Бывшие. Спаси моего сына (СИ)

Так, что к сестре у Володи были чувства сродни как к матери. Он ее обожал. Помню, как пришел впервые ко мне в кабинет, бледный, в глазах отчаяние, он так боялся ее потерять. Умолял спасти, предлагал все, что у него есть. Так и сказал тогда:
- Я вам все отдам. Бизнес перепишу. Квартиру. Все до трусов. Только спасите ее!
Я обещала сделать все возможное. Но… как я говорила, у каждого врача свое кладбище. Не получилось. Марина попала ко мне на операционный стол, когда уже ничего нельзя было сделать. Я была пятым врачом. Болезнь запустили. Есть у нас типа «светила», которые очень многое обещают, а по факту только калечат. К сожалению, некоторым особям противопоказано работать врачами. Жертвой таких вот «гениев» стала его сестра.
  
Я честно об этом сказала Володе. Понимала исход. Но надеялась… не знаю на что, на чудо какое-то. Я делала все, что могла. Но увы…
Потеря Марины до сих пор для меня самая болезненная. Это не передать словами, когда теряешь пациента. Не научилась я отстраненно на это реагировать. И тогда меня выкручивало наизнанку. Я умом понимала, что случай фатальный, но душа кровоточила.
В данной ситуации родственники обычно обвиняют врача. И я была к этому готова. Володя же взял меня за руку и прошептал:
- Спасибо, что не отказали. Вы попробовали. Я все понимаю…
Его боль была физически ощутима, но он не позволил себе выплеснуть ее на меня. Он благодарил…
И вроде бы на этом все. Мы должны были разойтись и никогда больше не встречаться.
Но он позвонил мне после похорон. Мы долго проговорили. С ним было легко. Володя не засыпал меня жалобами на жизнь. Мы просто общались, и в процессе разговора узнавали друг друга.
Эти разговоры вошли в привычку. С ним было так легко и комфортно, как не было мне ни с кем, после разрыва с Амиром. Я замкнулась в себе. Много с кем общалась, но никому не позволяла приблизиться, не открывала души. Родным я тоже старалась не показывать боль. Они слишком за меня переживают, чтобы огорчать их.
А с Володей мне было очень просто быть откровенной. Он понимал. Именно к этому пониманию я тянулась.
Я не поняла как, но мы узнали практически все друг о друге. Я выболтала ему все, и ни о чем не сожалела. И для меня, полностью замкнутого человека, не пускающего никого к себе в душу, это было с родни фантастики.
Именно этого понимания мне не хватало.
Закручиваю кран. Вытираюсь и накидываю халат. Прохожу мимо кухни, бросаю взгляд на Володю, сидящего с папой и сыном. Он как чувствует, поднимает голову, улыбается. Киваю в ответ, иду к себе в комнату.
Ложусь в кровать. Закрываю глаза. Мысли не дают уснуть. Взволновал меня его приезд, тут нечего скрывать. Мне его не хватало все эти три года. Понимающего Володю…
Но, всегда есть пресловутое но, он был и остается для меня другом. Как бы ни старался Володя, он не смог затронуть мое женское нутро, искалеченное Амиром.
Мы ведь пробовали…
  
Глава 37
 
После расставания с Амиром прошло много лет. Мои свидания ничем не заканчивались. Я просто не могла подпустить к себе никого. Было отчуждение. Сердце было закрыто на тысячи замков, к которым даже у меня не было ключа.
Я не чувствовала малейшего интереса. Мне было скучно, неуютно, хотелось как можно скорее сбежать домой.
С Володей было иначе. У нас была масса тем для разговоров. Не было напряжения, и он понимал.
Оказывать знаки внимания как к женщине, он стал через полгода. То за руку возьмет, то обнимет по-особому, то прикоснется к губам в мимолетном поцелуе. Раньше я бы оттолкнула всех. И потом бы долго содрогалась от воспоминаний о чужих мужчинах.
Они все были именно чужими. Никакого родства и сближения.
Володя же пробрался в круг своих. Я радовалась его звонкам, нашим перепискам, встречам.
И умом я понимала, что такой спутник в жизни мне подходит. В нем абсолютно ничего не раздражает. Так почему бы и не попробовать?
Это я осознавала разумом. А сердце продолжало молчать, принимая Володю как друга. Но я решила, что все может измениться.
Я женщина, и слукавлю, если скажу, что больше никогда не хотелось отношений. Это не было первоочередным желанием, я любила свою жизнь, меня практически все устраивало.
Но порой, хотелось… да…
И я не останавливала Володю в его намерениях. Не отворачивалась от поцелуев. Он приходил к нам домой. Папа и Костик с ним подружились. Володя им нравился, они одобряли мой выбор.
Не отказала я, когда Володя пригласил меня к себе домой вечером. Был шикарный ужин при свечах. Тихая музыка, красивые слова, его ласки… Все было замечательно, пока он не поцеловал шею… То место, которое Амир в прошлом засыпал ласками. Я млела и таяла в руках Амира… Он целовал мою шею так, что я рассыпалась на миллион искрящихся удовольствием частиц.
А дальше ступор. Боль из прошлого, сердце запертое на тысячи замков стало кровоточить.
Я даже не успела остановить Володю. Он понял все сам.
- Ты не готова, Лан, - нежно провел по моей руке.
- Все нормально, давай попробуем, - мне тогда жутко хотелось стереть оставшиеся следы Амира. Выжечь любые воспоминания. Ведь именно тогда, я смогу начать новые отношения. Это станет моим обновлением. Но этого не происходило. Слишком разодрано сердце. И боюсь, починке оно больше не подлежит.
- Нет. Ничего из этого не получится. Но я всегда останусь тем, на кого ты можешь положиться в трудную минуту, - он обнял меня, и я уловила отчаяние в этом жесте.
А в скором времени, Володя сказал, что ему предложили выгодную сделку в Голландии. Но для того, чтобы там купить завод, надо тут все продать. Он очень быстро уладил тут свои дела и уехал.
Продолжал поддерживать отношения с моими родными. Изредка мы с ним переписывались.
Я думала и думаю о нем тепло. Он очень хороший человек.
А его приезд полная неожиданность. И слова, он вернулся, чтобы быть рядом.
Как к этому относиться? Что я чувствую?
Рада встрече – однозначно.
На этом все. Больше никаких конкретных мыслей.
Усталость берет свое и я проваливаюсь в сон. Тяжелый сон. Мне снятся Амир и Володя, Фролов… все сумбурно, туманно и очень неприятно. Открываю глаза с ощущением неприятной липкости, на душе паршиво.
Предчувствие что ли?
Отгоняю эти мысли. Нечего себя накручивать. Просто много событий.
Уже четыре. Мне скоро на работу. И кроме всех перипетий в жизни у меня пациенты. Выхожу на кухню, а там Володя с Костей, сидят на полу и возятся со щенками.
- Ты еще не ушел? – удивляюсь.
- Как тут уйдешь! От них же не оторваться, - нежно гладит одного из щенков по головке. – Мы с Костиком договорились, что двоих я забираю, как подрастут и окрепнут.
- Сразу двоих? – смеюсь. – Не много ли?
- Спасти жизнь, подарить им дом, это меньшее что я могу сделать. Мог бы всех бы приютил.
- Ничего, остальным мы хозяев найдем. Пристроим только в надежные руки, - сын доволен. Вижу, как смотрит на Володю.
Костик нашел родственную душу, человека, который разделяет его взгляды, его любовь к хвостатым.
Я тоже разделяю, и с удовольствием бы возилась со щенками, но у меня работа, которая не позволяет уделить столько времени сыну, сколько хочу. И за это я себя всегда корю. Хоть и стараюсь проводить с Костиком любую свободную минуту.
И вот сейчас снова… мой мобильный. Смотрю на экран. Анна.
И снова это липкое ощущение на коже.
- Да, Ань, - принимаю вызов.
- Милана Алексеевна, я… это подумала, что вам следует знать, - голос у девушки пугливый и тихий.
- О чем?
- Тут к нам снова пришел тот мужик.
- Какой? – не сразу понимаю о ком она.
- А тот, которого вы приказали охране выкинуть.
Фролов! Чтоб его!
- Так пусть его еще раз выкинут.
- Он пришел с каким-то генералом. И еще с одним мужиком в дорогущем костюме, с кучей охраны, -голос становится еще тише.
- Что он хочет?
- Не знаю. Они всей делегацией к нашему Адриану Аристарховичу пошли, - шмыгает носом.