Архонт росский (СИ)

Но пока все идет неплохо, как сказал один экспериментатор, пролетая первые тридцать метров стометровой башни. Волнение даже чуть усилилось, ветер немного ослаб. Но по-прежнему — со стороны берега.
Пока насчет атаки можно не беспокоиться.
Если бы русы могли уйти из гавани, дромоны еще рискнули бы атаковать, несмотря на волнение. А так можно и отложить приготовление жаркого на день, другой, третий.
  
Двадцать восемь.
Даже пара огненосных дромонов — гигантская проблема для флота русов. Но пару еще можно как-то обуздать. Задавить массой, поскольку особой скорострельностью сифоны-огнеметы не отличаются. Но три десятка — это капец. Огромное пылающее озеро, в котором утонут сотни и тысячи больших и малых кораблей русов. Чем больше судов, тем больше топлива для пожара.
Сергей видел подобное в прошлой жизни. И в этой тоже, пусть и в меньшем масштабе, наблюдал, что такое ромейский огонь. Едва на собственной шкуре не испытал. Если бы не выстрел Машега, выстрел на грани чуда — огненной стрелой прямо в горло сифона, то остались бы от Сергея и его дружины обугленные трупики.
Не он один видел ромейских огненных драконов в деле. Не он один понимал: ветер стихнет, море успокоится, и ромейский флот атакует. Сначала камнями из орудий закидают, а потом, сблизившись, — огнем. И конец союзному флоту. Люди спасутся, если вовремя укроются на берегу. Но без кораблей… А без кораблей домой вернуться будет ой как непросто. У тех, кто успел позаботиться о транспорте, еще есть надежда. У остальных — никакой.
Все разномастная банда вождей глядела на Олега. Кто — с надеждой, кто — с обидой, кто — очень-очень сердито. Опять, понимаешь, завел общество в ту же ловушку.
— Надо спасать корабли, — решительно заявил Рулав изборский. — Если нападем прямо сейчас, все разом…
— Спас уже один такой, — желчно сказал Веремуд полоцкий. — Родные боги, второй раз я в одну и ту же яму…
— Не ной, — буркнул Фрёлаф черниговский. — А ты, Рулав, помолчи. Ты ромейские корабли в бою не видел. Олег, твое слово.
— Прав Рулав, — спокойно сказал великий князь. — Корабли надо спасать. И мы их спасем.
— Что ты такое говоришь, Хельгу! — вновь встрял Веремуд. — В тот раз спаслись, потому что ромеям за всеми не поспеть было. А сейчас как ты собираешься мимо них в море уйти? Как в прошлый раз? Не выйдет! Не проскочить тебе! Никому не проскочить! Ромеям и гоняться за нами не надо. Войдут в гавань, и поджарят, как поросят! Или раздавят таранами своими! На таких волнах даже в четыре лодьи к их кораблям не подступиться! И как, интересно мне, ты мимо них в море уйдешь? Я, пожалуй, посмотрю! Только отсюда, с берега!
Великий князь Веремуда не перебивал. Дал выкричаться, а когда тот умолк, усмехнулся и сказал:
— А мы их не в море уводить станем. Мы уйдем на сушу.
Тишина. Часть вождей, надо полагать, решила, что князь киевский сбрендил. Но не те, кто знал его получше.
Молчание нарушил вожак кирьяльского ополчения Корлы:
— Говори уже, князь. Что придумал? Как на кораблях по земле ходить?
— А не спеша, — ответил Олег. — Не спеша и недалеко. Ну так нам далеко и не надо. Только чтоб от огня уберечь.
«Тоже сообразил», — подумал Сергей не без разочарования.
Он сам надеялся поразить совет спасительным выходом. Ну да будет еще, чем авторитет себе накрутить. Может, и хорошо, что идея от Олега исходит. Меньше сомневающихся и трудиться станут шустрее. Это ведь непросто: в кратчайший срок, в отсутствие какой-либо инфраструктуры поставить на колеса несколько сотен кораблей.
По волокам корабли перемещали на валках, подкладывая те под переднюю часть киля по мере необходимости. Но это на волоках, где трасса выровнена и проложены соответствующие колеи. Здесь, естественно, ничего подобного не имелось. Зато в наличии была масса рабочих рук, чьи хозяева предельно мотивированы. В том числе и пленные ромеи. Страх — отличный стимул.
