, что крепко держу руку Амира.
- Выход есть, и я, кажется, знаю, его, - говорит тихо, и крепко прижимает меня к себе. – Мы победим, Мил.
  
Глава 64
 
Таисия 
- Пап, мне страшно! Что-то не так, - всхлипывает Тая.
- Не ной! Бошка от тебя раскалывается! – Остап ходит из угла в угол.
Отец тоже взвинчен, девушка это видит. Они находятся за городом в большом доме, о котором Тая никогда не была.
Нехорошие предчувствия не дают ей покоя.
- Может, я домой поеду. Вдруг Амир приедет. Мы еще можем с ним договориться. Он все поймет.
- Ты совсем полоумная? Не хочет и не хотел тебя твой недоносок! И сейчас если он и побежит к тебе, то только выбить инфу и потом открутить башку! – открывает бутылку с минералкой и жадно присасывается к бутылке.
- А Юра, что с ним? – Тая так и не видела своего сына.
- Кого ты смешишь? – скалится. – Ты никогда не интересовалась ребенком. Сказала по телефону как я велел, умница. Сиди теперь и жди, когда папка все уладит.
Отец поджег клинику. Это девушка узнала позже. Забрал куда-то ее сына. Дал четкие указания, что говорить Амиру. Она все сделала, но от этого не легче.
Ей больно, от того, что всю жизнь держалась за человека, которому ее было жалко и при этом муж презирал Таю.
Отец считает глупой. Разговаривает грубо. Сын боится.
Это разве жизнь? А была ли она у Таи?
Только в школе. Пока она не встретила Амира, она жила. У нее было столько поклонников она вертела ими как хотела. Она купалась в лучах всеобщего восхищения. Она была молодой, здоровой и красивой.
А что сейчас у нее есть? Слезы наворачиваются на глаза Таи. Столько лет она живет в ожидании любви мужа, сначала инвалидка, потом притворяясь ей.
У нее есть сын, но она ничего к нему не чувствует. Ребенок ее боится и никогда не полюбит.
Весь ужас ее жизни доходит только сейчас, обрушивается такой глыбой, что Тая начинает задыхаться.
Оглядывается по сторонам. А у нее никого нет. Отец не поймет. У него свои цели.
А мама… мамы нет по ее вине. Тая отказалась от мамы, когда она пыталась образумить дочь. И ведь только сейчас Тая слышит, действительно слышит слова матери. Она все правильно говорила. И послушай тогда Тая свою маму, возможно она была бы счастлива, а мать жива.
Что она натворила?!
- Ничего, твоего Амирку приструним, будет послушно в будке сидеть и не вякать, - Остап довольно скалится.
- Ты из-за меня его хочешь вернуть?
- Че? – хохочет как ненормальный. – Амирку я держал на цепи, чтобы его папаша гнил заживо, от осознания, что его сын у меня в лапах. Одной тюряги Динару мало, никому не позволено не считаться с Фроловым. Все мои враги свое получили или получат. И до Милкиного папаши доберусь. Тот еще за грехи молодости мне должен. Хотя… с ним проще простого, натяну его дочурку, покажу, как укрощаю строптивую, Леха коньки от увиденного и отбросит, - вытирает губы. – Сочная она, Тайка. Не могу дождаться, когда Милку заполучу.
- Папа, я твоя дочь! А ты мне такие гнусности говоришь! – возмущается Тая.