Шиноби (СИ)

– Да как же! – воскликнула Карин. – Куда? Зачем?
Ещё глоток, запивая еду, и я односложно откликнулся:
– Водоворот. Иначе начнётся война. Наруто с нами.
– И глаза не попросят? – прищурилась мама.
– А у них есть кто-то, способный ими владеть?
– Цунаде вытянет.
– А захочет ли, мам?
И вот на это ей ответить нечего. Цунаде точно не захочет рисовать на своей спине ещё одну мишень.
– Подожди, аники. А распределение в команду? Как же Хината-тян?
Карин воскликнула:
– То есть не сомневаешься, будто попадешь с ней в одну команду?
– Хиаши-сан обещал, – стыдливо отвернулся от сестры блондин.
– Понятно всё с вами, – вздохнула Карин. И уже мне: – Брат, но там одни развалины!
– Придётся строиться заново, – согласился я.
– Ты так и не сказал, как быть с Хинатой-тян?
– Для тебя разве имеет значение расстояние, Наруто? Или тебе кто-то запрещает с ней тренироваться?
Он погрустнел.
– Я бы хотел быть в одной команде…
Тут у меня в голове щёлкнуло: а ведь братец ревнует. Вроде не к кому, но оставлять девочку с кем-то другим не хочет. Прикинув варианты, я хмыкнул:
– Так позови её с нами, когда мы обустроимся. Вот вам и команда.
– А так можно? – вмиг повеселел блондин.
– Кто знает? Попробуй.
– Я пойду посоветуюсь!
Он исчез, уйдя в печать к родителям. А мама обвела сожалеющим взглядом кухню.
– А дом на кого? А храм? Лавку? Как же мы без чакры от селения?
Я усмехнулся:
– Всё с собой заберём, кроме лавки, разрешение получено. При желании, можешь и работать остаться.
Сложно запереть на острове семью, все в которой могут перемещаться куда угодно. И кстати об острове…
– Отправимся проверить новые владения?
Мама поморщилась. Но кивнула.
Карин протянула руки, и мы оказались в темноте. Пришлось совершить четыре корректировки, пока мы не оказались на холме, с которого открывался вид на руины небольшого городка, раскинувшегося на обеих сторонах устья реки. Когда-то их соединял мост, от которого в наши дни остались одни обломки.
Селение оказалось больше, чем я думал, были даже довольно высокие здания… когда-то. Среди обломков бетона и кирпича пробивалась трава и молодые деревья, немного разбавляя унылые виды.
Мама поморщилась, посмотрев в сторону останков одного из домов, и нас медленно подняло вверх, на высоту в полкилометра над развалинами. Отсюда виднелись обломки моста в воде и весь масштаб проблем. Впрочем, кое-кто увидел и возможности:
– Это всё наше? Можем использовать как угодно?
– А что бы ты хотела, Карин? – поднял я бровь.
– Не знаю, дом больше? Сад? Грибницы?
– Для нас четверых хватало места и в Конохе, – вздохнула мама. – Давайте возвращаться, а завтра приступим к осмотру руин. Нужно выбрать и расчистить место под дом.
Заодно разобраться с водоснабжением, электричеством и канализацией. Оно в Конохе центральное, а здесь придётся искать другие решения.
Вернувшись домой, я достал планы, оставленные строителями при ремонте дома, оценивая, где придётся перекрыть коммуникации, когда вырежем участок из окружающего ландшафта печатью.
От изучения плана канализации, разложенного на столе в гостиной, меня оторвали мягкие шаги Кушины Узумаки, остановившейся напротив.
Свернув бумаги, я вопросительно поднял глаза на женщину.
– Значит, Водоворот, Ясуо-кун? И никакого шанса остаться для сына в Конохе?
– Он обучен всему нами изученному, Намиказе-сан. Дело ведь не в одном Девятихвостом, а ещё и самом Наруто.
– Я не брала фамилию мужа, Ясуо. Зови по имени, – улыбнулась она. – Я видела ваши изобретения. Минато в восторге, очень благодарит, говорит, что сами мы никогда не сделали бы сына настолько сильным.
– Он Четвёртый!
– Вот именно. Насколько сильный сын у Третьего? Много ли свободного времени остаётся у Шисуи? А ещё ваша идея покупать чакру в обмен на свитки – гениальна. Столько практики в техниках, это потрясающе!
