Как бы замужем не пропасть (СИ)
Я настояла на переносе бракосочетания до победы. Я не хотела мучиться неизвестностью и страдать в неведении, пока он бьется со старой гадиной. Если проиграем, меня в любом случае прикончат, а так я хоть покусаюсь. Я наконец-то решила, что мой единственный дом здесь и убедила себя, что жить в магическом мире мне нравится. В общем, я решила постараться и приблизить светлое будущее. Сначала я честно предложила тех. совету притащить сюда Уэйта из США с командой и доверить раскрутку нового будущего министра профессионалам, но чего я в ответ наслушалась! Магглы не поймут, они напутают, они не способны… Я пыталась объяснить, что если Уэйту хорошо заплатят, то он хоть пингвина изберет президентом, но понимания не нашла. Потом «Обливэйт», деньги у Уэйта на счету оставить, вопросов точно не будет. Можно и память оставить, чтобы потом консультироваться. Мне категорично сказали «Нет».
Тогда я обозвала их косными ретроградами и вытребовала себе уйму денег на начало раскрутки. Они подослали ко мне Лорда, чтобы выяснить, зачем я их обозвала «Тех.Советом» и другими нехорошими словами. Я объяснила, что чем скучнее название, тем легче спрятать тайную организацию государственного переворота. Такое пафосное объяснение всех устроило и от меня отстали. Чем многозначительно шептать — я должна получить одобрение Ближнего Круга, проще невзначай бросить — это надо обсудить с техническим советом, и собеседники не запомнят такой банальщины.
Наконец-то я выяснила, как тут проходят выборы. Оказывается, демократическим путем, то есть тайным всеобщим голосованием. Не реже, чем раз в семь лет. Кандидат может сам себя выдвинуть, может общественное объединение выдвинуть, может группа товарищей посоветовать. За идею выдвиженца от ОО я ухватилась. Сложноватая комбинация, многоходовая, но какая изящная и на всякие сегменты действующая! Мне дали карт-бланш и я начала игру.
На данный момент у власти находился Нобби Лич, магглорожденный выпускник Хаффлпаффа. Как и ожидалось, по любому поводу он советовался с директором. Директорская марионетка сидела тихо, иногда бормотала что-то о проводимых реформах, но по делу ничего не менялось. Он был избран в 1962 году, так что выборы ожидались через три года, в 1968 году. Чистокровные хаяли его политику сквозь зубы, но против власти не выступали. Самые непримиримые ушли из Министерства в знак протеста. Красиво, но недальновидно. На эти места моментально нашлись желающие. Было еще два активных политика, считающихся претендентами на пост премьер-министра: Юджина Дженкинс и Гарольд Минчум. Юджина меня не впечатлила, ее муж — Джои Дженкинс был загонщиком в команде «Пушки Педдл», а больше сказать о ней нечего. Минчум был параноиком похлеще меня и готов был окружить себя и всех вокруг каменной стеной, чтобы ощущать себя в безопасности. Он пугал всех окружающих мнимыми и существующими опасностями, воображение имел богатое и умел говорить публично. Его с удовольствием публиковали в «Пророке».
Время текло сквозь пальцы, а я потратила больше месяца на разработку плана и шлифовку деталей. Стоял жаркий июль 1965 года, я нервничала и переживала острый приступ сомнений в своих возможностях. Бейтс и Сиггинс поддерживали меня изо всех сил, предлагали помощь армии и полиции, чтобы отбить меня и ребенка из лап сектантов и всерьез подарили мне револьвер. Они даже договорились с американским «Вог», чтобы меня взяли на работу в отдел маркетинга, они сделали для меня и сына новые документы, а Сиггинс предложил оформить фиктивный брак со мной и сменить сыну имя на Джон. Они даже нашли ребят, которые меня тихо вывезут из страны. Шефы разработали целый план моего «исчезновения» и гордо мне его презентовали. Я слушала их в полном недоумении, а потом у меня случилась истерика. Я рыдала минут сорок, пока Бейтс не додумался вылить на меня ведро воды. Я успокоилась и обсохла, но Джоны не уходили и требовали от меня объяснений. Я мучительно раздумывала, но потом сказала им часть правды: мне необходимо захватить власть в своей секте, на меня надеются хорошие люди, но против меня очень сильный манипулятор с большим опытом закулисных интриг, облеченный властью и силой. Если я сбегу, то все мои близкие погибнут, а забрать их с собой никак невозможно. Сыну тоже лучше с себе подобными. Из-за него я туда и попала.
