Бывшие. Спаси моего сына (СИ)

- Амир от меня ушел, - пробует подойти к отцу с другой стороны.
Какой бы Остап ни был, она не может потерять и его.
- А вот козлину мы в стойло вернем. Слишком он накосячил, меня конкретно задел. А его Милку я натяну. Да так, что визжать будет и добавки просить! – кровавые глаза пеленой жуткой покрываются, кончик языка высовывает.
- Как, пап? – Тая садится в свое инвалидное кресло.
  
Стоять сил больше нет. Она разучилась ходить.
Вместо полноценной реабилитации, она продолжала все время просиживать в кресле или валяться на постели.
Естественно, что Амир к ней не прикасался. И отмазка у него железная имелась: «Тая ты больна. О каких плотских утехах можно думать!», кричал возмущенно. А при этом она видела отвращение в его взгляде.
Всегда оно, а в лучшем случае жалость.
А Тая все надеялась, что придет день и Амир прозреет, поймет, что рядом с ним та, которая будет любить его всегда, примет любым и простит все.
При этом она будет презирать себя. Но это уже не важно. Она раба своей больной любви. Ради него живет. А она не нужна своему мужу.
И нет конца ее мучениям!
- Амирка твой думает, что неуязвим. Перекупил некоторых моих партнеров, на других компромата нарыл. Но он мразота тупая столько лет со мной работал, и не узнал меня. Пусть думает, что победил, мы ударим по другому флангу. Там, где он уязвим и не защищен. Хочет Милку, - Остап потирает руки, - Так получит ее ненависть. Даже не так, она собственными руками его придушит.
- Папуль, - Тая заметно оживляется, - Картина, нарисованная отцом очень уж ей нравится. Будоражит воображение. – А как это сделать? Ты знаешь?
- А ты во мне сомневаешься? – ухмыляется. – Все сделаем в лучшем виде. А потом и папка Милкой воспользуется, че кобылке зря пропадать. А Амирка к тебе приползет, покоцанный, обгаженный, ты пожалеешь, пригреешь, и никуда он не свалит.
- Не сомневаюсь! Папочка! – тоска и отчаяние проходят. Отец дарит Тае надежду.
Все же не плохой у нее отец. Да своеобразный, строгий, но он столько всего для нее делает.
- Ты знала, что у Амирки приплод имеется?
- Кто?
- Даунитос заделал даунитоса, - заливается смехом, походит на ржач лошади еще и с похрюкиванием. – Милка, тогда пузатая была.
- У Миланы и Амира ребенок? Общий? – было вспыхнувшая надежда угасает.
Тогда их связывает нечто гораздо большее! Ребенок от той, по кому Амир до сих пор с ума сходит. Шансы Таи стремятся к такому дну, что ей хочется волосы на себе рвать. Только не поможет это.
- Не паниковать, - Остап выставляет руку вперед. – Папка у тебя на то и папка, чтобы разгребать все. Так вот, прибьем сынишку, спишем все на Амира. Милка, когда узнает, от своего хахаля мокрого места не оставит. А мы в последний момент Амирку спасем. Я потом с ним свои счеты сведу. А тебе достанется дрессированный мужик, готовый к употреблению в любом виде, - Остап растягивает губы в кровавой улыбке. Слизывает кровь и довольно мычит.
  
