Шиноби (СИ)

Наберут силы, навыков. А низкий уровень чакры – отнюдь не приговор, если у тебя есть печать для её хранения про запас. Мне ли не знать? Для масштабных техник всегда есть свитки.
Занимаются они этим со старта войны, но процесс был отлажен и организован заранее, как и запасена энергия для проекта. У нас тоже отрабатывается такая технология, однако мы рассчитывали, что она не понадобится, и враги запросят мира, едва мы выбьем всю элиту и прорядим их основные войска.
И, может, с Облаком сработает, они реально вложились в джинчурики и сражаться с ними сложнее. Зато Ооноки изначально планировал бойню на годы, считая главным обеспечить больше людских ресурсов. Пусть и посредственно подготовленных чакропользователей, однако, если они просто смогут сливать энергию в печать для использования другими, уже хорошо.
– Есть ещё одна проблема, друг. Намного серьёзней, – уныло выдохнул Шисуи. И когда я скептически посмотрел на него, объяснил: – Фермеры собрали урожай риса. Вышла треть от нормы. Так по всему континенту, если не по всей планете.
– Значит, лучше не стало…
– Не стало, – кивнул он. – Если мы не исправим ситуацию с природной энергией, Элементальные страны ждёт голод в следующем году. Этот мы протянем, но следующий – уже нет. Если же урожайность продолжить деградировать дальше…
Я задумчиво постучал пальцами по столу. Искать базу Орочимару сенсорами практически бесполезно. По моим расчётам, если ежедневно тратить всю чакру на клонов всей семьёй, то обшаривать планету вслепую мы будем минимум пять лет. Скорее – дольше. Нужна наводка на конкретную область.
Решение есть. Не самое чистое из возможных, но вариантов особо не имеется. Поморщившись, поинтересовался:
– У нас тюрьмы не опустели?
– Найдём мы тебе жертву, – скривился друг.
Спустя два дня в отделе пыток и дознания Конохи перед нами медленно собирался из пепла Обито Учиха. Компанию мне с Хокаге составляли Рин с Какаши и сестра.
Труп распахнул пустые глаза, равнодушно смотря на нас. Так и должно быть, контрольная печать в его голове работает на полное подчинение.
– Обито, – тихо выдохнула Нохара, когда Учиха открыл глаза. – Почему?
Даже сквозь обработку сознания Учиха вздрогнул, увидев её. И будто через силу выдавил:
– Этот мир сгнил. Он несёт только боль и страдания. Мы хотели создать новый, лучший для всех.
– Мы? – прищурился Шисуи. – С Мадарой? В чём был ваш план?
Обито ещё раз посмотрел на Рин и принялся рассказывать: его спасение, как он жил у Мадары в убежище, где именно он жил – услышав про Кладбище Гор, сестра убежала проверять место – план Луны, скрижали клана Учиха, Бесконечную иллюзия счастья, мир, в котором каждый может быть тем, кем желает, выполнить самые сокровенные мечтания…
Чем больше я слушал, тем сильнее весь их план напоминал сон больного разума. Да и Учиха сам обмолвился, что, когда в первый раз услышал про иллюзию от Мадары, отреагировал также. Вот только смерть девушки его сломала. Разрушила все прежние мечты, оставив вместо себя пустоту, которую заполнили слова старика Учихи.
Можно было бы пожалеть беднягу. Но не буду. Не после того, как он натравил лиса на Коноху. И совершенно не важно, чем руководствовался человек, как для себя оправдывает злодеяния. Наруто бы растрогался, наверное. Но именно поэтому его тут и нет.
Обито говорил почти три часа, рассказывая свою историю и отвечая на наши вопросы. Ближе к концу допроса я ослабил влияние печати подчинения, спросив:
– Ты ведь понимаешь, что Мадара подстроил смерть Рин? У нас есть документы из Тумана. И более того, Обито, если ты хотел всё исправить, то мог бы воскресить подругу.
Он отвёл глаза, но твёрдо припечатал:
– Дело не во мне. Этот мир не должен приносить страдания людям. Природа человека в том, чтобы нести боль другим. Поэтому мы прервём цепь страданий, пусть и ценой свободы.
Вышло не очень убедительно, да и Рин заметила:
– Ты бы считал также, если бы я не умерла?
Учиха скривился, прежде чем процедить:
– И тогда я бы навечно остался глупцом, мечтающим стать Хокаге.
