Босоногий принц: пересказ Кота в сапогах (ЛП)

Что этот кот задумал на этот раз?
Арчи было немного страшно это выяснять.
***
Лео был гениален, и благодаря их стремительному проникновению в замок он, наконец-то, обрел свободу.
Его полосатая фигура молнией пронеслась по плитке главного зала и резко замерла перед знакомым портретом. На нем был запечатлен король. Покойная королева. И Эйнсли рядом с ними в неловком тринадцатилетнем возрасте. Но внимание Лео приковал другой человек, стоявший подле них. Он узнал этот каштановый оттенок волос, карие глаза, унаследованные от отца, и даже этот острый, высокомерный подбородок.
  
Написанный в тот самый год, когда он исчез, этот юноша — почти семнадцатилетний, с луком в руках — считал себя мужчиной. Искателем приключений. Нарядным и безупречно одетым охотником.
Но прежде всего, он был кронпринцем Леопольдом.
Воспоминания хлынули потоком. Разрозненные капли и осколки соединились с такой силой, что это показалось физическим ударом. Темный лес, изумрудные глаза и голос:
«Убивай крыс, мой маленький охотник, мой маленький принц».
Побега не было. Лео стоял у портрета так долго, что молодой лакей споткнулся о него, и вскоре кота выставили на улицу, но это уже не имело значения.
Теперь он знал гораздо больше, чем прежде.
Он бродил по улицам Замкового города в оцепенении, как часто делал, когда нужно было проветрить голову. Убедившись, что в его обычных местах обитания нет крыс — чумных или каких-либо еще, — он снова оказался у лавки Табиты. Она разговаривала с хозяйкой магазина.
— Обязательно вымети кошачью шерсть и погаси фонари перед тем, как ложиться, — произнесла пожилая женщина хриплым, строгим голосом. — Мы хотим, чтобы здесь было достаточно чисто, чтобы завлечь покупателей.
Табита безмолвно опустила голову, прижав руку к сердцу. Когда женщина ушла, Табита всё еще нервно теребила свои длинные волосы. Лео надеялся, что она не начнет их вырывать — только не снова.
Но она улыбнулась, когда увидела Лео.
Она всегда улыбалась, завидев его.
— Не волнуйся. Она просто ворчит. Это совсем не так, как было раньше. Я просто… — Она встряхнулась, словно сбрасывая что-то неприятное. Что-то, от чего Лео хотелось рычать, шипеть и проглотить одного конкретного человека целиком. Женщину из прошлого Табиты, которая была ничуть не лучше любой чумной крысы.
Но Лео не был львом или каким-то великим охотником на монстров. Не по-настоящему. Больше нет. И всё, что он мог делать — это мяукать и тереться о лодыжки девушки, пока она не возвращалась к нему из своих мыслей.
— Ты останешься со мной сегодня? — спросила она тихо, словно ребенок с мольбой, и Лео понял, что слишком долго отсутствовал. Возможно, он больше никогда не уйдет, теперь, когда его странствия достигли своего логического финала, и он обнаружил тайну в конце очень длинного туннеля.
Лео, может, и не был львом или убийцей чудовищ, но он не был и обычным котом.
И он не мог сбежать от растущего ужаса, который жил внутри его разума так же прочно, как и снаружи.
Он позволил Табите держать и даже обнимать себя, потому что он всегда позволял это Табите, но только сейчас он осознал истину: он нуждался в ней так же сильно, как она в нем.
Они оба были сломлены одинаково.
Лео был кронпринцем Леопольдом, и все считали его мертвым.
16. Кот-подражатель
На следующий день Арчи встал еще до рассвета. Когда он в обновках выходил с мельницы, направляясь в замок, ему встретился Руперт. Брат нахмурился, но сказал лишь:
— Завтра вечером, перед фестивалем, Элли с родителями придут к нам на ужин. Ты будешь?
Арчи оставалось только кивнуть.
Новые сапоги могли жать, он мог из последних сил бороться за глоток воздуха в этом захлестнувшем его потопе событий, но жизнь рядом с принцессой всё равно была лучше всего того, что у него было без неё. Решение было только одно. Он отправился в город и остановился у лавки платьев в окраинном ряду, ища поддержки у одного коричневого полосатого кота. И верно — Лео был там, с Табитой. Подбодренный её лаской, кот снова последовал за Арчи.
