Шиноби (СИ)

Что ни говори, но объёмы чакры решают, ведь объём – это и скорость восстановления, в конце концов. Судя по всему, Джирайя ещё и пилюли Акимичи употребил, дающие восстановление энергии. Я не брал их, хотя мне предлагали.
Как же, Узумаки, у меня в печатях дофига чакры… Тьфу! Дурак был.
Если смотреть объективно, то мы победили. Трёххвостый за нами, силам Облака нанесён урон, так как я убил двоих новых джинчурики, взял в плен ещё одного. Со всех сторон молодец.
Переведя взгляд на дрожащие руки, исходящие вонючим потом, попробовал сжать кулак. Не вышло.
Джирайя, слабо махнув нам ладонью, подхватил на руки раненого Итачи и исчез в Крыльях. Учихе опять не повезло. Да и не невезение это: его Шаринган сильный, с интересными способностями, но у паренька маловато чакры. Его стезя – тайные операции и тихие устранения, никак не бои на выносливость.
К нам дошагала Теруми, уже отправившая своих людей домой эвакуационными печатями. Выглядела она не очень: в обрывках бронежилета, с трудом скрывающих грудь, рваных колготках из сетки и резаной раной на правом боку, а также наливающимся синяком на половину лица.
Упав на камень возле нас, устало спросила:
– Трёххвостого точно забрали?
– Да, – ответил вместо меня Нагато. – Карин доставила свиток с ним, осталось лишь запечатать нормально.
– Ты захватил их джинчурики. Сможешь повторить их печать, чтобы Трёххвостый не развеялся при смерти сосуда?
– Да. Там и повторять ничего не нужно, ведь Девятихвостый не умрёт, если убить Наруто, – откликнулся я.
– Хорошо, – бледно улыбнулась женщина. – Не зря мои люди сегодня погибли. Вы можете доставить меня домой? Совсем нет чакры.
Я посмотрел на Нагато, он посмотрел на меня, и мы одновременно поморщились.
Не знаю, как у него, а я выгреб вот совсем всё. У меня Крылья сдохнут за пару часов, если я не подпитаю печать. А всё, сейчас как-то производимое телом, моментально уходит на лечение. Я даже встать не смогу.
Хорошо, что в этот момент рядом с нами появилась Карин. Оглядев нас троих, она молча бросилась ко мне. В организм потоком хлынула её чакра, заполнив резерв наполовину. Аналогично она поступила с Нагато, только ещё и пару минут поработала Мистической Ладонью, стянув рубцы в страшновато выглядящие шрамы.
После чего присела на колени возле Теруми, водя над ней горящей зелёным ладонью. Тут она задержалась дольше, явно повреждений нашлось больше, чем видно. В итоге, ещё и поделилась чакрой, кажется, вместе с целебным компонентом.
Я события фиксировал уже с трудом. Её сила приятно согревала тело изнутри, латая многочисленные повреждения. Мизукаге что-то прошептала сестре, и они исчезли. Нагато уже бодрее пошевелился, отпил воды из появившейся в руках фляжки и дал её мне. Я протянул руку…
Точнее, попробовал. Конечность вяло поднялась и упала обратно.
– Да ты совсем плох, Ясуо, – встревоженно нахмурился соклановец, уже внимательней смотря на меня Риннеганом. – Давай отправимся к Юмико.
Подняв меня на руки, он активировал Крылья, и, после пару коррекций, мы оказались в сортировочном бункере, где дежурили медики. В том числе и мама.
Едва увидев меня, она, даже не активируя Бьякуган, скрипнула зубами. Губы сжались в бешенстве, но она глубоко вдохнула и, подержав в лёгких воздух, выдохнула почти без злости.
– Опять Врата, сын? Я ведь просила тебя!
– Не ругай его, Юмико, другого выхода не было, – укладывая меня на каталку, попросил женщину Нагато.
– А ты там на что был, Бог Шиноби?! – едко поинтересовалась мама, сканируя мой организм Мистической Ладонью. – У сына ещё от Седьмых Врат организм не восстановился, а тут опять сразу Пятые, как я вижу. Резервы выработаны до конца, у него и чакра в ближайшие пару дней восстанавливаться не будет!
– Иначе бы его убили, а потом и нас, там всё по краю шло!