К моему удивлению, Сиггинс кивнул:
— Конечно, не в цирке же Вам выступать. Твои же все экстрасенсы, да?
Пришлось согласиться, я туманно подтвердила, что типа того. Тогда шефы временно отступили, а я осталась со своими мыслями. Мне было не с кем посоветоваться, никто не знал об особенностях пиара для магов. Осознание данного факта привело меня в чувство, я разработала программу и приступила к ее реализации.
Суровый старик Родерик Пламптон в юности играл в квиддич и даже поймал снитч за три с половиной секунды, но к моменту нашего знакомства жил очень стесненно, если не сказать, что нищенствовал. У него была еще одна страсть, кроме квидичча — это собаки, магическая разновидность терьеров — крупы. В его хижине я насчитала не менее десятка веселых гавкающих созданий. Эти псы были жутко похожи на собаку из фильма «Маска», пса там звали Майло. Я принесла целый мешок костей и сразу стала для Родерика «милой молодой леди». Я втиралась к нему в доверие медленно и планомерно, и добилась своего. В обмен на собачий корм в достаточном количестве и деньги на содержание питомцев, старик согласился ходить по Косому переулку и рассказывать всем, какие чудесные существа крупы. Себе он благородно ничего не попросил, но я слегка скорректировала его имидж. Родерик дураком не был и быть в центре внимания любил еще со времен своей спортивной юности. Он согласился, что так он сможет больше сделать для собачек и дал себя подстричь и переодеть.
Так что скоро в Косом переулке, да и в Лютном тоже, фигура старика с кучей собак на поводках воспринималась, как местная достопримечательность. Через пару недель его «случайно» узнал корреспондент «Пророка» и сделал с ним интервью о знаменитом пойманном снитче и о верных четвероногих друзьях старого чемпиона. Тут в редакцию повалили письма от совершенно разных людей с рассказами, какие это необыкновенные создания. Неожиданно оказалось, что все просто обожают крупов. Поэтому регистрация общественного объединения (ОО) «Друзья крупов» прошло совершенно естественно и внимания не привлекло. Родерик был абсолютно счастлив, ведь милые, добрые и сильные маги дали ему деньги на регистрацию ОО, выделили прекрасный офис с большими удобными Именными подушками и мисками для собак. В общество любителей крупов стали записываться, добровольцы распечатали красивые листовки о правильном кормлении и содержании крупов, трое молодых колдунов интересовались мнением Родерика по каждому вопросу и восхищались его умом и харизмой.
Молодежь (сплошь слизеринцы), но кого это волнует, даже изыскали средства у родственников и начали выпускать «Вестник Майло» и распространять его среди членов общества бесплатно. Название газета получила по имени почившего питомца одного из чутких юношей. Родерик растрогался и дал добро на название. Другая чуткая девушка написала историю о верном крупе Майло, который спас мальчугана от рук «торговцев живым товаром» и погиб от ран на руках у безутешного хозяина. Историю опубликовали в одном из первых номеров и Майло стал почти национальным героем. Талантливая читательница нарисовала героического песика (песика рисовали для меня три рекламных агентства, выбирали голосованием тех. Совета) и мордашка Крупа стала расходиться бешеным тиражом на флажках, значках, детских сумках и т.д.