Как бы замужем не пропасть (СИ)
Я слушала Лорда и поражалась. Вот это силища, вот это харизма. Да он за своих глотки перегрызет. Ничего общего с тем кошмарным типом в Поттериане. Как он говорил, как страдал, как ненавидел. Я еще раз увидела всю историю, но совершенно с другого ракурса. Лорд — сильный лидер. Я сжала его ладонь:
— Я пойду с тобой. Если суждено, мы изменим этот мир. Если нет, я погибну, пытаясь.
Он улыбнулся легко, радостно. Так улыбаются дети, когда Вы дарите им чудесный воздушный шарик.
— Мы победим, Эйлин. Со мной мои друзья, моя семья и ты, мой волшебный подарок. Моя огненная гарпия нового режима, так ты себя назвала? Мне нравится, а Вам, друзья?
Из пустоты проступили темные фигуры. Их было одиннадцать. Одиннадцать мужчин медленно сбросили мантии — невидимки. Один из них выступил вперед, поклонился и четко сказал:
— Да, Лорд, мы согласны. Пусть она будет одной из нас. Тем более, что одно место уже вакантно.
Том легко поднялся с кресла, я тоже встала. Я была растеряна и не смотрела новым участникам нашей беседы в глаза. Лорд тихо спросил:
— А, так он признался?
Я рассмотрела знакомую фигуру. Абрахас Малфой стоял спокойно, говорил уверенно. Куда делся веселый шалопай гуляка? Передо мной стоял опасный хищник, уверенный в себе мужчина, серьезный аналитик. Он пояснил:
— Да, мы разобрались. Предатель уничтожен, мой Лорд. Пришлось повозиться, пока мы четко выявили все ниточки. Если бы не счастливая случайность (он кивнул в мою сторону), у Светлых все могло бы получиться. Нас ждало тотальное уничтожение.
Еще один знакомый силуэт выступил вперед. Антонин Долохов упал на колени и прошептал:
— Я не знал, мой Лорд, что ваш источник — моя Эйлин. Вернее другая женщина, которая теперь Эйлин. Моя Эйлин умерла, я понял только сейчас. Я заметил, что она очень изменилась, но внешность — то ее! Поэтому я решился взять у Абрахаса амулет. Простите меня, мисс. Я видел в Вас другую женщину и хотел ее вернуть. Теперь я вижу. Вы — совсем другая. Лорд, простите меня. Я готов понести любое наказание.
Лорд мягко поднял Антонина с колен и усадил в свое кресло.
— Я понимаю, друг мой. Старые грехи долго не отпускают. Мы пойдем вперед. Теперь мы должны сделать наш мир безопасным местом для наших детей, согласен, Антонин?
Долохов подобрался и четко сказал:
— Вы правы, мой Лорд. Мой сын вырастет и проживет свою жизнь в мире и безопасности. Я убью всех, кто мне помешает обеспечить счастливое будущее нашим детям.
Лорд кивнул.
— Все верно, Тони. Но мы обманем и очаруем их, мы же хитрые слизеринцы, они сами не заметят, как начнут петь нам хвалебные песни. Будут упрямцы, будут и жертвы. Возможно. Нам понадобятся все наши таланты, и все Вы. Невелика доблесть — умереть за идею. Доблесть — Выжить и выиграть. Мы победим. И наше оружие — не только меч. Наше оружие — перо и пергамент. Связи. Сплетни. Компромат. Лесть. Подкуп. Страх. И самое главное — управление толпой. Мы справимся, Тони.
С этими словами Лорд обнял Антонина, а тот заплакал у него на плече. Мне показалось, все присутствующие понимали, что оплакивает Долохов. Тот плакал по своей мечте, по настоящей Эйлин, он оплакивал ее смерть и свои ошибки. Неожиданно выступил очень высокий мужчина со славянскими чертами измученного лица. Он глухо произнес:
— Лорд, прошу, убейте меня. Я могу предать.
Он обвел невидящими глазами остальных мужчин и застонал:
— Я видел в омуте, я всех предал. Как я мог? Я не знаю. Как мне жить теперь? Я предал Вас всех…
Малфой мягко положил ему руку на плечо и громко сказал:
— Мы пришли к выводу, что ты был не в себе. Ты не предавал. Мы уверены.
Лорд и остальные подтвердили:
— Мы верим тебе, Игорь.
Я молча стояла и думала о бликах огня в камине и сгущающихся сумерках. Потом как-то неожиданно Лорд стал меня знакомить с остальными, я плохо их запомнила. Кажется там был Лейстрандж старший, Розье, Гойл, еще кто-то. Я кивала и пожимала протянутые руки, у них так принято — пожимать своим руки. Это мне шепнул Лорд, кажется. Все вокруг слилось в однообразный цветной гул. Потом мы ужинали все вместе. Суровые воины превратились в светских щеголей, они шутили, беззаботно смеялись, за столом царила непринужденная атмосфера. Лорд посадил меня рядом и постоянно придерживал, но я была слишком истощена, чтобы адекватно соображать. Я выпила два бокала вина и отключилась.
***
— Антипохмельное или отрезвляющее?
— Тише, не кричи пожалуйста… Головушка моя бедная. Как Вы тут живете? Водки нет, сметаны нет, сало паршивое, и рассолу нет!
Я спряталась под одеяло полностью и слабо поскуливала, но Лорд вытащил меня и со словами:
— Значит антипохмельное, — влил в меня мерзко пахнущее варево.
Через пару минут в голове посветлело, но вылезать все равно не хотелось. Лорд ласковым голосом театрального соблазнителя сообщил:
— У меня ванна точно такая же, как ванная старост в Хогвартсе. Неприлично огромный бассейн, на громадных окнах во всю стену мерцают витражи. Кранов даже больше, чем в школе, а пена искрится всеми цветами радуги. Запах пены можно выбирать из тридцати трех ароматов. Хочешь?
Я взвизгнула и деловито поинтересовалась:
— Поможешь разобраться?
***
Ванная комната была самым прекрасным местом на свете. Удивительным чудом, волшебством, вечным подарком, полным прекрасной магией. Трехуровневый фонтан в центре приковывал к себе взгляд. Из множества бронзовых кранов в бассейн, полный пены, лилась разноцветная вода. Вся комната облицована мрамором. На витражах повторялся короткий сюжет: веселый толстяк -солнце дрался на мечах с мрачным желчным лунным диском. Они побеждали с переменным успехом, когда победитель — солнце, то яркие лучи заливали комнату, с потолка в воду опадали душистые лепестки тропических цветов и проносилась стайка испуганных бабочек, если же луна брала верх, то в темнеющей комнате начиналась дискотечная вакханалия падающих звезд, комет и снежинок, проскакивающих по комнате. Затем следовал пятиминутный перерыв, солнце и луна спокойно кружились по краям витража, но постепенно они начинали бросать друг на друга негодующие взгляды, с лязгом доставались мечи из ножен и десятиминутный бой начинался вновь. Необыкновенно красиво!