Глава 51
 
Милана 
Сажусь в машину и выдыхаю только когда здание клиники остается позади.
Вот как так можно!
Я всегда с радостью ехала на работу, никогда не возникало желания сбежать.
Спасибо, Амир, за новые эмоции! Снова из-за него моя жизнь с ног на голову перевернута.
Пытаюсь сохранять спокойствие, но усталость, бешеные Фроловы. Тут у любого выдержка даст трещину.
Пока веду машину успокаиваюсь. Люблю дорогу. Если бы я так дико не хотела спать, то сейчас бы направилась за город и принялась гонять по трассе на скорости.
Но в моем состоянии подобное опасно.
- Мам, наконец-то! А мы с дедом уже отбивнушек и картошку нажарили, - встречает меня Костик с маленьким щенком в руках. – Еще рано утром!
- Мои ж вы хорошие, - обнимаю сына и утыкаюсь ему носом в шею.
Едва держусь на ногах.
- Поешь! А не сразу спать!
- Костик, я поем… после сна. Не могу, - тяжело вздыхаю.
- А ну посмотри на меня, - сын хмурит брови, берет меня за подбородок и вглядывается в лицо. – Мам, капец! Черные круги, сама зеленая! Ты никогда такой с ночных смен не возвращалась. Что случилось?
- Кость… потом. Нет сил. Дедушка где? – спрашиваю разуваясь.
- Ему какой-то старый приятель позвонил, помочь просил.
- Давно ушел?
- Час-полтора, - пожимает плечами.
Достаю телефон и набираю отца. Я стала параноиком.
Снова спасибо, Амир!
- Пап, у тебя все хорошо? – спрашиваю, едва отец принимает вызов.
- Да, Лан, все путем. Иван в гараже попросил помочь с его машиной разобраться. Мы посидим, посплетничаем, машинку починим. В общем не переживай. А ты как? Голос твой мне не нравится.
- Спать иду. Устала. И папа, не задерживайся. Будь осторожней, - по телу пробегает ощущение холодной липкости.
- Не переживай, доча. Кому твой старик нужен, - смеется.
- Мне пап, мне очень нужен.
- Видишь, все хорошо, - Костя смотрит на меня снисходительно. – Мам, не нравишься мне ты в последнее время.
- Разберусь, - машу рукой. – Вот отосплюсь, и разберусь.
Падаю в постель и засыпаю. Снятся кошмары. А проснуться не могу. Жуть какая-то.
Открываю глаза, а усталость на месте, все равно разбитая.
Потому как не в физической усталости дело. Психологически меня вампиры выпили.
- С пробуждением, спящая красавица! - на кухне меня встречает Володя.
- Ого, неожиданно, - зеваю.
- С Костиком созвонился. Решил с бутузами помочь. Они такие потешные, - кивает на щенков.
- Я бы сама с ними время провела. Да все некогда, - падаю на стул, подбираю подбородок ладонью. – А Костик где?
- С Эльзой гуляет. Ты сегодня снова на смену?
- Нет, - аж вздрагиваю от его вопроса.
Во что превратили мой второй дом!
- Отлично! Тогда ты свободна и мы можем куда-то завеяться! – Вова заметно оживляется.
- Не думаю, - качаю головой. – Хорошо, что ты пришел. Мне поговорить с тобой надо. Тут кое-что случилось, возможно, ты можешь помочь.
- Лан, я только рад буду! – подсаживается ближе. – Выкладывай.
И я рассказываю про клинику. Про ее возможную покупку.
- Говоришь, Амир обещал помочь? – барабанит пальцами по столу.
- Обещал, но его обещаниям веры нет. Так что их можно вообще в расчет не брать.
- Я пробью, Лан, что можно сделать. Все разузнаю. Но ты учитывай, я недавно в городе. Могу всего и не знать. Так что ничего не обещаю.
- Для меня это гораздо ценнее пустых обещаний, - накрываю его руку своей. Спасибо, Вов.
- Но это ведь не все? – прищуривается.
- Ты хочешь услышать хроники дурдома? – усмехаюсь.
- Знаешь, если что-то напрягает, лучше поделиться, порой перевести все в шутку и от души посмеяться, - подмигивает. – Поверь, попустит.
- Хм, возможно, ты и прав, - мое настроение определенно ползет вверх.
Следующие пол часа я рассказываю про бешеную мамашу, Володя воспринимает все легко, с иронией, шутит и словно убирает внутреннее напряжение.
Реально легче становится и усталость пропадает.
- О, мам, ты проснулась. А я с Машкой гулял. Все напрашивалась щенков посмотреть, - Костик заглядывает на кухню.
- Так пригласил бы к нам.
- Не, - морщит нос. – Не хочу. Надо Эльзе лапы помыть.
- И что это намечается? - кивает Володя на скрывшегося в ванной сына.
- А я знаю, - развожу руками. – Она за ним бегает, Костик нос воротит.
- А так ли воротит?
Задумываюсь на несколько секунд, прежде чем ответить.
- Думаю, именно воротит.
- Как знать, - Вова качает головой. – Так что Лан, я поеду пробью твой вопрос. И если ты не против к вечеру я бы забрал тебя проветриться.
- Посмотрим, - отвечаю уклончиво.
Провожаю Володю до двери. Он берет меня за руку. Целует ладонь. И говорит очень тихо:
- Лан, ничего не изменилось, я как любил, так и люблю тебя. – не дожидаясь ответа уходит.
Стою в коридоре, потираю ладонь и растерянно моргаю.