Как достать архимага (СИ)
Нас со Смирновым гвардейцы впустили внутрь и тут же снова сомкнули ряды. Сейчас на территории находился нужный нам человек и труп, про который я успел забыть из-за разговора с Измайловым.
— Собрать всех в одном зале! Найти мне Виталия Борисовича! — крикнул я, и персонал зашевелился.
Несколько лекарей стали возмущаться, что их отрывают от работы и их пациентам нужна помощь. На этот случай я вызвал группу гвардейцев, чтобы они встали у палат с самыми тяжелыми случаями, требующих постоянного внимания. Эти вопросы жизни и смерти были для меня так же важны, как и безопасность империи. Лекари и больные были проверены, остальные, не занятые срочной работой, поспешили в лекционный зал.
Плохо было то, что в больнице полсотни окон, дверей и подсобок, где мог спрятаться Измайлов. Тем более, у него на это была прорва времени. Шансы поймать его здесь и сейчас уменьшались с каждой секундой. Факт внезапности был потерян, когда возле здания появились гвардейцы. Но при всем при этом я был готов рискнуть.
Ситуация осложнялась тем, что сейчас нужный мне человек был под личиной. Он мог изменить ее в любой момент. А проворачивать штуку с уничтожением всех заклинаний в больнице я не собирался. Надежда была на то, что Измайлов в суете не успеет изменить внешность.
Так или иначе, мы со Смирновым и гвардейцами начали проверять всех: и персонал, и пациентов, и посетителей, которые не успели выйти из здания. Как назло, сейчас были часы приема, и народа было предостаточно.
Пока Косой собирал людей в лекционном зале, я прошелся по палатам, возле которых стояли гвардейцы. Тут-то я и понял, что «самые серьезные» случаи включали в себя и отдельные комнаты повышенного комфорта. В них стояли самые навороченные койки с тонким шелковым бельем, была ванная комната, личные сиделки и даже крохотные кухонные уголки, отделанные дорогими материалами. Не удивлюсь, если каждый день к таким больным приходят повара и готовят им изысканные кушанья.
Оставив без внимания знакомых дам, желающих продлить свою молодость — я отдельно проверял их по ауре, — переходил дальше. Закончив с верхним этажом, полным отдыхающих аристократов, спустился на четвертый. Тут контингент был менее богатый, но также любящий комфорт и желающий привести себя в порядок после длительных каникул наедине с бутылками. То же мимо.
На третьем уже пошли реальные пациенты, с настоящими болезнями. Как я понимаю, это был этаж с теми, кто выздоравливал, но все еще нуждался в уходе. Перекинувшись парой слов со знакомыми и не заметив никого подозрительного, я пошел дальше.
Ниже располагались места для тех, кто доживал последние дни. Старики, проклятые и те, чей организм не мог справиться с редкими заболеваниями. Да, лекарское дело в империи далеко не в зачаточном состоянии, но порой встречались такие мудреные случаи, когда магия помогала лишь продлить и облегчить последние часы.
В одной из палат я внезапно остановился, не веря своим глазам. У постели сильно изможденной женщины сидел… Ромский! Но когда он поднял на меня глаза, я вспомнил, что это некий Стефан, двойник бывшего императора. Как же порой забавно бывает в природе: тот же рост, схожий тип лица, строение тела. Если бы не встретил его на приеме, не сразу бы отличил от настоящего.
— Господин архимаг⁈ — Стефан испуганно вскочил и закрыл от меня свою мать. — Я ни в чем не виноват!
— Спокойно. Я не занимаюсь отловом двойников. Сегодня другая задача. Это ваша матушка? Как она?
— Все еще плохо, — он опустился на стул и взял больную за руку. — Лекари почему-то никак не могут понять, что ее убивает. Два года боремся с болезнью.
— Прискорбно это слышать. Но тем не менее я все же хочу с вами переговорить.
— Господин архимаг, я мало что знаю. Мы с Евгеном были болванчиками на приемах. Разница лишь в том, что ему это нравилось, а мне нужны были деньги. Отсиживал нужные часы и сразу уезжал к матери. Вам лучше переговорить с ним.
