Долина папоротников (СИ)
С этим трудно было поспорить, и девушка, помолчав в задумчивости, произнесла:
— И все-таки тебе не следовало заводить с капитаном тот разговор.
— Право слово, Лиззи, я лишь хотела, как лучше! Сколько можно поминать об этом?! — Хелен вскочила с обиженным видом. — Больше не стану тебе помогать — делай, как знаешь.
На том они и расстались, недовольные друг другом и сложившимися обстоятельствами.
Слова подруги весь день не шли у Лиззи из головы.
Что сделать?
Как поступить?
Забыть о злополучном ключе, следах животного и своей внезапно вспыхнувшей влюбленности?
Или пойти ва-банк и расставить все точки над «i“?
Промаявшись до самого ужина, она выбрала второе… Сердечная неопределенность придала ей неожиданной смелости, о наличии которой она прежде в себе даже не подозревала.
Лиззи спустилась на кухню и выпросила у Кэтти, их с Хелен верной пособницы, одно из ее старых платьев. Даже если ее и увидят, думалось ей, узнать точно не смогут… А план был довольно незамысловат: добраться до квартиры капитана Мэннинга и опробовать ключ на замке его двери. Ни больше ни меньше…
Оставалось только выбраться из дома, и сделать это казалось несложно: отец рано удалился в библиотеку, тетушка Сэттон ушла и того раньше. Кэтти отперла дверь заднего хода, и они выскользнули в ночь. Дорога, к счастью, не была слишком долгой — не более получаса, коли идти совсем не торопясь — и девушки сократили ее вдвое, стремясь справиться с задачей как можно скорее.
Темные ночные улицы пугали Лиззи сильнее после недавней прогулки на кладбище: за каждым углом мерещились фосфоресцирующие глаза виденного ею животного, и от мысли оказаться одной перехватывало дыхание. В противном случае, причитания Кэтти давно заставили бы ее поворотить назад… Уж больно беспокойной спутницей она оказалась.
— Ах, мисс Лиззи, только бы нас никто не увидел… Смотрите, что это там за углом?
— Дерево у дома миссис Дамблби.
— А эта страшная тень впереди?
— Телега зеленщика, Кэтти. Кто бы подумал, что ты такая трусиха!
— Да, я боюсь, — сцепила она свои руки. — Очень боюсь. Особенно после рассказа Джона Хопкинса.
Лиззи полюбопытствовала:
— Какого еще рассказа? — Не то, чтобы ей было действительно интересно, просто хотелось отвлечь служанку чем-то помимо рассматривания теней.
— Страшного, мисс, — ответила Кэтти, — о злом оборотне. — Лиззи пробрала дрожь, прошлась от макушки до кончиков пальцев на ногах. — Он самолично видел его на дороге позапрошлой ночью, — продолжала рассказчица. — Огромного, как гора, с горящими глазами. Он пробежал в нескольких метрах от него, пересек дорогу и скрылся в лесу.
— Оборотень? — повторила Лиззи, едва перебарывая желание поделиться с девушкой и своей ночной встречей на кладбище. — Быть может, это было бродячее животное. Собака или… волк.
— Волк, — хмыкнула Кэтти. — Волков у нас отродясь не водилось, а бродячие животные, мисс, не встают на задние лапы и не рычат страшным голосом.
— Это Хопкинс тебе рассказал? Приврал, верно, для красочности.
— Не, — Кэтти замотала головой, — Джон не такой. Он богом клянется, что это был оборотень, а такими вещами не шутят, мисс Лиззи. — И так крепко вцепилась ей в руку, что девушка едва не вскрикнула. И не поворотила в сторону дома…
И только близость цели заставила ее проделать последние несколько шагов.
Они замерли на противоположной стороне улицы и всмотрелись в темные окна комнат на втором этаже. Лиззи не знала их точного расположения, но полагала, гостиная выходит окнами на главную улицу, и если не видно огня, значит, хозяин почевает в своей постели.
В окнах самой миссис Паттерсон горела одинокая свеча… Впрочем, это не имело особого значения: ей всего лишь предстояло подняться по боковой лестнице (к комнатам капитана вел отдельный вход с улицы) и вставить ключ в замочную скважину. Дело одной минуты, если подумать… Лиззи надвинула на лицо капюшон старенького, давно вышедшего из моды, но в данном случае абсолютно незаменимого плаща, и пошла через улицу.
