Строитель (СИ)

О нём я на тот момент ровным счётом ничего не знал. Поэтому, когда увидел незнакомого ходока, несколько напрягся.
— Эдгард Соколов? — позвал он. — Я Дмитрий Дроздов.
Имя мне тоже ничего не говорило, поэтому несколько минут ушло на объяснения. Дмитрий рассказал, что узнал про то, что теперь эти земли обрели статус родовых. А значит, у него прибавилось проблем, потому что мусор-то куда свозить? Он об этом не говорил, но я и так догадался, что узнал мужчина об этом пару дней назад как минимум и потратил это время на наведение справок. И, видимо, счёл, что со мной лучше не ссориться и как минимум сначала познакомиться. Может, он и просто адекватный, конечно, что было бы хорошей новостью.
— Да, вы правы. Это теперь проблема. То, как здесь поступали с мусором, неприемлемо. Придётся что-то думать.
Сам Дмитрий выглядел… Чем-то он мне Кротова напомнил. Разве что попроще. Сергей вращался в самых верхах, а этот тип… Ну, провинциальный аристократ с индексом опасности шестьдесят, что не так уж много. Посредственный ходок. Да и про фамилию я его ничего не слышал, что тоже показатель. Царь и бог у себя в городе, а по меркам страны аристократ средней руки.
Забавная ситуация, кстати, получается. Я, с одной стороны, всего лишь один человек и большой семьей похвастаться не могу. С другой — приближенный князя, которому родовую землю подкинули, да и достаточно нашумел. Забавность же в том, что так сразу и не скажешь, кто выше по положению. Мне с ним ссориться смысла нет, как-никак, будущие соседи. Ему тоже лучше озаботиться о мире. А то мало ли, чем это закончится.
Повисла пауза. Я обозначил, что Дмитрий не ошибся и что теперь действительно есть проблема. Надо, кстати, у князя узнать, какие есть протоколы по работе с мусором. Здесь-то понятно. Решали, особо не напрягаясь.
— Но ничего, придумаем что-нибудь, — сказал я, — Как раз хотел встретиться с вами, хорошо, что пришли.
— По какому вопросу?
— Электричество. Мне нужно электричество.
Не сказать, что ему понравилась тема. Обсудили, он обещал подумать. Я тоже обещал подумать насчёт мусора. Это для мэра он проблема. А для меня возможность. Сейчас печать запущу, и посмотрим, насколько это стоящее дело.
— Кстати, — остановил я, когда он уже собирался уходить. — Посмотреть не хотите?
— На что? — осторожно спросил Дмитрий.
— Как я поступлю с мусором.
— А вы с ним что-то делаете?
— Ага.
— Пожалуй, можно, — бросил он взгляд на часы.
Но так, скорее чтобы показать свою занятость, а не потому, что по-настоящему спешил.
— Тогда смотрите.
Общались мы в стороне от куч. Что ему удовольствия не добавило. То и дело морщился. Я-то в броне, сделал шлем прозрачным, чтобы говорить удобно было. Запаха не чувствую, а Дмитрию отдуваться приходится. Сам факт того, что он приперся в это место, о многом говорил. Видно, сильно его мой приход смутил.
Печать не была полностью готова, но и того, что есть, хватит для демонстрации. Внешне я ничего не сделал, но закладку активировал. Прокатилась незаметная глазу волна энергии, которую я прочувствовал и от которой даже через броню мурашки побежали, и завалы мусора принялись трансформироваться. Сложнее всего в печати было прописать условия, чтобы одни элементы отделялись от других и притягивались друг к другу в заранее размеченные места.
Выглядело красиво. Сам не ожидал, что так получится. Где-то половину свалки, а это очень приличная территория, распылило, и из поднявшихся облаков принялись формироваться завихрения.
Дмитрий отшатнулся, и я его за локоть придержал, чтобы не упал. А то конфуз случится. Кому понравится, если его запомнят валяющимся на заднице?
Действо заняло около трёх минут. В итоге получилось чуть больше двадцати сгустков-кучек. Какие-то больше, какие-то меньше. Не так уж много, как хотелось бы, зато свалка перестанет отравлять местность.
— Что это было? — спросил побледневший Дмитрий.
— Исправляю ошибки человечества.
— Но как?
— Я одаренный.
— А… — было видно, что он ничего не понял, но и ума догадаться, что объяснений лучше не будет, хватило.
 
