Мой любимый преступник (СИ)

Набираю Юлю, которая уже спустя два гудка отвечает на звонок.
- Ань, привет, - облегченно выдыхает напарница.
- Привет, Юль, – не замечаю, как улыбаюсь от одной лишь возможности поговорить с кем-то другим. Вот ведь как бывает. Даже самые обычные вещи, которым раньше не придавал значения, могут стать особенными при определенных обстоятельствах.
- Слушай, ты приехала уже?
- Да, - клацаю на боковую клавишу телефона, чтобы сделать тише, но её голос все равно отчетливо слышен из трубки. Да и Дима сидит буквально плечом к плечу, отчего еще более некомфортно. Его массивное плечо упирается в мое, и я пытаюсь немного отодвинуться. Мне необходимо личное пространство, потому что находиться в такой непосредственной близи - это как дышать дымом от полыхающего здания.
- Слушай, тут такое дело, – тараторит немного несмело знакомая. – Я в курсе, что у тебя еще неделя отпуска, но мне просто необходима твоя помощь, Нютик.
- Что-то случилось? – обеспокоенно интересуюсь, хоть мы и не подруги. Юлька резвая, бойкая, она может болтать без умолку часа три. Я же её полная противоположность. Так, перекидываемся парой слов, если сталкиваемся на работе или нужно подменить друг друга, но личными переживаниями не делимся.
- Ну... Вообще-то да. Короче, тут такое дело. Мне нужно подать заявление на поступление, а завтра, как оказалось, последний день. Я и забыла, дуреха. Если не подам, то пролечу как фанера над Парижем, а мне просто необходим диплом специалиста. Подменишь меня, а, Нютик? – последние слова Юля чуть ли не хнычет, и я автоматически бросаю вопросительный взгляд на того, от кого самым прямым образом зависит мой ответ. Дима делает вид, что увлечен просмотром фильма, но не слышать слова напарницы было просто невозможно. Жгу его взглядом, ожидая хотя бы какой-нибудь реакции, но он словно нарочно меня игнорирует.
- Юль, я перезвоню через пару минут, - предупреждаю и сбрасываю звонок, зная, что она начнет сейчас прилагать все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы уговорить меня не отказывать. Только если бы это зависело лишь от меня…
- Дим, - начинаю, набрав в грудь воздух и заранее догадываясь, каким будет ответ. – Юля просит...
- Нет, - отрезает равнодушно, и я немного теряюсь от такой категоричности.
- Что? – хоть и знала, что он это скажет, но возмущение, вспыхнувшее как спичка, не мошка, его просто так не задавишь.
- Неужели ты реально думала, что я разрешу тебе поехать на работу, заяц?
- Заяц? – глупо повторяю я, не понимая, это уменьшительно-ласкательное прозвище, или он подразумевает что-то обидное? Мужчина кивает, ухмыляясь левым уголком губ. – Почему заяц?
- Потому что каждый раз, когда оказываешься в сантиметре от меня, начинаешь трусливо дрожать.
От негодования мои ногти больно впиваются в ладони. Значит, считает меня трусихой, козел.
- Конечно, с пистолетом любой царь зверей, а отбери у тебя его и вовсе в окапи* превратишься.
- Кого? Ты сама это только что придумала? – недоверчиво вскидывает бровь, распаляя меня еще сильнее.
- Если бы читал больше, может и не пришлось бы от полиции прятаться, - сказала и тут же пожалела, потому что взгляд Димы в мгновение чернеет. Мое сердце камнем летит вниз, когда он резко встает с дивана, хватает меня за ногу, тянет на себя, опрокидывая на диван, и нависает сверху, пропуская мимо ушей мой приглушенный взвизг. Одной рукой сдавливает шею, и все, что я слышу - это собственный пульс, глухо отбивающий в ушах. Хватаюсь ледяными пальцами за его руку, но тщетно. Он не замечает моих сумасшедших брыканий.
- Ты говори, да не заговаривайся, Аня, - хрипом сквозь зубы, а я пытаюсь дышать, хоть от страха это делать очень сложно. Он такой сильный, что если еще немного сожмет пальцы, то его яростный взгляд будет последнее, что я увижу в этой жизни. – Я до поры до времени терпеливый, а ты мое терпение вот-вот исчерпаешь.
