Шиноби (СИ)

Формально Узумаки вычеркнули из книг Бинго, что являлось одним из подпунктов договора, однако опасность остаётся. Но есть и польза, ведь Камень и Облако наверняка купят наши печати. Хотя бы чтобы подобрать защиту от самых популярных техник. Невыразимо жалко продавать любое изделие, но договор не выделяет будущих врагов отдельно.
Возвращаясь к Хинате, она на мой прямой вопрос: «Как так, почему отпустили?» – залилась краской и ответила: «Это не моя тайна, Узумаки-кун. Но ты рано или поздно узнаешь, обещаю».
Теперь у нас имеется команда из трёх генинов с формальным наставником в виде Нагато. Брат просит миссию, а то какая же команда без заданий? Я попросил Шисуи подкинуть что-нибудь в далёкой стране, как появится. Опасно, но, думаю, в ближайшие месяцы договор Деревень будет соблюдаться…
– Ты такой радостный, брат. Что, твою любимую технику купили?
– Ага! Много!
– Пф-ф-ф! Подумаешь.
– Вот когда придумаешь свою, Карин, тоже будешь гордиться, – фыркнул я.
Она обиженно скуксилась:
– Я сделала большую часть работы над Крыльями!
– Они не считаются, мы все трудились, а идея и вовсе моя.
– Не ссорьтесь, – вмешалась Хьюга, стоя между нами.
– А что он важничает? Подумаешь, технику изобрёл. И вообще это не техника молнии, он обманывает! Сам он даже название не придумал!
Я широко усмехнулся.
– Завидовать нехорошо, сестра.
– Р-р-р! Я выбью его самодовольство! Хината-тян, в сторону!
Белоглазая девочка отпрыгнула, а мне в лицо полетел кулачок Карин.
Лениво сдвинувшись, я пропустил его слева и отвесил сестре лёгкий подзатыльник. И, по-прежнему улыбаясь, ушёл от удара ногой.
Карин раздражённо прошипела, и на меня обрушился вихрь атак.
Блок, уворот, отход. Алый глаз и Риннеган сменили цвет и форму, знаменуя переход в Режим Мудреца. На что я хмыкнул, отключил утяжелители и поманил её выставленной вперёд ладонью.
Славься Майто Гай! Именно его жестокая школа позволила мне встретить бурю.
Блок, ещё один, уворот, контратака.
Посмотрим, какова сестра в защите.
Двойка, колено, удар ребром ладони, локтём, пяткой. Ещё сильнее.
Чужой чакры в печати – океаны. Карин стойко переносит удары, правда, я всё равно лучше.
Её попытки контратаковать слишком очевидны и оканчиваются для неё, в лучшем случае, ничем, а, в худшем, встречным ударом.
Две минуты избиения, пока она не отскочила назад и в меня не ударила стена воды.
Выплеск чакры, останавливая атаку. Мерцание. Удар в грудь. Она ушла Крыльями.
Двести метров правее и вверх. Телепорт. Мерцание. Выплеск чакры, встречая водяные пули. Перенос, уходя от узкого потока воды под огромным давлением. Мерцание. Ручные печати, перемещение, и стена воды встречает отправленную молнию.
Сестра окружила себя в водяную сферу, паря вместе с ней в воздухе.
Водяные пули, хлысты, повисший в воздухе туман, сбивающий сенсорику. Телепорт на землю, и я замер, смотря на затянутую туманом область. Мои теневые клоны уходят Мерцанием, отвлекая её атаками.
Режим Мудреца. Телепорт высоко вверх, свободное падение, концентрация, ещё два клона, бьющие в защиту из воды молниями. Восполнить резерв.
Уход в печать, подготовка техники, вбухивая всю доступную чакру. Выход в реальный мир. Громкий крик во всю мощь лёких, обрушивая технику на защитную сферу сестры.
– Расенган!
Чудовищная слепящая сфера бешено вращающейся сенчакры рухнула сверху, сметая барьер из воды и позволяя мне увидеть расширенные в испуге глаза, перед тем как Карин ушла Крыльями.
Нет, что-то в технике Минато есть! Да и название кричать, оказывается, весело!
 Глава 25 
– Вот список наших покупок, – подвинул мне листок Сасори. – Всё оплатим чакрой, в пять сеансов.
Тут меня к общей печати никто не приводил, хотя, думаю, у них такая есть. Песок на бытовом уровне постоянно печатями пользуется. Надо же где-то марионеток носить? Хотя следующие его слова, меня смутили:
– Узумаки, купите чакру?
