Просто вернись... (СИ)
Южная береговая линия была менее неприступной, местами совсем плавной и мягкой. Вдоль нее были пристани, доки, причалы, а также дома наиболее богатых островитян с выходом на песчаные пляжи..
Когда-то, до первой Большой волны, западная часть острова была значительно шире, чем теперь. Уходившая с острова Волна захватила с собой добрую часть суши, высоко обрубив побережья и забрав с собой несколько десятков рыбацких поселков и поместье местного Владыки со всеми их обитателями.
Новый Владыка острова учел уроки Большой Волны и вместе с семьей забрался подальше от береговой линии, построив себе дом на северном склоне одной из гор. Вокруг белого, построенного из местного известняка, дворца с традиционными для домов богатой аристократии архипелага терассами и кованными балконами, раскинулся огромный и ухоженный каскадный парк, растворявшийся в окружающих поместье владыки оливковых, миртовых, боярышниковых рощах. Работать в нем было огромной честью для любителей садово-парковых работ. Многие островитяне пытались попасть туда, тогда как главного садовника Владыка привез несколько десятилетий назад с материка вместе с семьей.
Самый крупный город и столица острова полукругом расположился вокруг центральной горы на острове. Первая Волна разрушила его почти полностью, но люди возвращались и постепенно его заново отстроили. Только теперь не все дома строились из камня, дешевле было использовать дерево или саман, самый ходовой и дешевый островной материал для строительства.
Сохранившаяся часть города получила название Старого города. Кто-то так сказал, а остальные охотно подхватили и теперь иначе уже и не называли.
На северном склоне горы над городом со стародавних времен сохранился храм Богини Небес и Ветров, длинную лестницу к которому, казалось, было видно со всех окраин города. Вокруг храма были прекрасные зеленые рощи, а у подножия лестницы — площадь с огромным фонтаном и многочисленными цветочными клумбами.
Узкие каменные улочки старого города беспорядочно разбегались от площади, направляясь к новым городским районам. Обычно к обеду горячее южное солнце нагревало добела каменные мостовые и заборы вокруг домов, и дышать там было неимоверно тяжело.
По проходам вдоль домов и заборов гулял сухой обжигающий ветер, перекатывая клубы пыли и огромные мотки из сухой травы и веток. Высокие, пыльные, выложенные из огромных каменных булыжников ограды закрывали надежно жилища синтерийцев друг от друга и от прохожих.
Внутри дворов виднелись деревья, сады, цветники и лужайки, но снаружи был только камень. И, конечно, немногочисленные запыленные городские фонтанчики — единственное, что спасало горожан летнею порою на острове.
Наиболее комфортно жилось горожанам рядом с внешней границей Старого города. Сразу за городскими стенами раскинулись зеленые луга, сады и рощи. Было не так пыльно и грязно, как в лабиринте городских кварталов. Ялма часто говорила, что не смогла бы жить в городе. Ни в Старом, ни в Новом районах.
— Ведь там совсем нечем дышать, — поясняла Ялма, смущенно улыбаясь.
Вокруг их с Хаидом дома раскинулся сад, цветники. Было рукой подать до моря, а все улицы рыбацкого поселка были зелеными от огромного количества деревьев и кустарников.
Вдоль южного побережья расположился городской центр морской торговли и рыболовства острова. Там были конторы гильдий и артелей, проверочные пункты и оптовые рынки.
Богатства острова — полезные ископаемые, овощи, фрукты, мясо, ремесленные изделия продавались здесь. Лишь рыба и морские деликатесы, считавшиеся быстро портящимися продуктами вывозились представителями гильдий на другие острова или материковые рынки и пункты приема по договоренности с оптовыми покупателями.
Где-то там, вдали, среди одинаковых деревянных построек находилось длинное приземистое здание Рыбацкой гильдии, где пару часов в день вместе с другими главами артелей острова пропадал и Хаид, подводя финансовые балансы и подписывая договора с новыми членами своей артели.