— До свидания, мальчики! Веселитесь в своём следующем приключении! — Табита помахала им рукой с видом любящей матери, отправляющей детей поиграть. Девушка, возможно, была немного не в себе, но Арчи начинал понимать, почему кот благоволил ей так же сильно, как восходящему солнцу.
После долгих уговоров Лео показал Арчи, где припрятал его подбитые мехом сапоги и плащ. Становилось ясно: как бы кот ни стремился насильно избавить Арчи от остатков крестьянского одеяния, он никогда не допустит порчи вещей, сделанных руками Табиты. И когда они, наконец, добрались до замка, все те распорядители и стражники, что раньше выпроваживали их в неприметные боковые комнаты, теперь проводили их прямиком во внутренний двор к королевским конюшням.
Привычный запах сена и навоза почти успокоил Арчи, хотя ему и противостояли ароматы дорогих духов и блеск начищенного серебра. Эйнсли ждала их в сопровождении своего главного гвардейца, жестом указывая на одну из чистокровных кобыл:
— Сюда, Андердольф. Ты умеешь ездить верхом?
Арчи умел ездить на пегом осле Харриса.
Умел ездить на ломовой лошади.
Эта темная красавица не была ломовой лошадью. В её глазах было куда больше огня, а в копытах — мощи.
Это не имело значения. Арчи всё равно хотел оседлать её. Он протянул руку, чтобы погладить бархатный нос кобылы, когда услышал знакомое мяуканье. Скорее даже вопль. Лео вступил в перепалку с одной из гончих, собравшихся для охоты.
Станет ли это проблемой?
Арчи оглянулся на принцессу:
— Как вы думаете, лошадь не будет против, если Лео тоже запрыгнет? Я не хочу, чтобы собаки до него добрались, да и я почти не охотился без него. Он… приносит удачу.
Эйнсли снисходительно улыбнулась, но тут над конюшней прогремел голос короля:
— Эйнсли, что ты здесь делаешь?
Только тогда Арчи заметил, что на Эйнсли тоже был лук и широкая юбка для верховой езды.
Она повернулась к отцу, и её улыбка стала еще ярче:
— Ну, я должна быть здесь, не так ли? Сэр Каллум вчера вечером подписался поручителем Арчи, так что мне пришлось поехать, чтобы он мог присматривать за нами обоими.
Что?
Король нахмурился, глядя на гвардейца Эйнсли:
— Ты подписался?
Сэр Каллум кивнул, хотя выглядел немного смущенным. По крайней мере, Арчи был не единственным, кому было трудно поспевать за энергичной принцессой.
— Меня впечатлила преданность юноши своему делу, сир, да и ваша дочь умеет быть очень убедительной.
— Я умею стрелять, — настаивала Эйнсли. — И я могу проследить, чтобы Арчи не забрел в круг фейри. Ты же знаешь, я справлюсь.
Гвардеец снова вмешался, понизив голос:
— Её Высочество давно хотела присоединиться к одной из охот, сир. Отошлете её — и она найдет способ сделать это у вас за спиной.
Арчи ожидал, что король тут же откажет, но тот промолчал. Он просто выглядел… грустным.
И тогда Эйнсли, кажется, поняла что-то, чего не понял Арчи. Она подбежала и обняла короля с силой прилива:
— Мне так жаль, отец, но ты же знаешь — это не как с Лео. Ты будешь со мной всё время. Обещаю.
«Не как с Лео»? Арчи обернулся и обнаружил, что кот уже дал отпор гончим и восседает в седле лошади так, будто рожден был для верховой езды. Всё снова происходило слишком быстро, и Эйнсли уже улыбалась, прежде чем король успел отстраниться.
— Ладно, по коням, — бросил он небольшой толпе гвардейцев, рыцарей и благородных охотников. — Все.
  
И на этом всё. Эйнсли подмигнула Арчи, прежде чем найти своего скакуна, и он поспешно улыбнулся ей в ответ. Хотя, честно говоря, ему хотелось бы, чтобы она посвящала его в свои планы заранее. Слепо следовать за Лео — это одно, но Эйнсли могла бы и поговорить с ним, если бы захотела. Не то чтобы Арчи думал, что смог бы ей отказать, но он начинал желать, чтобы у него была такая возможность. Принимать столько помощи от принцессы заставляло его чувствовать себя каким-то скользким типом.