— Возвращайтесь скорее, — пропищала Кэтти испуганным голосом. — Я жуть как боюсь оставаться одна!
Лиззи и сама тряслась от страха, правда, несколько по другому поводу: зажатый в ладони ключ казался раскаленным от жара ее собственного тела. Мысли метались одна отчаяннее другой… Колени ослабели. В горле внезапно пересохло… Она ступила на нижнюю ступень лестницы и выдохнула страх облачком белого пара.
Отступать некуда…
Сейчас или никогда.
Она поднялась на самый верх и прислушалась: мерещится ей от страха или там и правда слышны голоса? Мерещится, должно быть… Она выпростала из-под плаща потную руку и осторожно, стараясь не коснуться замочной скважины, вставила в нее злополучный ключ. Тот вошел просто, словно только того и ждал, а вот проворачиваться не хотел. Первая волна радости сменилась отчаянием и… ужасом: за дверью послышались шаги.
Лиззи дернула ключ — тот не поддавался, его заклинило в механизме. В этот момент дверь и распахнулась…
— Кто здесь? — услышала она голос старухи Паттерсон. — Что вам здесь надо?
Девушку обдало кипятком и приморозило к полу одновременно. Нет бы развернуться и убежать, бросить и ключ, и свои нелепые фантазии, приведшие ее сюда, — все это, а не стоять соляным столбом, наблюдая за росчерком света из соседней комнаты. Тот пролегал через всю прихожую, желтый, слегка подрагивающий, и Лиззи заметила темную тень, перекрывшую его на мгновение.
— Миссис Паттерсон, что происходит?
Женщина схватила Лиззи за руку.
— Вот, сэр, воришку поймала. Она копошилась в вашем замке! — и указала на застрявший в замочной скважине ключ.
Тень приблизилась, превратившись в четкие очертания капитана Мэннинга, и Лиззи, глядящая из-под капюшона плаща, задохнулась от ужаса. Уж лучше бы стоять один на один с оборотнем на темной кладбищенской дорожке, чем это унижение… этот стыд… эти паника и отчаяние… Это острое желание умереть прямо здесь и сейчас. Провалиться сквозь землю! Исчезнуть. Раствориться в воздухе…
Теплая рука приподняла ее подбородок и заглянула в глаза. Отдернулась с не меньшим испугом…
— Элизабет?
— Я не… я не… — Было единственным, что смогли исторгнуть уста девушки. Она схватилась за грудь, хватая воздух губами и задыхаясь.
— Так вы ее знаете? — пробасила старая женщина. Она и сама знала Лиззи Хэмптон, только пока не догадывалась об этом: подводило плохое зрение. — Отпустить, что ли?
— Отпустите.
Пальцы старухи разжались, Лиззи получила свободу.
Навернувшиеся на глазах слезы затуманивали зрение, однако, бросая свое исторгнутое отчаянием «простите» и собираясь спасться бегством вниз по лестнице, она все-таки заметила три темных фигуры в проеме соседней комнаты. Хэнсли, Джексон и… незнакомый мужчина с голубыми глазами.
Они вспыхнули на мгновение в свете камина, заполнив собой полутемное пространство маленькой прихожей.
6 глава.
Лиззи не помнила, как добралась до дома — все было словно в тумане. Темные улицы, рука Кэтти, сжимающая ее, собственная комната и бессонная ночь с устремленными в потолок распахнутыми глазами… Только первое пение петуха и привело ее в чувства, вызвав жгучие слезы сожаления и предчувствие неминуемой катастрофы.
Казалось, ее жизнь остановилась.
Закончилась, так и не начавшись…
В дверь постучали, и на пороге появилась Кэтти с кувшином теплой воды.
— Мисс, хозяин ожидает вас к завтраку.
Лиззи не осмеливалась смотреть ей в глаза: казалось, весь мир осуждал ее за свершившееся безумие. И больше всех та, что пособничала ей в этом…
— Помоги мне с прической, — попросила она, лишь несколькими минутами ранее избавившись от вчерашнего платья.
Кэтти налила в тазик воды, и Лиззи умыла осунувшееся лицо. Присела к туалетному столику, страшась взглянуть в зеркало… Отправилась к завтраку, как на эшафот.