Как бы замужем не пропасть (СИ)
— Не ешь мою маму! — Северус отчаянно стучал кулачками по доступной ему части взрослого мужчины.
Антон удивленно развернулся к муравью, который побеспокоил его и неожиданно малыш попал «куда надо». Долохов взвыл и согнулся, я рывком подхватила ребенка на руки, потому что любой мужик в порыве защиты самого дорогого своего органа может и пришибить ненароком.
Глаза у Долохова были очень большие и грустные. Романтический момент был потерян. Мне было немножко жалко его, но сдержать смех не получилось. Малфой ржал, я смеялась до колик, