Наша первая любовь и вторая жизнь (СИ)

Сонливость теплыми потоками расплывалась по организму, но мне хотелось освежиться. Я подошла к висящему на стене зеркалу и уставилась на свое отражение, глаза медленно округлились от увиденного и я застыла, пытаясь понять реальность это или глюки: из зеркальной глади на меня смотрело лохматое чудище, без преувеличения.
Макияж поплыл, растекшиеся и успешно засохшие грязные дорожки покрывали почти все лицо, густые черные волосы, вперемешку с дорожной пылью, сбились в один сплошной комок, и я еще удивлялась, что несчастный Пол не повелся на такую красавицу?
Кое-как разобравшись с системой подачи воды, заползла в горячую воду и получила нереальное наслаждение, первая в жизни ванная, какой же кайф. Устало прикрыла глаза, мысленно смакуя события последних дней, затем хорошенько вымылась, прислушалась к звукам за дверью и, убедившись, что ангела не слышно, проскользнула в свою комнату.
Для меня многое было в новинку, но в ужасе я не была, удивительно, но некоторые вещи мне нравились, и я испытывала наслаждение от банальностей, которые люди делают ежедневно, не от жути и порока, а от чего-то безобидного и совершенно противоположного тому, чем я жила в последние годы.
Сон ненавязчиво окутывал усталое тело и сознание теплом и безмятежностью, приветливо зазывая в свои мягкие объятия.
Я стоял у открытого окна и наслаждался видами просыпающегося города: вот поползли первые автомобили, по улице неспешно зашагали вереницы полусонных людей, мегаполис начинал оживать, просыпался, постепенно увлекая жителей в суету и вынуждая их подстраиваться под свой бешеный ритм.
Глянул на двери соседней комнаты и усмехнулся, вспоминая вчерашние похождения демоницы, но ведь она старалась, так что сегодня за свои старания она должна получить вознаграждение.
Накинул куртку и вышел из квартиры, бодро шагая в направлении магазина, да простит меня Алекс, но выбора нет, пришлось воспользоваться припрятанными им в бардачке деньгами, не много, но на первое время хватит, а потом придумаем, что делать.
Я понимал, Акхасси гораздо сложнее, чем мне, в моем мозгу уже давно была огромная библиотека, собранная из различных людских жизней и судеб, я уверен, доброго там было больше, чем злого, хотя, возможно, это заблуждение, ведь я настойчиво и целенаправленно рылся в потаенных углах человеческой памяти, чтобы выудить оттуда как можно больше светлого и чистого. А вот она - совершенная противоположность, ее не интересовали простые вещи, которые делали людей счастливыми, а сейчас она как слепой котенок и моя задача взять ее, если придется, за руку и провести по человеческому миру, помогая адаптироваться и выжить.
Побросав в продуктовую корзину все необходимое, оплатил покупки и поспешил домой.
Меня разбудил яркий солнечный луч, нагло пробравшийся через приоткрытые плотные шторы, хотела было ругнуться, но из щели в дверном проеме сочился божественный аромат, желудок, кажется, принял мою безнадежность и уже не подавал признаки заинтересованности в пропитании, смиренно молчал и не ворчал.
Спешно накинув на себя вчерашнюю футболку, выползла в гостиную. Ван Со не было видно, но зато сто был заботливо накрыт на две персоны. В тарелках дымилась какая-то густая сероватая субстанция с яркими вкраплениями, на первый взгляд абсолютно не внушающая никакого доверия, но я готова была простить этот непримечательны внешний вид, если вкус будет таким же, как запах.
- Доброе утро, ты как раз к завтраку - приветливо улыбнулся ангел, выходя из комнаты - приятного аппетита.
Наверное, я должна что-то ответить, и, желательно не то, что я обычно привыкла говорить, да вот только я понятия не имела, как и что. Решила просто повторить за Ван Со и ответила:
- Доброе утро, приятного аппетита.
Через минуту тарелка была не только пуста, но еще и раз пять вылизана до чистоты, я закатила глаза от удовольствия и откинулась на кресло.
- Скажи, а что это такое?
- Овсяная каша с фруктами, понравилось?
- Очень.
Эйфория от съеденной порции улетучилась, и я снова погрузилась в одновременно простую и сложную реальность, все это прекрасно, но я должна найти выход из этой ситуации, обязана понять, почему такое могло случиться и как это теперь исправить.
 