 
– То есть хорошо, что я погибла?
А Шисуи добавил к словам девушки:
– Возможно и стал бы Хокаге. У меня же вышло? Правда, поверь, мечтать тут особо не о чём.
Обито не нашёлся с ответом. Угрюмо смотрел на нас, разрываемый внутренними противоречиями. Может, Наруто и смог бы его убедить, ведь важны не слова, а эмоции и переживания, которые ты в них вкладываешь. А у меня есть лишь усталость и раздражение. Явно не то, чем получится переубедить человека.
Я слушал, как Рин и Какаши пытались объяснить Учихе его неправоту, приводили аргументы, давили на эмоции. Что-то получалось, судя по тому, как он опускал глаза в пол. Но мне не интересно. Плевать мне на Обито Учиху и его трудную жизнь.
Вернулась сестра, и на мой вопросительный взгляд медленно кивнула. По координатам Обито она нашла область, где фон природной энергии выше, чем в остальных местах. Хорошо.
У нас ведь на острове растения чахнут, причём очень характерно чахнут в отдалении от дома. Ближе – фон терпимый, ибо используются техники, содержащие природную энергию, собранную в других местах.
Коснувшись Шисуи, я передал ему управление техникой воскрешения и, сопровождаемый Карин, вышел наружу.
– Пойдём домой, Ясуо? Нечего нам тут делать.
Я согласно кивнул, и мы неспешно зашагали на выход из Деревни. Другие дела есть, кроме как пытаться понять извивы мысли Учих. Мама неделю назад родила брата, маленький Хизаши, названный в честь брата Хиаши. Смешная кроха, которую страшно в руки брать.
– Как действовать будем, брат? Там под землёй настоящие катакомбы.
– Статуя там?
– Да, Ясуо. Чакра мощная, необычная. Не ошибёшься. Собираем шиноби Деревень или сами попробуем? Вдруг опять шпионы им донесут?
– Начнём сами, а там подойдёт подкрепление, если возникнут проблемы.
– Когда? – остановившись на секунду, повернулась она ко мне.
– Завтра. Незачем ждать.
Я предупредил Шисуи через пару часов, отловив его на одном из опорных пунктов. А потом в одиночестве уселся в тишине семейного хранилища, смотря на набор свитков перед собой.
База Орочимару под землёй, если потребуется пробиваться, то придётся использовать несколько техник. Плюс, возможно срабатывание барьера. Автоматическое. У нас такое есть.
Однако, если там и нет барьера, то пробить необходимо десятки метров грунта, чтобы добраться до статуи, точнее, тела Десятихвостого. Хотя самое главное – не препятствия…
Мне нужен возрождённый монстр.
Зачем? А как иначе заставить Орочимару потратить всю собранную природную энергию? То, что мы оставим на месте его базы кратер в десяток километров, делу вообще не поможет. Есть вариант использовать Шисуи и его подчинение Шарингана, но сначала до сокомандника Джирайи добраться нужно. Причём до настоящего тела, скрытого в печати.
– Ты рискуешь, Ясуо, – прогремели в сознании слова лиса. – Десятихвостый невероятно могучее существо. И если ты правильно подсчитал, то возродится он в полной мощи, даже сильнее, чем в тот день, когда сражался с Хагоромо.
– Я знаю, Курама. Но у нас есть другой выбор? Собранная энергия должна быть выпущена, а мы должны заставить тварь её потратить. Нет времени бегать за Орочимару. Если не восстановим баланс природной энергии, через год-два люди начнут есть друг друга. Или у тебя есть другое предложение?
Он помолчал, а потом коротко рыкнул:
– Нет.
– Да ладно тебе, Курама, – усмехнулся я. – Разве ты не хочешь принять участие в эпичной битве?
– Битва может оказаться слишком эпичной для вас, Узумаки.
Я пожал плечами:
– Не попробуешь, не узнаешь. Мы идём туда подготовленными, есть куча планов и техник. А если проиграем, ничего не кончится. Ведь смерти нет, да?
С последними словами я стал раскладывать свитки по разгрузке в определённом порядке, так, чтобы можно было достать на ощупь. Закончив, открыл оружейный шкаф, доставая связки кунаев. Каждый надо проверить и подточить. Благо, оборудован специальный верстак, где есть всё необходимое. Часть ножей обычные, на других нанесена метка для Хирайшина. Техника Второго в некоторых случаях очень удобна.