Я почесал в затылке. А чья придумка вообще? Помню, затея с хранилищем для семьи под чакру, вроде, моя. Или нет? А уже когда решали вопрос с лавкой, как-то само-собой считалось, что нам нужна такая опция…
 
– Но я к тебе не за этим, Ясуо. Можешь отвезти меня в Водоворот?
– Конечно. Когда хотите?
Она оглядела лист со схемой канализации:
– Сейчас не занят?
Я улыбнулся и протянул руку, запечатывая нас обоих. Коррекция, ещё одна, и вот мы стоим на том же месте, где и утром с семьёй.
Кушина, отпустила мою ладонь и с болью огляделась вокруг. А я и забыл: Водоворот-то разрушили уже после её отправки в Коноху. Она застала Деревню целой.
– Кушина-сан, подождите здесь!
Быстро вернувшись домой, подхватил большой блокнот, карандаш и, спустя мгновение, опять встал перед Узумаки.
– Вы бы не могли провести экскурсию? Нужно записать, что здесь где располагалось. Может, вспомните имена, истории. Наруто будет очень рад.
Она расплылась в улыбке:
– Он уже вытряс из меня полсотни имён. Ясуо. Не думала, будто у него окажется такой интерес к клану. Я сама и близко не интересовалась его историей, как Наруто.
– А вы росли в приюте? – поднял бровь я.
Женщина резко оскалилась, с раздражением выплюнув:
– Сарутоби, старый козёл! Я умоляла его перед смертью, позаботиться о сыне! А он? Запихал его в приют! Или Джирайя! Почему Деревня, ради которой мы пожертвовали жизнью, не смогла заботиться нормально о нашем сыне? Почему для этого потребовались Узумаки из Травы?
– У них у всех имелись важные причины…
– Пусть засунут себе их в задницу! Мы умирали, уверенные, что сын получит достойный уход и перспективы! Минато жертвовал не просто жизнью. Душой! И знаешь? Хорошо, что сын уходит с вами, пусть сами думают о своих «важных причинах»!
Я ухмыльнулся.
Приятно.
Боялся, что у них взыграет патриотизм и начнут капать пацану на мозги. Я благодарен Конохе, здесь много хороших людей. И от Деревни моя семья видела лишь помощь. Ну да, попросили воевать за них. Но ведь и сами в первых рядах идут.
Шисуи не шутил, когда заявил о готовности отправить того же Саске в бой. И как-то обвинять в чёрствости тех, кто сам готов пожертвовать жизнью, сложно. В глупости можно. Несправедливости – нет. Однако хотелось бы без работы на Деревню «из последних сил».
Да, теперь жизнь станет опаснее. Но свобода это окупает, лишь бы хватило силы её отстоять!
– Кушина-сан, так покажете, где и какие здания раньше размещались?
– Вот тут продавали хлеб. Там библиотека. Здесь резиденция главы клана. А вот здесь жила я, когда была маленькой.
Её палец показывал на развалины трёхэтажного дома, и я не мог не спросить:
– А почему в Деревне так много многоэтажных строений? Места вокруг полно.
– Морской климат, зимой прохладно, проще обогревать.
Я скептически поднял бровь. Здесь не настолько холодно, широты совсем не те. И Кушина, увидев мою реакцию, сдалась:
– Хотели пустить пыль в глаза другим селениям уровнем развития и богатством. Когда клан осел здесь, многоэтажки считались вершиной прогресса. И так, правда, проще жить!
Вот в это уже реально поверить. Понты – наше всё!
Я ходил, записывал, местами зарисовывал. Мы обошли все постройки на обеих сторонах реки, поднялись по течению, где, в отводе, стояла гидроэлектростанция. Основные узлы выглядели даже не особо повреждёнными, но всё разграблено. Тут нужно звать специалистов.
Прежде всего расчистка руин. Мародёры постарались, но, наверняка, найдём что-то полезное или просто красивое. У нас есть время, пока решается вопрос с джинчурики Семихвостого.
Да и Нагато надо напрячь, а то сидит у нас в лавке. То ещё повышение в должности для бывшего бога, к тому же, в нелюбимой Деревне, если подумать. Пусть прикоснётся к корням клана. И мне нужны его пять стихий. Риннегана у него, может, и не осталось, но полученное сродство за столько времени использования он сохранил.