Как достать архимага (СИ)
Кеша сначала хотел ответить, но потом понял, что это бесполезно, и теперь съеживался на глазах у изумленной публики. Он даже умудрился с надеждой посмотреть на меня. Я широко ему улыбнулся.
— Привести дела в порядок к завтрашнему дню! — закончил свою речь Смирнов.
— Есть! — отозвался Кеша, падая на стул, счастливый, что остался на службе.
Следующий час Косой чихвостил буквально каждого начальника отдела. Каждый получал соответствующее поручение, и при этом Василий использовал разные формулировки, а порой даже меняя интонацию. К примеру, каптенармуса, или по-простому, заведующего хозяйственной части, он даже как-то по-доброму пожурил. Мол, бдит сохранность складов, не выдавая ничего лишнего. Я это воспринял, как «никому и ничего», зато и краж не было.
В итоге, когда закончилось совещание, Василий просто светился, а остальные, едва переставляя ноги и держась за сердце, выползали из кабинета. Я остался целиком доволен Косым.
Думаю, уже очень скоро в этом управлении наступит тишина и покой. Или хотя бы нормально работать начнут.
Где бы теперь найти такого же для наведения порядка в сфере образования? Мысли перекинулись на всех подходящих кандидатур. Нужен кто-то с железной волей, пробивным характером и, чтобы голос командный… твою дивизию! Я знаю такого человека.
Я усмехнулся и свернул в сторону темницы.
* * *— Господин архимаг? Как же это так⁈ Мне и такая ответственная должность! — Блохина смотрела на меня через решетку камеры, распахнув глаза и, кажется, мысленно уже устраивалась в кресле начальника и меняла обои в кабинете.
— А справитесь, Людмила Викторовна? Должность не простая. Работы будет много. Нужна крепкая дисциплина, крепкая рука, крепкие нервы.
— Господин архимаг, да я все сделаю! Да я ради вас там все с ног на голову поставлю и плясать заставлю! Вы меня только, господин архимаг, из темницы выпустите? А то неудобно как-то руководить в таком виде.
Она все еще стояла в солдатском плаще и в сапогах. Только на стене на вбитый в голую стену крючок висел чехол с очень объемным платьем. Модистка ей, что ли, парашют скроила?
Тем не менее я распорядился, чтобы ее выпустили. Да, я обещал, что только семнадцатого и только на свадьбу, а это уже завтра. Но раз такое дело, почему бы и нет. Зато будет занята делом, а не прыгать по койкам наделенных властью людей.
Я Блохину даже лично к карете проводил, взяв с нее клятву, что она неделю будет вести себя ниже травы, пока документы готовятся. А там — гори все синим пламенем. Никого из этих бездельников мне не жалко.
Военные прижаты, над образованием навис дамоклов меч, что там у нас осталось? Королевство Войс? Точно, пленник. Чуть не забыл про него.
Поймать возницу было делом двух минут, а добраться до стационара — десять. Здание, построенное совсем недавно, сияло белизной стен и сложным узором по портику. Колонны с выбитыми на них именам и портретами самых известных целителей и магов жизни производили неизгладимое впечатление. Тут явно работал маг с хорошими художественными навыками.
На крыльце стояли несколько студентов, живо обсуждая последние новости из мира медицины. Заметив меня, они чинно поклонились и расступились, как вода под заклинанием. Моего портрета здесь не было, но кто не знает господина архимага?
Внутри было также помпезно и дорого: зелень, кресла, лекари в белоснежных халатах с зеленым отличительным знаком. Интересно, сколько денег сюда вбухали? И досталось ли что-то другим центрам здоровья? Надо проверить бы.
Я подошел к улыбчивой девушке на стойке, окинул взглядом ее костюм, едва не лопающийся на груди, и вежливо спросил, где находится привезенный недавно пациент.
— Мы не имеем права предоставлять информацию третьим лицам, — ярко-накрашенными губами сказала она.
Признаться, я обалдел. Нет, я никогда не был против таких правил, но не с моими собственным пленником!
— Я правильно вас понял, что у меня нет права узнавать информацию по привезенному сюда иностранному гражданину, который числится по ведомостям агентом чужой страны, и доставленному стражей и помещенного в охраняемый стационар по моему приказу? Серьезно?
