Эпсилион. Буфер обмена (СИ)

Макс на секунду замолчал, и мне почему-то показалось, что сейчас он предпочёл бы Диму не вытаскивать. Пара лет, проведённых за решёткой, полностью изменила бы судьбу Немова-младшего.
– Но за добрые дела нужно расплачиваться, – продолжил Макс, выдернув меня из раздумий о возможной иной истории Димы. – Родители посчитали, что я смогу наставить брата на путь исправления, и отправили его ко мне в Москву. Вот представь себе неуправляемого подростка пятнадцати лет. Представила? А теперь представь, что он к тому же ещё и один из самых талантливых хакеров с неуёмной энергией, упрямством и ершистостью Дена. Да я за четыре года от его выходок поседел весь!
– Зато Вы активно пользовались его талантом инфосефт, – скривила я губы, не испытывая ни капли сочувствия к невзгодам старшего брата хакера.
– Можешь мне не верить, но я всеми силами пытался удержать Дена от этой работы. Да разве его можно было остановить? Подключившись к Эпсилиону, он почувствовал безграничные возможности виртуальной реальности, и у мальчишки просто «крышу снесло». Я несколько месяцев не мог вытащить его обратно в реальность, бегал за ним по разным серверам, вытаскивая из таких мест, о которых даже упоминать не стоит. Поняв всю бесполезность уговоров, криков, подзатыльников, я решил: пусть лучше работает под моим надзором, чем шляется непонятно по каким сетям.
Как раз в это я поверила легко. Удержать Дена не дано ни одному человеку. Удивительно, что Липатов нашёл с ним общий язык и смог проработать два года. Хотя, если подумать, Алекс отлично играл роль недалёкого прогера, полностью зависящего от решений друга. Ведь и правда Лис, умело приручивший несносного Хорька.
– Карина Мэй, руководитель службы антивирусной защиты КоСекюрити, была единственной, к чьему мнению Ден прислушивался. Кариночка смогла убедить его поступить в колледж на факультет антивирусной защиты. Она всегда восхищалась талантом Дена, поддерживала и учила его работе с вирусами в Эпсилионе. И произошедшее при взломе базы Системволд стало настоящей трагедией. Знаю, Димка до сих пор винит меня в гибели Карины, но это была случайность.
– Ден сказал, что вы оба виноваты, – тихо поправила я, вспоминая рассказ хакера о том злополучном дне.
– Да? – приподнял бровь Макс, а затем улыбнулся, совсем как брат. – Значит поумнел немного… растёт парень. Ты знаешь, я его не видел с того дня ни разу в реальности. После выхода из Сети я ему впервые врезал по физиономии, а он молча собрал вещи и ушёл. Ушёл насовсем. На звонки не отвечал, встреч в Эпсилионе избегал. Мальчишка так и не понял, что я не мог поступить иначе. Я искренне переживаю и сожалею о гибели Карины, но даже будь у меня второй шанс, я всё равно бы выбрал брата, а не её.
Версия Дена о тех страшных событиях мне была известна, но она явно не сходилась со словами Макса. Ден рассказывал, что при попытке взлома компании-конкурента хакеры столкнулись с вирусом в программе «Копилайф», убившем Карину Мэй и создавшим цифровую копию её разума. Макс хотел стереть программу и виртуальный клон программистки, но Ден наотрез отказался убивать копию своей подруги и сдался службе безопасности Системволд, чтобы иметь возможность спасти Карину, ставшую впоследствии его помощницей Ким.
– Если Вы сожалели о гибели Карины, то почему отдали приказ стереть её копию? – я решила расспросить Макса о тех событиях, пока он был настроен на разговор.
– Вирус, оказавшийся в коде программы «Копилайф», нёс опасность не только для нас или работников Системволд, этот вирус был угрозой для всего цифрового города. Моё руководство отдало приказ уничтожить программу, если сведения о дефекте подтвердятся, и Карина знала, на что шла. Дена планировали назначить руководителем лаборатории по разработке новейших антивирусных программ, и взяли мы его с собой, только чтобы он смог посмотреть на необычный вирус. Но там, на сервере, увидев гибель Карины, Ден словно разума лишился. Он не стал даже слушать мои доводы об опасности вируса, о том, что заключив договор с Системволд, он погубит своё будущее. Я знал, что Дена заставят подписать невыгодный контракт и Логинов начнёт использовать его способности инфосефт, совершенно не заботясь о безопасности.
 
– Ден спас жизнь человеку, – решила заступиться я за хакера. А разве можно было поступить по-другому? На его месте я бы сделала то же самое.
– Спас жизнь, говоришь?! – вспыхнул Макс, соскакивая со стула. – А Ден спросил у Карины, нужна ли ей такая жизнь? Он спросил у её родителей, хотят ли они видеть дочь заключённой в компьютерной сети? Дима спросил у её мужа, готов ли он принять, что его любимая женщина теперь цифровой клон? Нет! Ден совершил эгоистичный поступок! Мальчишка не стал считаться ни с чьим мнением, ни с чьими чувствами! Дима восемь месяцев кусками выдирал память Карины из программы, заменяя недостающие части своими кодами. И чего добился в итоге? И он, и она стали заложниками корпорации. Не говори мне, что Ден спас жизнь Карины! Он и её терзал, удерживая в Эпсилионе, и сам едва не погиб!
Со злостью Макс пнул стул, и тот, отлетев к стене, разбился в щепки. За разговором я и не заметила, как выбитые мною части кода в стенах восстановились, а мелкая паутинка на окнах медленно поползла обратно к центру. Через полчаса от моего буйного помешательства не останется и следа. Выпустив пар на ни в чём не повинном предмете мебели, Макс повернулся ко мне, пригвождая взглядом к спинке стула.
– Ден всегда был стихийным бедствием, но вдвоём вы настоящая катастрофа! Улетели всего на три дня, и теперь один в американской тюрьме, вторая в федеральном розыске!
А вот теперь Макс вновь стал похож на того человека, что так сильно пугал меня прежде в Эпсилионе. Аватар Немова-старшего был на голову выше брата и обладал мощными мускулистыми руками, способными прибить противника одним ударом. И если от взгляда изумрудных глаз Дена я цепенела, готовая утонуть в их завораживающей глубине, то от тяжёлого взгляда Макса, твёрдого и мутного, словно малахит, мне захотелось как можно скорее убежать и спрятаться.
Невольно я дёрнулась в сторону выхода, но прозрачные оковы не дали сделать резких движений. Макс заметил мою неудавшуюся попытку к бегству, и его хриплый голос разнёсся по залу:
– Сидеть! Ты сейчас же мне расскажешь детально всё, начиная с момента вашего вылета из Москвы, а потом я решу, прибить вас обоих сразу, чтобы не мучились, или дождаться, когда это сделают спецслужбы.
Нервно сглотнув подступивший к горлу комок, я начала рассказывать Максу о произошедших со мной и Димой событиях. Мужчина не перебивал, слушая напряжённо и внимательно, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Когда я закончила, Макс отвернулся к полностью восстановившемуся окну и застыл на несколько минут. Мне даже показалось, что он вышел из Сети. Но как только я попыталась вновь подняться со стула, мужчина резко обернулся.
– Ребят из «CIM-безопасность» понять можно, рисковать ради Димы фирмой нецелесообразно. Логинов мог бы согласиться за скидку в тридцать процентов на годовое обслуживание антивирусных программ компании, но официально «Системволд» на такое дело не подпишется, а Липатов на себя ответственность не возьмёт. Ты зря потратила время, пытаясь склонить их на сторону Дена, нужно было сразу идти ко мне. Осталось меньше суток до назначенного срока взлома, и я сомневаюсь, что смогу как-то повлиять на ситуацию.
– Вы тоже не поможете нам? – прошептала я, боясь услышать ответ на заданный вопрос.
Макс окинул меня тяжёлым взглядом и вместо ответа вывел голографическое изображение.
 
– Сегодня утром во всех новостях прошёл сюжет об убийстве в тюрьме штата Флорида. Видела?
Перед глазами замелькали картинки новостной ленты, пестрящие яркими заголовками о гибели российского хакера в американской тюрьме, сопровождаемые десятком фотографий распростёртого трупа на бетонном полу.
Не успела я до конца осознать смысл статей, как по телу пробежала новая волна жара, разбивая мир вокруг на мелкие квадратики. Тяжёлые оковы не позволили вскочить с места, но даже они не могли долго удерживать рвущийся от боли разум.