- Прости, - еле слышно выдавливаю, понимая, что забыла с кем рядом нахожусь. Его пальцы продолжают разъедать кожу. Господи, пожалуйста, помоги, я не готова еще умирать. Внутри все натягивается как струна, – Прости, Дима.
 
Дыхание тяжело вырывается из его массивной груди, и он еще долгих несколько секунд просто стоит надо мной, не ослабляя, но и не усиливая хватку. Переводит взгляд на губы, очерчивает их глазами, и от этого его странного глубокого взгляда мне становится еще хуже. Паника, уже успевшая отойти на второй план снова возвращается бумерангом. Уже начинаю представлять, чем может обернуться моя выходка, но мужчина вдруг резко разжимает руку и возвращается на то же самое место, где и сидел. Я быстро отползаю на другой конец дивана и растираю шею. Сердце все еще не может прийти в себя и руки дрожат, но я зачем-то продолжаю его выводить. Нет, я не самоубийца, просто Юля подменяла меня раз пять, когда мама вдруг звонила и просила приехать, или Катюша болела, а Диане нужно было на работу. Я просто не могла бросить её сейчас.
- Пожалуйста, - прошу, едва вернув себе осиплый голос. – Её высшее образование не будет оконченным, если она не закончит пятый курс.
Дима медленно поворачивает голову на меня и смотрит так, будто увидел инопланетян, высадившихся прямо здесь, посреди комнаты.
- Я неясно выразился?
- Очень даже ясно, - в подтверждение снова тру шею, на которой завтра, возможно, останутся следы от его сильных пальцев. – Но она не должна страдать из-за тебя. Хватит того, что ты без спроса влез в мою жизнь. Не разрушай и ее. Поехали со мной, если не доверяешь. У меня машина есть.
Но эта скала оказалась еще более твердой и нерушимой, чем я ожидала. Бессердечный подонок просто отворачивается к экрану телевизора, сложив руки на груди и спокойно говорит:
- Я второй раз повторять не буду.
Вот же… С силой сцепляю кулаки, чтобы не наброситься на него и не убить. Ублюдок. От одного человека страдают сразу несколько. Скорее бы его уже нашли и посадили в тюрьму. Вот как теперь я это Юле объясню и вообще буду смотреть в глаза? Это же самое настоящее предательство. Я никогда прежде не отказывала никому в помощи, и это чувство вины отвращает. В первую очередь от недомужчины, эгоистично думавшего только о себе. Я бы легко могла отвезти нас на моих Жигули на радио рынок, на котором находится магазин, там бы он посидел несколько часов, никто бы его и не узнал. Никому не интересны лица за прилавком. На продавцов вообще не особо смотрят. Только на телефоны, планшеты и аксессуары.
Беру телефон и иду на кухню, не хочу, чтобы не слышал мои оправдания перед напарницей.
- Не вздумай там ляпнуть что-нибудь, - доносится в спину, - Я слышу каждое твое слово.
Да чтоб ты провалился! Со злостью тычу на кнопку звонка, стараясь унять взбесившееся настроение.
- Юль, - вкладываю в голос искренние извинения, когда она берет трубку, и нервно меряю шагами кухню. – Прости, пожалуйста, но у меня не получится тебя подменить.
- Ты серьезно? – в голосе непонимание, и я жмурюсь оттого, как выглядит мой поступок с её стороны.
- Да. Мне очень жаль, но я не могу отложить дела.
- Может хотя бы на пару часов, Ань? – продолжает Юля, тщетно пытаясь уговорить меня. От неловкости я сцарапываю лак на большом пальце левой руки. Готова сквозь землю провалиться, потому что понимаю, что наш начальник не позволит магазину простаивать даже пару часов.
- Я не могу, правда, - оправдываюсь как могу и глотаю отчаянную просьбу позвонить в полицию. – Прости.
Юля несколько секунд молчит, а потом, спохватившись, почти умоляет.
- Нютик, а твой ноутбук? Генка сделал его уже. Приезжай хотя бы забери его на полчаса, я такси возьму, мигом заявление напишу и обратно, ты и телефона ни одного продать не успеешь, клянусь.
- Ноутбук? – я с этими нервами и забыть успела, что оставила его нашему мастеру, чтобы разобрался, почему тот зависает каждые десять минут. – Я его потом заберу. В другой раз, а ты...
Не успеваю договорить, как скорее чувствую, чем слышу, сзади мощную энергетику Димы. Цепенею, пытаясь представить, что на этот раз сделала не так, и оборачиваюсь.