Мой любимый преступник (СИ)

- Ань, ну ты что всех бросила? – да чтоб тебя! Какая-то невысокая блондинка смеет врываться в нашу идиллию. Аня вероятно так же рада ее появлению, как и я, потому что разочарованно стонет и нехотя поворачивается к подружке или кто там она ей.
- Полин, ну вы без меня справитесь ведь.
- С ума сошла? Это твоя вечеринка! Идем!
Хватает за ручку и тянет за собой.  Аня оборачивается, не скрывая разочарования, и я ей подмигиваю.  Пусть развлекается, маленькая.  А я… а я, б***ь, покурю! Ее пара шагов успела меня закипятить практически до ста градусов. Успокаивает мысль, что у нас впереди целая ночь и я наконец стяну с нее это чертово обтягивающее платье.
  
Глава 21
 
Только у жизни снова свои планы. Оказывается, моему зайцу нельзя много пить. Есть те, кого выворачивает, если они перепьют свою норму, есть и такие, у кого норма вообще отсутствует, и они могут заливаться литрами алкоголя и на утро максимум чувствовать легкое похмелье. А есть Аня. Она если перепьет – засыпает.
- Ты не переживай, - успокаивает заплетающимся языком высокая брюнетка с грудью хорошего четвертого размера и кажется по имени Даша, пытаясь застегнуть туфли и уже третий раз промахиваясь мимо замка. – Она завтра будет как новенькая! Ну, почти. Ты как пришел, Анька хоть на себя стала похожа. А то ходила, как труп, бледная. Видимо так рада была, что и не поняла, что перепивает норму. Она обычно вовремя останавливается, если не считать того раза, когда, - вдруг захлопывает себе ладонью рот и ошарашенно хлопает глазами, словно только что чуть о чем-то не проболталась, - Не важно, когда. В общем, просто дай ей проспаться, - беспечно хлопает меня по плечу и, махнув рукой на туфли, выходит в подъезд. После того, как Аня отключилась прямо на диване, все поняли, что делать им здесь больше нечего и, собрав монатки, отправились на выход, оставив после себя горы грязной посуды, хлам по всей комнате и пару разбитых тарелок.
- Мда, малыш, кинула ты меня, - сажусь на край дивана, на котором мирно сопит звезда вечера, и убираю за ушко пшеничные волосы, упавшие на до боли красивое лицо. Без дерзкого взгляда и откровенного флирта она снова становится маленькой девочкой. А я просто сижу и смотрю на нее, не испытывая никакого желания спать сегодня на кресле. Хочу с ней. Рядом.  Чувствовать её запах и мягкость кожи! – сказал, проведем ночь вместе, значит проведем. Только раздеть бы тебя и не кончить при этом.
Шумно выдыхаю и пытаюсь осторожно расстегнуть сзади платье. Тяну вниз собачку, и когда удается стянуть атласную ткань на талию, в паху мгновенно растекается магма. Твою ж мать. Небольшая упругая грудь предстает перед глазами, и я не могу себе отказать хотя бы в малейшем удовольствии. Протягиваю руку и глажу большим пальцем аккуратный острый сосок. Вверх по пальцам тут же бежит электрический ток, выбивая все пробки в голове.
- Как же я хочу тебя, заяц мой, - слышу свой хриплый голос, а Аня даже не шевелится.
Только сосок под пальцами стал острее. Какая же она маленькая. Хрупкая. Накрываю ладонью грудь, которая с легкостью помещается в руке, и немного сжимаю. С алых губ слетает едва слышный стон и мое имя. МОЕ ИМЯ!  Б***ь, я конченый извращенец. Пользуюсь слабостью своей заложницы. Мудак. А самое главное – мне мало этого.
Не хочу так. Хочу, чтобы на меня глазищами своими смотрела и просила о большем.  Чтобы целовала так же жадно, как сегодня, и пальцами в плечи впивалась до боли. С усилием отрываю ладонь от теплой груди, быстро освобождаю ее от платья и дышать перестаю, когда она остается в одних крошечных полупрозрачных белых трусиках. Изысканная, кружевная ткань впивается в мозг своими ажурными рисунками, будоража воображение, и оно тут же рисует яркие картинки того, как я их с нее сдираю. Под ними малышка гладкая – гладкая, это видно даже сейчас.
- Откуда ты взялась только на мою голову? – рычу, срывая с себя футболку и натягивая на нее. Спрятать от своих глаз немедленно, иначе придется вспоминать время, когда дрочил на девок в душе, а это уже ни в какие ворота. Аня бурчит что-то бессвязное и сворачивается калачиком на неразобранном диване. Похер. Будем так спать. Если я еще раз к ней прикоснусь, то просто свихнусь.
 
Аня
- Еще разок, заяц, мне мало этого, - Дима разворачивает меня на живот и входит на всю глубину одним резким толчком, удерживая за ягодицы. Я стону, все еще не успев отойти от крышесносного оргазма, и тут же снова начинаю дрожать, когда его член скользит внутри меня, со звонкими шлепками заполняя собой и проникая все глубже и глубже.
- Димаааа, - кричу, сгребая в кулаки простынь, и… распахиваю глаза.
Подскакиваю на диване, пытаясь понять, что только что произошло. Щеки горят, между ног нещадно тянет, а в голове беспросветный туман. Я спала? Это был сон? Сжимаю бедра, чувствуя, как внутри пульсирует, и понимаю, что оргазм был настоящий. Господи… Разве можно вот так кончить во сне? Провожу подрагивающими пальцами по волосам и замечаю на себе футболку Димы. Дима…
Боже, мы ведь должны были… Зажмуриваюсь, стараясь вытащить из памяти хоть что-то, но тщетно. Помню танцы, виски, лицо Димы напротив, его руки на талии жгут и возбуждают. Кажется, мы танцевали. Или нет? Боже, что произошло? Стоп. Почему я не в платье? Мысли разлетаются, как крошечные пылинки на ветру, и невозможно поймать ни одной. А где Дима? Бросаю взгляд на диван, но он не разобран. Из глубины со скоростью света поднимается тревога, и я быстро встаю с дивана.
- Дим? – зову и почти бегом направляюсь на кухню, но торможу, заметив из коридора мужской профиль с сигаретой в руке и чашкой кофе на столе. Дима сидит за столом, облокотившись локтями на столешницу, и курит. В одних спортивных штанах, а за ухом другая сигарета. Бабочки облегченно воспаряют ввысь. Он здесь.
Мужчина поворачивает голову и дерзко вскидывает бровь:
- Хороший сон видела?
- С чего ты взял? – это он просто спрашивает из вежливости или…
- Я слышал.
Не из вежливости. Чувствую, как краска подкатывает к лицу, и становится дико стыдно. Дима же, кажется, наоборот очень даже весел. Откидывается на стул и ухмыляется, пристально обводя мое тело бесстыдным взглядом. По коже тут же мурашки бегут. Вальяжно подносит сигарету к губам и затягивается, а на выдохе произносит:
- Уверен, тебе понравилось!
Боже, я готова сквозь землю провалиться от его наглых слов, но черт, ведь он прав. Эхо сна все еще приятно ощущается внизу живота.
- Почему я в твоей футболке? – меняю тему, заходя на кухню и наливая себе стакан воды. Пить хочется невыносимо.
- Подумал, что спать в платье тебе будет неудобно, - склоняет голову и улыбается. Могу поклясться, что внутри его зрачков пляшут чертята. Сверлит меня таким многозначительным взглядом, что я даже не сразу понимаю смысл его слов, а потом до меня доходит.
- Ты меня раздел? – задыхаюсь от шока, отставив стакан с так и не отпитой водой.
Медленно кивает, не отводя глаз. С ума сойти. Значит, он видел меня голой.
- Уверена, тебе понравилось! – отвечаю его же фразой, пряча за сарказмом тонну смущения.
- Не то слово. Скажу даже больше, я теперь знаю какие твои соски на ощупь.
В зеленых глазах вспыхивает огонь, и я шумно сглатываю. В животе от одних лишь дерзких слов закручивается волна желания. Боже, да я ведь злиться должна на него! Дать пощечину, ударить, но ведь я сама готова была ему вчера отдаться. Ждала пока все уйдут, и мы останемся наедине, чтобы… Между ног ощутимо засаднило, как только я представила, что могло бы быть.
- И какие? – едва ворочу языком под тяжелым взглядом.
- Тугие, маленькие и острые, - ухмылка сползает с его небритого лица, покрытого колючей щетиной, и черти в глазах сменяются на темноту. – И я так сильно хочу каждый из них к себе в рот, что едва держусь, чтобы не разложить тебя прямо на столе.
Вихрь в животе доходит до максимальной границы, грозясь разорвать меня изнутри. Что он сделал со мной? Я же никогда не испытывала такого сильного желания к мужчине. А он ведь даже еще не прикоснулся ко мне.