— Не буду вас больше задерживать. Подумайте над тем, что обсуждали. Загляну к вам в ближайшие дни.
Дмитрий закивал и переместился. Я не стал этому препятствовать, убрав блокировку там, где он стоял. Сам же пошёл изучать то, что наделал.
***
Через три дня я разобрался со свалкой. После этого меня натурально отпустило. Ушло напряжение из тела, и я задышал свободнее. Желание построить здесь что-то новое никуда не ушло, но спешка и требование немедленно сделать что-то для мира, снизились.
Эти ощущения я записал в дневник, чтобы проанализировать, а сам переключился на другие, тоже важные задачи. Кажется, у меня снова начался тот период, когда дел больше, чем часов в сутках. Договорился с Родионом и получил доступ к двум пленникам. Сначала заглянул к пойманной убийце, которой руки отрубил. Сейчас я чувствовал в себе достаточное спокойствие, чтобы не прибить её.
Содержалась она в обычной тюрьме. Как рассказал Родион, с ней много проблем было. Она умела разрушать материю и являлась ходоком. Приходилось постоянно кому-то дежурить, чтобы не сбежала. Единственное, что облегчало задачу, — отрубленные конечности. Вместе с этим её способности упали на порядок. А так не факт, что удалось бы удержать.
К ней я решил заглянуть по нескольким причинам. Первая — чтобы изучить её способности и выработать защиту против подобного. Вторая дополняла первую. Очень уж Родион просил что-то с этим сделать, потому что подобную личность трудно удержать в застенках.
Когда вошёл, я увидел совсем не того человека, которого запомнил. Бледную тень скорее. Руки отросли, но наполовину, по локоть. В месте обрубков виднелась красная кожа. Пример того, чем отличаются потомственные аристократы от раздутых препаратами бесов. Будь она по-настоящему сильной, давно бы отрастила конечности, несмотря на прижигания.
Явился я сюда в своей броне. Не потому, что опасался чего-то, хотя бдительность терять не стоило, а потому, что притащил на броне несколько исследовательских модулей.
— Ты, — сказала она с безжизненной интонацией.
Сразу узнала. Приятно.
— Тебя уже научили хорошо вести себя?
Женщина оскалила зубы. Она называла себя Урсой. Прозвище, настоящего имени сказала, что не знает. Если отбросить эмоции, любопытная в некотором роде личность. Родители не установлены. Сирота. Предположительно смесь европейской и африканской крови. Кожа цвета молочного-шоколада, но сейчас это смотрелось не экзотично, а мусорно.
Тьфу ты. Кажется, слово мусор, ко мне основательно прилипло.
— Ты можешь прямо сейчас отомстить. Примени свою силу на мне.
— Меня за это накажут.
— Не в этот раз.
— Не верю.
Говорили мы, кстати, на английском. Причем у неё речь была не очень поставлена. С сильным акцентом.
— Ты смогла обойти мою защиту. Мне это интересно, — подошёл я к ней. — Поэтому хочу изучить твою силу. А ещё ты проникла в мой дом, взорвала его и пыталась убить моих близких. Поэтому…
— Я согласна! — дернулась Урса.
И попыталась атаковать. Я уловил смутные колебания. На секунду показалось, что на меня хлынула волна чего-то нехорошего. Коснулась доспеха, но стекла вниз и рассеялась. Урса расстроено поджала губы.
— Мои силы ослабли, — в её голосе прозвучала обида.
Я не обратил внимания, изучая те показатели, которые снял. Броня хорошо справилась, это радует. Но она и до этого не подводила. Катя же бой с этой женщиной выдержала. А кое-какие защитные системы в доме — нет.
Сейчас я хотел изучить её силу на более глубоком уровне. Потом выработать методы защиты и опробовать их.
 
— Не расстраивайся. Мы только начали.
Почему-то этим словам женщина вовсе не обрадовалась.
***
Получив новые данные, я вернулся домой и взялся за расчёты новой системы защиты. Очень уж мне не понравилось, что убийцы смогли проникнуть в дом. Этого в принципе не должно было случиться. Надо бы доработать систему оповещения, если какая-то часть контура разрушается.