Из мыслей меня вырвал тихий голос спасителя:
- О чем задумалась?
- Хочу понять, что делать дальше. Выбор у нас не большой, но я бы хотела начать с похода к ведунье Касари. Знаешь о ней?
- Знаю.
- Вот и отлично, наведаемся к старухе, может она что-то дельное и подскажет. Не могу я рассиживаться в этом теле, моя жизнь – движение, я не могу без работы, я больше ничего не умею, только грехи собирать, это как смысл жизни и теперь я отрезана от своего привычного мира, сижу тут, кашу ем, совершенно обычная и такая бесполезная.
- Так может это шанс? Попробовать на вкус жизнь с другой стороны? Вдруг тебе понравится? Смотри, такие простые вещи как фруктовая овсянка принесли тебе новые, приятные эмоции. Разве не здорово?
- Оставь свои божественные лекции глупым людям – я резко подскочила с места и направилась в комнату. Запирая двери, услышала тихий голос Ван Со:
- Ты ведь теперь тоже человек, Акхасси.
  
Глава 14
 
Наверное, это действительно было эгоистично, предложить ей плыть по течению и отпустить ситуацию.
Идея с посещением ведуньи была далеко не самой ужасной, собственно мне тоже хотелось бы знать, что же с нами случилось: наказание это или подарок свыше, отвергли меня небеса или доверили какую-то важную миссию. Кто я теперь, падший ангел или обычный человек?
Подошел к двери комнаты Акхасси и, не открывая, произнес:
- Давай навестим Касари.
Из проема показалось недовольное лицо, окатив меня презрительным взглядом:
- Ой, а что случилось? Надоело быть домохозяйкой?
Мне совсем не хотелось с ней спорить, но ее колкости порядком поднадоели, ведет себя так, будто это я виноват, что мы оказались в такой ситуации. Злость накатывала волнами, раздражительность вперемешку с возмущением брала верх над сознанием. Ухватился за первый попавшийся вазон с каким-то ядовито-зеленым растением и с размаху швырнул его о стену, я кипел, по венам, бурля, текла агрессия, сметая остатки утренней доброжелательности, словно всепоглощающее торнадо. Развернувшись, впечатался кулаком в шаткую тонкую перегородку, оставляя после удара вмятину, но этого было мало, я добивал испуганную Акхасси словами, говорил все, что приходило в голову, выплескивая накопившийся яд:
- Пытаешься показать мне свое мнимое превосходство? Тебе доставляет удовольствие унижать и огрызаться? Не нравится, когда я веду себя адекватно, пытаясь придерживаться светлой стороны? Тогда на, смотри, наслаждайся. Теперь ты довольна?
Если в следующий раз тебе захочется отыграться на ком-то из-за сложившейся ситуации, то подойди к зеркалу и заряди себе по лицу, потому что виновник всей этой херни – ты! Если твой грязный язык не может выплюнуть что-то порядочное и не гнилое, то просто молчи, падшие ангелы совсем не похожи на белых и пушистых, и если я теперь такой, то не жди от меня мягкости и добродушия, потому что со мной это сотворила твоя безумная жажда порока или еще чего-то не менее грязного и отвратительного.
И еще, ты хотела знать, как целуются ангелы? Я покажу тебе!
Ты втоптала в грех священное прикосновение двух любящих сердец, да да, именно такими мы считаем поцелуи, вкладываем в них всю любовь и нежность, открываемся своей паре, даря незабываемые, счастливые эмоции. Но это не твоя история, сейчас ты прочувствуешь вкус падшего ангела, я понятия не имею, каким будет эксперимент, но мне жутко интересно, что из этого выйдет.
Резко схватил сопротивляющуюся Акхасси за плечи, держал сильно, не позволяя освободиться из цепких объятий, притянул, заглядывая в глаза полные страха и поцеловал, жадно, напористо и безумно, тело пробило тонкими нитями возбуждения, грани дозволенного стирались, эмоции сменяли одна другую в остервенелом танце, мне не хотелось останавливаться, хотелось поддаться бесконтрольному желанию и шагнуть дальше, разбивая стереотипы о непорочности и целомудренности.