— Таковы правила, господин архимаг, — снова улыбнулась она.
— Позови главного лекаря. Измайлова Виталия.
— Минуту, пожалуйста, — она сформировала крошечное заклинание и отправила письмо.
Я злился. Очень. Почти до огня на кончиках пальцев, но изо всех сил сдерживал себя, чтобы не спалить тут все к чертовой матери. Правила — это, конечно, хорошо, но не до такой же степени!
Измайлов появился буквально через минуту. Он летел ко мне, на ходу набрасывая на плечи рабочий халат.
— Алексей Николаевич! Какая радость! Только о вас вспоминал! — он затряс мою руку. — Ваш подопечный уже пришел в себя и вовсю дает показания!
— И о чем же он рассказал?
— Не знаю, я его язык не понимаю, — пожал он плечами. — С ним сейчас дознаватель, у него с собой словарик есть.
— Вы до сих пор не нашли переводчика⁈
— Так это не моя обязанность. Мое дело лечить людей. Пройдемте, я вам все покажу.
Мы прошли по противно чистым коридорам и завернули в закрытое крыло. Возле стояли несколько стражей с кирпичными мордами. Увидев меня, они подтянулись и гаркнули стандартную фразу про отсутствие происшествий.
Кивнув им, мы с Измайловым переступили порог и оказались совсем в другом мире. Здесь не было надраенных полов, белого цвета и ярких светильников — эта часть больницы, которую переоборудовали под темницу. Контраст неприятно поразил меня, но сказать мне на это было нечего.
— Вот, комната седьмая, — Измайлов приложил руку к кристаллу, который сразу же моргнул зеленым, пропуская нас внутрь.
Обыкновенная палата, шесть кроватей, одна из которых занята, узкие окна и острый запах ромашкового настоя. Это они больного отпаивали им, что ли? Или друг друга?
— Вот, господин архимаг, ваш клиент в полном здравии.
— А где дознаватель?
— Откуда ж я знаю? Это не моя сфера обязанностей, — он снова пожал плечами и подошел к лежащему на серых простынях мужчине. — Ну-с, как вы себя чувствуете?
Но ответа он не получил. В душу закрались сомнения, я шагнул к кровати и дернул агента на себя.
— Твою-то дивизию! — вырвалось у меня.
Иностранец был мертв.
— Как же так? — расстроенно спросил Измайлов, — я же столько силы в него влил! Теперь зря, получается?
Я его уже не слушал, а изучал обрывки нитей заклинаний. Все лечебные, ничего лишнего. Убили не магией, это и так было понятно, ведь в трупе до сих пор торчал нож. И этот нож был мне очень знаком — с такими ходили все из королевства Войс. Неужели сюда прошел кто-то из их разведки и закрыл пленнику рот?
Быстро покинув палату, я дошел до стражников на входе.
— Кто последний заходил сюда?
— Вы, господин архимаг, — захлопал глазами один из них.
«Идиот», — подумал я.
— А еще кто? — едва сдерживая раздражение, спросил я.
— Лекари. Три штуки.
— Имена? Фамилии?
Стражники переглянулись. Во взглядах обоих читалось непонимание.
— Они в белых халатах были, — осторожно ответил снова первый. — С зеленым знаком на груди. Мужчины. Лекари.
— И это все, что вы можете сказать⁈ Дознаватель где?
— Ушел час назад.
— Его имя хотя бы знаете?
— Так точно, господин архимаг! Суриков Иван Андреевич!
— Хоть что-то. Вызовите его сюда. Срочно! — рыкнул я и вернулся в палату.
Измайлов склонился над трупом и прощупывал руками воздух. Его пальцы двигались, словно пытались что-то ухватить — собирал данные для заключения о смерти. Я тяжело вздохнул и встал к узкому окну, ожидая, пока он закончит. На улице безмятежно порхали горластые птицы, светило солнце, деревья качались под тугими порывами ветра… А я всякой хренью занимаюсь!
— Алексей Николаевич, — сказал Измайлов через четверть часа, — смерть наступила три часа назад, удар точный, в сердце. Орудие, как вы видите, все еще в нем. Даже если бы мы сразу нашли его, спасти бы не удалось. Но для более точного диагноза мне нужно его вскрыть.