— И все же. Жду вас завтра в своем кабинете. В десять утра.
— Да, я обязательно приду.
Он перевел взгляд на мать, и лицо его стало печальным. В голове мелькнула мысль узнать о болезни его матери побольше, но это потом. Я даже проверил его ауру, но ничего не увидел. Оставив Стефана в палате, я отправился дальше.
На первом этаже располагались приемные кабинеты, и они сейчас были пусты. Всех ожидающих гвардейцы уже увели в лекционный зал, и только девушка — та самая ослепительная красотка, — все так же стояла у стойки регистрации и с улыбкой смотрела на бегающих людей.
— А вы почему не проследовали за остальными? — спросил я у нее, стараясь держать взгляд на ее лице, но он так и норовил сползти до выреза белого халата.
— Моя задача встречать и провожать гостей. Какой у вас вопрос?
В какой-то момент я подумал, что она не человек, а демоница очень высокого ранга. Такие могут выполнять строго ограниченный список действий, и при этом не вызывать подозрений.
Пока я проверял принадлежность этой девушки к призванным сущностям — она действительно оказалась человеком, — ко мне подошел Смирнов.
Он окинул красотку безразличным взглядом, а потом повернулся ко мне и вопросительно посмотрел.
— Что у тебя? — я уже вычислил, что это обычный человек, а не демоница, и теперь был готов выслушать доклад Косого.
— Господин архимаг, Измайлова в больнице нет. Мы проверили каждый угол и каждого, кто сейчас здесь находится.
— Твою-то дивизию! Ушел!
* * *(1) отсылка на книгу Ульяны Муратовой, начало которой задело мои бюрократические струны души: «Лера и межмировая канцелярия» (моя рецензия на эту книгу: https://author.today/review/589505)
Глава 21
Опросив всех без исключения и не получив никаких полезных сведений, я был готов начать убивать. Куда же делся Измайлов? Когда он успел уйти? Больше всего злило, что уже не в первый раз у меня из рук выскакивает потенциальная ниточка, ведущая к центру заговора.
В итоге только через два часа мы со Смирновым покинули больницу. Даже не труп не стали смотреть. Умер и умер. Время его смерти нам никак не поможет.
Я отправил Косого собирать сведения со своих людей, а сам заперся в кабинете. Мне нужно было хорошенько подумать.
Не успел сесть за стол, как над головой запорхало письмо. Дернув за нити заклинания, я с удивлением обнаружил послание от Марка.
'Алексей, я не знаю, что ты сделал с моей тещей, но, умоляю, скажи, что именно! Она ни разу за сегодня не устроила скандал, не трепала нервы и постоянно улыбается. А еще она скупила половину книжного магазина! Чем ты ей пригрозил? Обещал сжечь?
С уважением и надеждой на ответ, твой лучший друг, Марк'.
Ситуация с Блохиной давно уже выскочила из моей памяти. Я улыбнулся и написал Бережному, что его теща будет такой ровно неделю, а потом им с женой нужно будет бежать. Говорить, что я назначил Блохину на должность главы управления образования, я не стал. Потом сюрприз будет.
Но сейчас на острие стоял совершенно другой вопрос: кто же эта сволочь, которая спутала мне все планы⁈
В дверь постучали. Я взмахнул рукой, снимая заклинания. На пороге стоял Максим Крынов, с недавних пор — глава казначейства. Его приход напомнил про лежащий на столе отчет про дыры в бюджете.
— С чем пожаловали? — вздохнул я.
— Ваши приказы навели меня на некоторые мысли, — он вошел и застыл, все время поправляя очки. — Я все еще раз проверил и…
— И? — он не торопился говорить, и этим только раздражал меня.
— Вот, — он вытащил из-под камзола папку.
Крынов осторожно подошел, положил ее на край стола и снова отошел. Я, все еще не понимая, что он там обнаружил, открыл и глянул на первый же документ.
— Максим, и все же, что это? Я вижу цифры, столбцы и график. Расскажи толком.
— Господин архимаг, это отчет по движению личных денежных средств бывшего императора Константина Ромского.