— Мы пойдем другим путем, — заявил Сергей, собрав своих. — Зря мы, что ли, целый день возы собирали.
Схему платформ для перевозки кораблей он уже прикинул. Их кораблики, если разгрузить, весили от восьми до пятнадцати тонн. Навскидку. Пара тележных колес на оси тянет примерно полтонны. Следовательно — тридцать, а лучше сорок осей для гарантии. У них же сейчас в запасе две сотни телег, подготовленных к походу. Весь двор заставлен. И еще столько же снаружи, не прошедших контроль, но тоже более-менее годных. Снять борта, положить общий настил, предусмотреть крепления. Обязательно — слип, по которому корабли на этот настил аккуратненько поднять. Но тут одного хватит, если качественно собрать. Ну еще маслица литров триста, чтобы килевую накладку не попортить и втаскивать попроще. Главный плюс — никаких специальных трасс прокладывать не требуется. Можно по обычной дороге перемещать, если не слишком извилиста. И в упряжку можно даже не волов брать, а тех же лошадок, ведь на колесах катить повеселей, чем на валках. А вот для подъёма на платформы нужны волы. Там нагрузки посерьезней. Особенно на первом этапе, когда корабли надо на сушу вытянуть и до дороги дотащить. Но волы — не проблема. В каждом большом хозяйстве их больше, чем лошадей. На лошадках ездят, а на волах — пашут. Самая что ни на есть крестьянская скотинка.
Народ воодушевился. Еще бы! Неотвратимая гибель родных сердцу морских драконов перестала быть неотвратимой. Задача поставлена, бойцы взялись за дело. Варяги — народ рукастый и с топором управляются не хуже, чем с боевой секирой. Еще и пленных припахали. Большинство — на разгрузку-погрузку. Часть имущества и добычи на телегах поедет.
Организованное войско — готовая производственная артель. Хороший дружинник умеет все. Еще солнце не село, а первый корабль Сергея, «Крепкий», лег на платформу. Еще через полчаса, уже при свете факелов, он, надежно принайтованный, величаво двинулся вверх по дороге, освобождая место для платформы, предназначенной уже для новенькой «Победы».
— Ловко! — одобрил Олег, провожая взглядом телеги, на которых следом за «Крепким» везли снятое с его палубы имущество. — Этак при попутном ветре можно и по степи гонять.
— По степи — не уверен, а по хорошей дороге — вполне, — отозвался Сергей.
— Стемид тоже на колеса корабли поставит? — спросил великий князь.
— И Стемид, и сыновья, и Корлы. Его корабли сразу за нашими стоят.
— Корлы со своими, выходит, тоже ваш? — проговорил Олег.
— Не наш, мой, — уточнил Сергей. — У нас еще колес сотни три осталось. Могу поделиться.
— Обойдусь, — отмахнулся великий князь. — Моя гридь тоже по окрестностям пробежалась. Не весь транспорт ваши белозерские прибрали.
— Ну как знаешь, — не стал уговаривать Сергей.
И только минут через десять сообразил: Олег сказал «транспорт». Однако! Хотя… Слово-то латинское. А латынь Олег вроде бы не знает. Ни латынь, ни ромейский.
Подумал… и выбросил происшедшее из головы. Не до того сейчас.
К утру ветер стих, если не считать легкого бриза, который тянул к берегу. Море тоже успокоилось. Идеальная погода для того, чтобы покончить с флотом русов…
Вот только флота в гавани не было. Болталось на воде с полсотни судёнышек, большая часть которых — ромейского происхождения.
— Быть не может! — воскликнул друнгарий[1], прикрываясь ладонью от восходящего солнца. — Глазам не верю! Ты тоже это видишь?
К сожалению, происшедшее чудо видел не только он.
Корабли русов, растянувшись в длинную линию, плыли по суше. Некоторые даже паруса подняли: благо ветер сменился и дул теперь с моря.
— Проклятые язычники! — воскликнул друнгарий. — Чтоб вас черти в аду клещами рвали!
  
— Что делаем? — спросил его турмарх[2] эскадры. — Высаживаемся и догоняем? Они ж еле ползут.
— Сколько у тебя людей? — спросил друнгарий.
— Почти турма. Две тысячи в строю.
— А как думаешь, сколько там скифов?
— А… Ну да, — сообразил турмарх. — Тогда что делаем? Этих жжем? — Он показал на оставшиеся корабли.