– У тебя Глаза Бога! Резервы чакры, как у биджу. Почему ты проиграл? Почему не убил их всех?!
Нагато сжал челюсти, так, что заходили желваки под кожей, явно желая ответить не по-доброму. Но сдержался, буркнув:
 
– Я домой, успокоишься, поговорим.
– В палату к Джирайе его, – скомандовала мама одному из медиков. – Капельницу поставить. Процедур больше никаких не нужно, сама сделаю.
Удивительно, но я не терял сознания. Дождался, пока меня переложили на кровать, выпил воды из поднесённой к губам чашки. И только тогда обратил внимание на, всего в бинтах, Джирайю поглядывающего с соседней койки.
Когда медик нас оставил, учитель почесал бинты на груди и с кислой ухмылкой поинтересовался:
– Ну как тебе настоящий бой, юный гений?
Я вяло шевельнул ладошкой, не имея сил ответить. В одном он оказался прав ещё тогда, когда мы обсуждали войну очень давно – если всё так пойдёт и дальше, то элита быстро закончится, вырезав друг друга. Войну же закончат генины, едва способные держать в руке кунай. И тот из сильных шиноби, кто окажется достаточно вынослив, чтобы пережить постоянные мясорубки.
Я по-новому посмотрел на беловолосого, всегда изображающего придурковатость шиноби. Знал ведь, что он пережил две мировые войны. Но вот действительно понимать пройденный им путь стал лишь сейчас, на себе ощутив серьёзный и долгий бой. Это насколько Джирайя живучая и удачливая тварь, однако? Ведь даже юного гения Учих, в итоге, из боя вынес беловолосый почти старик, а не наоборот.
Мамочка, куда я попал? Как мне пережить бойню самому и провести без потерь свою семью? Где взять не столько силы, а мешок удачи?
 Глава 32 
Бесконечный океан мягко нёс свои воды под ласковым солнцем, накатывая волнами мне на ноги. Немного позади дремал Курама, восстанавливаясь после боя с Восьмихвостым. Он довольно сильно потратился, пусть, как оказалось, Гьюки явился на бой ещё более ослабленным. Создание искусственных биджу не прошло даром для него, монстр отдал много чакры.
Как узнали менталисты у пленного, при создании монстров за основу берётся призывное животное, в которое запечатывается огромный объём чакры биджу вместе с чакрой будущего джинчурики. Обычно, сразу нескольких человек на случай смерти одного из них в бою. А потом, когда в несчастного зверька проникает чакра монстра, и он уже находится на грани смерти, его подпитывают природной энергией. Зверь начинает мутировать, пока не установится шаткий баланс чакры.
Происходящее дальше пленник рассказать не смог, знает лишь, что, в итоге, чакра биджу полностью берёт верх, а следом в животное вливают астрономическое количество природной энергии, позволяющее ему завершить эволюцию, став существом из чакры. Причём, уже имеющим сродство с будущим сосудом, которому не нужно привыкать и выстраивать взаимоотношения с монстром. После, опытные джинчурики Облака научат создавать Покров, и шиноби готовы к бою.
На данный момент враги создали около четырёх десятков тварей.
Да, они слабее исходной девятки, в основном, из-за молодости. Однако на покров одного хвоста их хватает. Создавали бы и дальше, но возник реальный дефицит природной энергии для поддержания жизнедеятельности монстров.
Вероятно, если расселить их по всей планете в местах, полных жизнью, экосистема справится. Но в условиях, когда они должны постоянно воевать, на землях, осушённых от энергии, возникают проблемы. Проект признан полностью успешным, но приостановлен. При этом, сбор природной энергии в удалённых местах планеты продолжается, и на что она пойдёт, пленник не знает.
Сорок человек… Я убил двоих, потратив всю плазму. Пусть за два боя, но очень показателен уровень затрат. А в условиях войны, когда каждая капля чакры на счету, непонятно, когда получится восстановить технику. И необходимо ли оно вообще? Не лучше ли поработать в сторону пробивной способности?
Смысл заливать километры площади огнём, когда нужно уничтожить высокомобильную и прочную цель? Если подумать, то лучше усилить Сферу Молнии. И, на крайний случай, Расенган. Конечно, площадные техники должны быть, однако оружие это специфическое. Явно не рядовая лошадка войны.