НЛО майора Казанцева (СИ)

И мне почудился за его словами какой-то страх и неприятное ожидание. Мне подумалось, что человечество не вписывается в их базовые механистические понятия. Среднестатистический чужик уже рождается с определенной специализацией. Он не встраивается в общество, не ищет своих путей, место ему определено, и свободы нет никакой. Он с рождения и до перехода находится в своей нише. Это сберегает массу сил, но вместе с тем, не дает совершать неожиданные взлеты. А ведь помимо Иерархии есть еще и случайность. А случайность – инструмент Хаоса. Поэтому чужики тысячелетиями ждут от человека какой-то подлости. Того самого скачка в рамках Хаоса, который может повернуться и созидательной стороной.
И еще, по-моему, они страшно боятся выпустить человечество из своей сферы присутствия. Их бесит, что мы можем выпасть из созданного ими серого тумана особых вибраций Мировой Сути. Поэтому и стараются закабалить наш разум, навязать свои ценностные и энергетические структуры, которые человек называет сатанинскими. Изощряются, одними ими известными способами переплетая линии судеб живых, обязательства душ. На первый взгляд казалось, что Земля прочно вросла в их Иерархию. Она закабалена материально и духовно, мистические потоки высших энергий под их контролем. И все равно вкрадывается Хаос и неопределенность.
Тут вспоминались слова Астра о том, что ни одна сугубо технологическая цивилизация не стала доминирующей в Галактике. Я и брякнул:
- Вы же всегда в итоге проигрываете.
Астр не ответил, а меня понесло:
- Проиграете и с нами.
- Мы постараемся, чтобы этого не произошло, - пообещал Астр.
- А если произойдет? Что вы будете ощущать? Вы же вовсе не лишены амбиций, страхов и злости. Просто вы их не демонстрируете, Астр. Но все это сидит в вас.
- Нет. Эмоции – это отдельный вид энергии. Но логика и расчет позволяют структуировать реальность – материальную и духовную, гораздо эффективнее. Так что от большинства эмоций с течением тысячелетий мы освободились. Мы несли этот груз слишком долго и, сбросив его, ощущаем невероятную легкость.
- Все-таки ощущаете, а не просчитываете.
- Изжить энергию эмоций невозможно. Она напрямую связана с самоидентификацией нашего высшего Я. То есть с самим существованием индивидуального Я, как автономной единицы.
- Значит, в вас живет и ненависть. И что вы сделаете, когда мы уйдем из-под вашего контроля? Выжжете Землю какими-нибудь икс-лучами? По принципу – не доставайся же ты никому.
- Нет, так не получится, - возразил Астр. – Планеты с разумом под защитой.
- То есть вы нам ничего не сделаете, когда мы рано или поздно укажем вам на дверь?
- Ну почему же, - Астр вдруг стал приподниматься из-за стола. И в этот момент он походил не на субтильного двухметрового персонажа, а на Зевса-громовержца. В нем неожиданно вулканической магмой вскипело какое-то свирепое неистовство. – Мы сделаем все, чтобы ваш переход в новое качество стал переходом в ад!..
Глава 19
Когда, вынырнув после очередного прыжка, «бригантина» оказалась у промежуточной цели, Астр объявил:
- Это важный пункт нашей Миссии, от которого зависит ее успешное продолжение.
Как я понял, тут какой-то Страж должен нам выписать по накладной что-то из охраняемого им имущества, как добрый прапорщик.
Планета океанов. Там не было ни единого куска суши. Сплошной ярко-синий океан под голубым, с перистыми облаками, небом. Наш корабль летел на высоте двадцати километров над водой. И были отличные видны кильватерные следы огромных морских животных, думаю, куда больше наших китов.
Неожиданно корабль камнем рухнул вниз. И, не думая тормозить, понесся к поверхности. А потом вошел на всей скорости в воду, даже не подняв брызг.
Мчались в океанской толще мы с бешеной скоростью. Вокруг мелькали громадные темные тени. Потом совсем стемнело, и сенсоры переключились на ночной режим. Корабль сбавил ход. И перед нами предстал скрытый тьмой подводный мир, кишащий жизнью. Я прямо ощутил себя капитаном Немо на «Наутилусе».
 
Мы плыли мимо гигантских, на километры, косяков слабо светящихся рыб. За скалами отдыхал огромный кракен - таких любили рисовать в средневековье, как они щупальцами топят корабли. Неторопливо двигалась вдалеке какая-то бесформенная гигантская масса, по сравнению с которой земной кит, что клоп против дивана.
Вниз на многие километры уходила толща воды. А перед нами возникла скальная гряда. На нее мчалась наша «бригантина».
Секунда. Другая. Столкновение неизбежно!
Ох, знаю же все эти фокусы, но никак не могу привыкнуть. Мы, скакнув в иную частотную мерность, даже не заметив препятствия, прошли сквозь скалу. И вот уже мчимся во тьме с блестками и просветлениями.
Вынырнув в реальную мерность, мы очутились в огромном гроте. Он освещался висящими под его сводами круглыми желтыми светильниками, распространявшими мягкий и приятный свет. Плескалась вода. У вполне себе обычных пирсов стояло несколько подводных кораблей серебристо-зеленого цвета и достаточно уродливого вида – или пузатые, поперек себя шире, с грибообразными наростами рубок и конструкций. Или нарочито угловатые. Некоторые напоминали школьные пеналы – все прямо и перпендикулярно, что должно создавать трудности в движении в водной среде, но, видимо, не создавало.
Мы приземлились на большую ровную каменную площадку, как раз под размер нашей «бригантины».
- Мы выходим, - сказал мне Астр.
Ну, выходим так выходим. Я уже привык, что меня постоянно таскают за собой везде, как свадебного генерала.
Идем в тамбур. Потом зеленый луч. И подошвы моих ботинок бухают о твердь.
А вот и почетный караул. Нас встречали четверо плавно и синхронно перемещающихся, похожих на чужиков существ с гладкой серебристой кожей, без намека на одежду и анатомические подробности. Жизни в них совсем не ощущалось. И до меня дошло, что это роботы-андроиды.
Впрочем, в телепатию играть они умели. Потому в моей голове отдался четкий металлический приказ следовать за ними.
Они маршировали как почетный караул, или как конвоиры, с обеих сторон от меня, Астра и штурмана. Двигались мы прямо, никуда не сворачивая, по шершавому серому камню.
Когда почти уперлись в каменную стену, она растворилась, как двери в нашем корабле. Нас повели узкими влажными каменными туннелями, причудливо изгибающимися, горбато вздымающимися вверх и тут же опускающимися вниз. Похоже, они имели природное происхождение.
Шли мы минут сорок. Чужики безропотно плелись вперед, молчаливо и сосредоточенно. Я ощущал в них некоторую неуверенность. Вообще, с каждым днем я все лучше чувствовал их состояние, утверждаясь в мысли, что эмоции в них кипят не хуже, чем в нас.
После очередного поворота открылся новый зал, еще больше прежнего. И выглядящий удивительно. Это прям сказочная обитель подземных богов. Разливающийся отовсюду фиолетовый свет струился по полупрозрачным сталактитам. Каменные узоры завораживали глаз.
В центре пещеры находилась донельзя обычная квадратная площадка, уложенная в шахматном порядке белыми и коричневыми каменными плитами. Только вот вместо шахматных фигур на клетках во втулках лежали шары. От крошечных, с теннисный мячик, до огромных, метров пяти в диаметре. Их роднила идеально круглая форма, идеальная темно-серая гладкость. И они были сделаны не из какого-то презренного или благородного металла. Всего лишь обычный камень.
В центре площадки, среди этих круглых камней, возвышался плотный двухметровый инопланетянин. При приближении я различил, что кожа его зеленая и немножко пупырчатая. Ну что, сбылась мечта дурака. Вот тебе, майор, и долгожданный рептилоид, герой земных городских легенд.
 
Хотя, конечно, он вполне мог бы выглядеть и поубедительнее. Ну, там раздвоенный язык, клыки в крови, черепа из замученных гуманоидов на груди. И чтобы глаза ярко горели – это обязательный атрибут. Но ничего такого не было и в помине. Передо мной облегченная версия. Такая одомашненная рептилия. Кроме пупырчатой кожи о рептилоидном происхождении говорили разве только глаза с вертикальными зрачками, ярко-зеленые, круглые. А так издали можно и за обычного гуманоида принять.