Как бы замужем не пропасть (СИ)

 Мне терять было нечего, поэтому я ответила честно:
 — Скорее всего. Это наиболее логичный и простой выход из ситуации. Я бы, вероятно, так и поступила бы на Вашем месте, мой Лорд.
 Он впился взглядом в мои глаза. В голове взорвались китайские фейерверки. Мир померк.
Примечание к части Извините, была в командировке.
 Глава 23 
 Глава 23
 Я открыла глаза и увидела знакомые стены. Это мой кабинет, неужели я уснула на рабочем месте? Я удивленно хлопала ресницами, когда услышала приятный мужской голос:
 — Что творится в твоей голове, женщина? Если бы не твоя бумажка с датами, я бы вообще ничего не понял! Мне захотелось самому самоубиться и не беспокоить «Избранного»!
 Я радостно ощупала себя руками и счастливо заявила:
 — А я жива!
 Я вскочила и даже попрыгала, чтобы ощутить, как чудесно работают мои ножки, как прекрасно видят мои глазки, как приятно вдохнуть, расправить легкие, как замечательно жить!
 — Эйлин, или как тебя, Вера, ты как?
       Я оглянулась и увидела того самого представительного статного мужчину, которого запомнила в демонстрационном зале. Видимо час прошел и оборотное зелье больше не действовало. И вовсе не было его лицо обожженным и мутным, а глаза — красными. Лицо властное, волевое, глаза — синие, в темных волосах мелькают проблески седины. Жесткие складки у губ и морщина в центре лба — это все отметины, что я увидела на его лице. Хорошо сложен, одет в классический костюм и рубашку с запонками, брюки отглажены так, что стрелками можно порезаться. На ногах — дорогие туфли. Отличное чувство стиля для магглоненавистника, шикарно выглядит. Одеколона не чувствую, стою далековато. Вот бы наш… Поняв, что  я слишком пристально его разглядываю, я смутилась и поспешила извиниться:
 — Извините, сэр. Я просто обрадовалась, что жива и вроде все адекватно воспринимаю.
 — Насчет последнего я не уверен. Эйлин, я слишком любопытен, чтобы тебя убить. Я хочу разобраться в том, что происходит. И будет происходить. Или не будет. Единственное, что четко читается в твоей голове, это две вещи -"сын должен прожить долгую и счастливую жизнь" и "смерть рыжим грязнокровным сукам"! Последний лозунг мне нравится. Сына твоего я не знаю, но допускаю, что ты, как хорошая мать, костьми за него ляжешь, так?
 Я молча кивнула. Интересно, этого я не ожидала. Я жива, я беседую с вменяемым Лордом и он не может собрать цельную картинку из моей головы. Бедный, даже я ее не всегда собираю. А уж посторонний, к тому же мужчина, да еще из наивного 1965 года… Легилеменция не всесильна, бедный мужик, даже самоубиться захотелось. Я-то еще ничего, если бы он в голову моей знакомой стриптизерши Маши заполз… Не откачали бы Лорда.    Что-то я отвлеклась. Он же мне что-то говорит:
 — … И почему фикбук рулит? Чем рулит? А что за Слизеринский форум? Почему я о нем не знаю? А что делают козлы-модераторы на фанфикс.ми? Что такое Томиона? А Гарридрака? Я видел мою смерть, если тот змееподобный лич и есть я после возрождения у тебя в голове, но я видел сотни вариантов с пометкой: «Победа темной стороны», я видел много «меня» садиста, извращенца и даже каннибала, я видел себя жертву, а бедного Малфоя видел в таких позах, которые невозможны с точки зрения физиологии! И этот Малфой был не Абрахас, а его взрослый сын Люциус, упаси Мерлин, что он вытворяет в твоей голове! Если бы он делал все то, что ты напридумывала, ему некогда было бы заниматься не только политикой, но даже просто питаться! А его сын, младший белобрысый? Тройничок у зеркала, Эйлин, что это?  Что такое канон? Не- канон? ООС? Фандом?  Уизли — гады, эти те рыжие, которых ты мечтаешь убить? Кто такая мама Ро? Попаданцы? Почему ты относишься к попаданцам? Ты ненормальная, женщина, но мне нужны знания. И ты мне все объяснишь. Не бойся, я не убью тебя, то, чего я увидел в этом страшном месте, которым является твоя голова, хватит на трех Шахеризад. Ты будешь говорить мне дозволенные речи, а я позволю тебе растить сына и развлекаться с рекламой. Более того, я обеспечу победу «темной стороны» и ты мне поможешь. Естественно, ты должна дать мне клятву верности. Я, со своей стороны, даю тебе слово, что не трону тебя и твою семью. Всех. И твою тетушку Гризельду, и старого пройдоху Слагхорна, и племянника Люциуса, и твоего  сына. Даже глупых кошек,  русского домового  и сову не трону.  Я понимаю тебя, Эйлин — Вера. Ты — сирота, ты собрала себе семью сама и дорожишь ими. Сама выбрала, кого считать семьей. Зато теперь будешь защищать их до последнего вздоха. Я не собирался тебя убивать, но меня зацепило то, что ты была уверена, что через несколько минут тебя не станет, а просила на коленях за них. Думала, чтобы они не страдали и деньги не тратили. Это было отважно, Эйлин. Что бы ты не думала, но я уважаю отвагу. Только не глупость. А ты не была глупой, не молила меня сохранить тебе жизнь, ты оценила шансы и просила меня о том, что я мог себе позволить. Меня удивила твоя искренность, ты сказала, что убила бы такую, как ты,  на моем месте.  Мне было очень интересно, что ты знаешь такого? Любопытство — грех, так говорили в моем приюте. Теперь я знаю, почему…
 
 Он ощутимо вздрогнул и потряс моими записками с датами в руках.
 — Эйлин, в твоей голове бардак, но твои записи дают хоть какую-то информацию. Объясни, в каком году меня окончательно убили?
 — В 1998 году, 2 мая, у стен школы.
 Он кивнул и опять зарылся в мои писульки.
 — Ладно, допустим. Скажи, ты написала, что понимаешь, то есть одобряешь убийства, которые я совершал для ритуала с крестражами? Действительно? Это странно, ты же никого в жизни не убивала. Почему ты не бежишь с криками на светлую сторону?
 Я поняла, что разговор будет долгим и поэтому сказала следующее:
 — У меня рацуха… Ну то есть рационализаторское, эээ, то есть просто предложение — давайте возьмем бутылку виски, колу, и присядем поудобнее. Я мигом метнусь, возьму у шефа, предупрежу, чтобы не мешали, и все обговорим. Хотя бы самое важное. Идет?
 Он усмехнулся и выдвинул встречное предложение:
 — Давай лучше махнем ко мне. Шефы про тебя сегодня не вспомнят, я позаботился,  твоим сову пошлем от меня, что ты задержишься, а виски и содовая у меня найдутся, моя Шахеризада.
 Я согласилась, куда же я денусь с подводной лодки, но задала последний каверзный вопрос:
 — А сигареты есть?