В отличии от северной части города, западная и южная его части были богаты растительностью. Вокруг домов горожан были обширные зеленые участки с цветниками, плодовыми деревьями и кустарниками.
На окраинах городских кварталов на этих участках жители нередко разводили домашних птицу, свиней, овец и коз. Реже — коров или быков.
Животноводческие хозяйства традиционно располагались восточнее, где остров значительно расширялся, и земель было значительно больше.
Улицы Нового города были широкими. Дома по-прежнему были закрыты высокими каменными оградами, но ширина улиц позволяла посадить с обоих сторон вдоль домов деревья и сохранить под ними лужайки с травой. Улицы в этих кварталах уже не петляли, подобно тем, что были в старых. Они строгими лучами расходились от центра и каждая по давней островной традиции направлялась к морю.
Для формальной защиты города и горожан (и кто в здравом уме будет захватывать город, чей Владыка живет не в нем, а в другом, более защищенном месте?) были построены две городские линии. Высокие, не менее двух человеческих ростов, каменные стены опоясывали городские постройки с разницей в несколько кварталов.
Город быстро рос и вскоре достиг южной береговой линии. Самое большое количество горожан, тем не менее, проживало на западном и южном склонах горы, в Новом городе. Там же были и самые красивые здания, памятные для островитян места и самый большой городской рынок на центральной площади. Вокруг площади было множество торговых кварталов с большими и маленькими лавками, в которых продавали свою продукцию многочисленные островные ремесленники.
Лечебница, в которой работала Ялма, располагалась на границе северной и западной частей города, в нескольких кварталах от центральной городской рыночной площади. Здание лечебницы, как и еще двух или трех в Новом городе, было построено на средства и по инициативе супруги Владыки.
Традиционно по островным обычаям помощью неимущим, лечением и обучением занималась супруга Владыки. Нынешняя хозяйка также была расположена помогать своим подданным. Здание регулярно ремонтировалось и снабжалось необходимыми лекарственными средствами, мебелью, оборудованием.
Лекарям, травницам, помощникам, нянечкам и другим работникам лечебниц не возбранялось подрабатывать, потому что жалование было небольшим. Хотя следовало помнить, что ле'карство считалось женским занятием в свободное время, а не основной работой.
Все жены и дочери на острове в основном помогали мужчинам в их занятии — перебирали и обрабатывали улов, были заняты в домашнем хозяйстве, на фермах, огородах, ремесленных мастерских и т. д.
В общем-то считалось, что правильная синтерийка должна находиться дома, работать в семье и семейных делах, быть послушной и правильной. Хаид, по меркам соседей и родственников, очень мягко относился к своей жене, не запрещая ей несколько дней в цикл работать в лечебнице и свободно гулять по острову.
— Неужели, — спрашивала Ялма у своей матери, — на нашем острове могут наступить времена, когда женщина будет обязана сидеть дома?
Велла добродушно улыбнулась.
— Кому-то это бы не помешало. Но тебе, дочка, не грозит. Хаид знает, что лучше для его семьи…
Глава 5 Мир людей
Глава 5
Мир людей. Много лет назад
Историю давней Большой Волны, пережитой их островом в далеком прошлом, Ялме, тогда еще совсем маленькой девочке, рассказала ее прабабушка по материнской линии. Наказала помнить это и передать своим детям и внукам.
За несколько часов от разрушительной силы воды погибло три четверти населения острова и архипелага. Долгие годы понадобились, чтобы на острова поселились люди. Долгие годы голода и нищеты, пока было восстановлено все в один миг утраченное.
— Боги, — рассказывала она, — всемогущи. Но они мало думают о людях. С их силой они могут легко уничтожить людской род. И тогда едва так не случилось. Говорили, что тот ураган был или войной между Богами, или кто-то из них сошел с ума. Они обладают огромной силой, а люди — лишь песчинки на их пути.