По кукольному лицу марионетки ничего не понять. А вот стоящий позади своего Каге Гаара стыдливо отвёл глаза в сторону. Как же у них плохи дела, раз приходится зарабатывать деньги так?! Впрочем, а чего я ждал? Проигранная война, контрибуции, плюс на носу очередная бойня. Поэтому, прикинув накопления семьи и поток заказов из Тумана, осторожно согласился.
 
– На десять миллионов можем взять.
– Хорошо. Тогда сеансов передачи будет больше. Приходи завтра к полудню, соберу людей.
Попрощавшись, я переместился в Деревню, держа в руках список их покупок. Не сильно-то и большой, на самом деле. Есть у меня подозрение, будто нет у Песка никаких особых проектов, а есть отчаянное желание выжить здесь и сейчас. Скорее всего, деньги за чакру пойдут на закупку продовольствия. Жёстко. Но могли попробовать договориться с Конохой раньше, а не нападать.
Дома меня ждала непривычная тишина. Лишь сидели в гостиной на диване Минато и Кушина, смотря на своего сына. Подпирала стенку Карин, постукивала по подлокотнику кресла пальцами мама. С этим Песком чуть не вылетело из головы…
– Не переживай, сын. Мы не последний раз видимся. Ты сильный, справишься!
– Позаботьтесь о нём ещё немного, Юмико-сан, – поклонилась Кушина, вторя словам Минато, и повернулась ко мне: – Ясуо, не дай семье сгинуть. Ты справишься, я знаю.
Мы с мамой одновременно кивнули.
– Хватить сопли ронять, даттебанэ! Делай что должен, Наруто. Мужик ты или нет!
Блондин, отчаянно пытающийся сдержать слёзы, вздрогнул на окрик матери, и засуетился, чуть не ошибившись в ручных печатях. Но выдохнул:
– Спасибо, мама и папа!
Его родители исчезли, запечатанные. А следом переместился и блондин, явно не желая, чтобы мы видели его слёзы. Он ведь уже взрослый…
Я сжал губы и устало рухнул на диван. Жалко. Однако чакры клонам родителей брата оставалось уже не на часы или минуты.
Наруто справится с болью потери, куда ему деваться? Пусть побудет один немного, время лечит.
Я кинул на стол лист с заказами из Песка. Поднявшая его Юмико бегло проглядела позиции.
– Не густо, сын.
– Они предлагают у них чакру купить, мам…
– Даже так? – подняла она бровь. – Тогда ясно.
– Угу. Я пойду, поговорю с Нагато, ладно?
Сцена прощания Наруто оставила у меня неловкое ощущение. Когда ты знаешь, что мёртвых можно вернуть, уложить в голове окончательность смерти сложно. Да и тут даже не гибель живых, а просто отпечатки мёртвых людей. Впрочем, их хватило, чтобы узнать личности. Минато умница, могли бы столько всего придумать вместе…
Вздохнув, я вышел наружу и, пройдя тридцать шагов, остановился у небольшого, одноэтажного, кирпичного домика с синей крышей. Постройка совсем новая, аккуратная, до сих пор пахнущая краской на пороге и оконных рамах. И совершенно не просматриваемая для сенсорики.
Нагато и Конан будто кролики, дорвавшиеся до сезона. Не удивлюсь, если она уже беременна.
Постучав по косяку специальным молоточком, я остался стоять, пока, через пять минут, дверь не распахнулась, показав расслабленного, в одном халате, Узумаки.
– Проходи! – посторонился он.
Скинув сандалии, я прошёлся на уютную кухню, где такая же растрёпанная Конан поинтересовалась:
– Чаю?
Я кивнул и, наблюдая за её суетой с заварником, порадовался про себя: кто знал, что подруга Нагато окажется для нас активом не менее ценным, чем Риннеган?
– Нам нужны поставки материалов, Конан-сан.
Ибо на скромную женщину в Дожде работает немаленькое такое предприятие по производству чакропроводящей бумаги и чернил, а также десяток шиноби. Она способна полностью покрыть наши запросы – знай, отгружай материалы и деньги.
– Много? – лениво поинтересовалась Конан, ставя передо мной чашку.
– По вашим меркам? Не особо.
– Дай список, завтра доставлю.
Я протянул бумаги, которые, мельком глянув, она закинула на холодильник, после чего с долей сочувствия спросила: