НЛО майора Казанцева (СИ)

Все, где бывал корабль, забито в его память. И я могу выдергивать картинки из этой базы данных. Но предоставляет он мне их скупо. Так же, как и не особо охотно капитан Астр делится информацией. А вот бородинское сражение почему-то выдают мне по первому требованию.
Я цежу сок. Смотрю битву. Сейчас я в целом спокоен. А когда попал на борт корабля, первое желание было, понятное дело, разнести все вокруг к чертовой матери. Вырваться хоть куда, хоть в открытый Космос. Но холодный голос разума достучался до моей мятущейся в ярости беспокойной души. Понятно же и ежу, что бунт не приведет ни к чему хорошему. Будет только хуже. Хуже нам не надо. А о лучшем можно только мечтать. Я заперт, возможно, навеки в это жестяной коробке. Но пока жив, есть надежда что-то изменить. Значит, надо играть в их игры. Что делать? Плыть пока по течению. Пусть и по космическому…
У меня фатально не хватает информации. Законопативший меня сюда Католик знает о закономерностях функционирования миров неизмеримо больше, чем я. Он запанибратски общается с чужиками. Понимает суть явлений и знает, куда направлять их. У него планы на какой-то приличный кусок Мироздания. А я могу только искать Предметы… Единственно что радует, ищу Предметы я куда лучше его. И поэтому во всех мирах успешно ломаю его планы, о которых не имею никакого представления. А кто имеет? Высшие иерархи «Фрактала»? Может быть. Но где тот «Фрактал»? Где те иерархи? Да и не радовали они меня объяснениями. Я всегда был только лишь орудием в их руках. А сегодня я орудие, выпавшее из рук. Нож, который сам выбирает, куда ему воткнуться… Правда, нож, сегодня вложен в плотные ножны…
Я встряхиваю головой. Ну что за минорные настроения?
Между тем в разворачивающемся проеме пошла в атаку французская конница. Это самый драматический момент.
А потом портал в прошлое пропадает. И звучит гонг. Меня вызывают на работу. 
На корабле я имею массу свободного времени. Я предоставлен сам себе. У меня практически нет никаких обязанностей. Кроме одной.
В моей голове раздается мелодичный женский голос:
- Вас ждут в рубке. Мы приступаем к маневру вхождения в материальную плотность звездного скопления.
- Спасибо, - вслух отвечаю я.
Это и есть моя обязанность. При маневрах корабля, при начале прыжка и торможении присутствовать в рубке. Там в такие моменты находится большая часть экипажа.
Обычно полет проходит следующим образом. Серия перемещений корабля. Потом часы или дни на барражирование в открытом Космосе на субсветовых скоростях. Самые спокойные часы, когда не надо сидеть в рубке.
Какой смысл моего пребывания в рубке? Чужикам нужно какое-то переплетение моих тонких энергий с энергиями корабля. Астр однажды снизошел до объяснения, но я почти ничего не понял. Зато запомнил: «Мы в корабле вместе. Ты должен быть сопричастен». 
Чем сопричастным? С чего это пленник должен быть сопричастным тюремщикам? А леший их чужиковский это знает!
Астра моя тупость не удивляет. Он считает меня недоразумным, псевдоразумным, ограниченно разумным, квазиразумным, а порой и просто неразумным. Не скупится, мерзавец такой, на новые определения моего скудного разума.
На работу так на работу. Интересно, что будет, если я откажусь? Какие-то меры воздействия? Трудно сказать. Я не пробовал. Потому что эти минуты в рубке – как глоток свежего воздуха. Именно тут я ощущаю не размеренный ритм тупого существования, а биение жизни, пульсации Вселенной. И это дорогого стоит.
Ну, вперед. Впереди нас ждет очередной мир…
Глава 4
Двести шагов по извивающемуся змеевиком самогонного аппарата трубчатому коридору. И вот я в рубке, по полу которой опять ползет серый туман.
Кресло мое рядом с Астром. Все на месте, кроме астродесантников. Они вообще держатся обособленно и в эти моменты шарятся где-то в технических объемах корабля, обеспечивая его безукоризненную работу. Что-то в них есть от шустрых домовых. Точнее, корабельных.
Мое пребывание в рубке может затянуться от считанных минут до нескольких часов. И я начинаю привычно донимать капитана своими вопросами.
 
Он всегда откликается и никогда не обрывает. Но по существу отвечает редко. Мне кажется, что ему нравится беседовать со мной. Его можно понять. Столетиями мерить космос в составе одного и того же экипажа. А тут хоть новое лицо и интеллигентные беседы. Хотя о чем я – какие эмоции у этих холодных существ? Или они все же есть? Не знаю.
- Не понимаю, - обращаюсь я к Астру, ждущему начала нового прыжка. – Если вам так надо убрать меня с Земли, оставили бы меня на какой-нибудь заштатной планете под ласковым присмотром добрых надзирателей. Есть смысл таскать с собой? 
- Есть, - отвечает Астр.
- Какой?
Я спрашиваю его это далеко не в первый раз. Обычно долбаю капитана одними и теми же вопросами, и постепенно он начинает отвечать на них. На это требуются недели, а то и месяцы. Можно рассчитывать, что лет через пятьдесят я вытащу из него все, что мне нужно.
- Ты не только предмет договора, - заявляет капитан Астр. - Ты еще и плата за договор 
- Что это значит? – удивляюсь я.
- Ты полезен нам в Миссии.
Во как! Про Миссию – это что-то новое. О ней Астр не говорил ни разу, привычно отмалчиваясь о цели нашего хаотичного движения. А сейчас эта МИССИЯ как оркестром зазвучала – пафосно и многозвучно, всеми трубами, скрипками и литаврами. 
- Что за Миссия? – прошу уточнить я.
- Миссия важна! Важны мы. И важен ты.
- Почему?
- Ты существенный игрок, прогибающий реальность, - отвечает он.
То же самое мне говорил Католик – у них даже терминология одинаковая. Друзья, черти их дери.
Очередной ребус, над которым я долго буду ломать голову. Капитан мастак загадывать загадки, ответить на которые невозможно на моем уровне постижения окружающей действительности.
Будто ветер проходит по кабине. И начинается ни раз пройденный мной, но все еще не теряющий волшебного абрикосового аромата новизны, шаг погружения в трехмерный континуум. Распахивающееся пространство. Меняющиеся звезды. И восторг. Этот процесс стал для меня как наркотик. Мне хотелось переживать это снова и снова.
Наслаждаться картинкой мне мешала долбящая меня после слов Астра тревога. Оказывается, я не просто пассажир, а активный помощник в миссии чужиков. Чем помогаю? Мало ли чем может помочь Старьевщик, пусть и в космосе. Главное не это. Как я понимал смысл существования чужиков, человечеству ничего хорошего от их миссий ждать не приходится. И я играю сейчас на стороне нашего самого древнего врага. Или не врага? Ну уже не друга.
Ну а я хорош. Пригрелся здесь. Жду у моря погоды. Надеюсь на удобную минуту, когда мне удастся все изменить. Хотя в глубине души понимаю, что надеяться здесь не на что. Я просто становлюсь частью их Миссии и доволен этим, как индийский слон у водопоя.
За месяцы здесь я привык двигаться по течению. И мне это даже начинает нравиться. Я вживаюсь в корабль. И однажды мне не захочется больше ничего. Нож в ножнах порой ржавеет. Я теряю волю и стойкость. Я привыкаю к своему положению. Сколько еще надо времени, чтобы я окончательно смирился?
И в этот миг на меня накатывает такая злость и на себя, и на свое положение, и на своих спутников.
Пусть думают, что я сдался и покорился. Но я Старьевщик, человек долга, да к тому же тот, кто всегда готов на решительный и экстраординарный шаг. Католик считает, что надежно запер меня. Чужики считают, что держат меня под замком, и я их орудие. Они полагают, что выхода у меня нет. А он есть. Только очень отчаянный и страшный.
 
Я спутаю вам все карты. Если узлы не развязываются, то их рубят. Я преподнесу вам, серые твари, сюрприз. Вы еще будете грызть на руке все три своих пальца...
  
2
 
Глава 5
«Квантовый порог» идет по низкой орбите. Под нами проворачивается буйная планета.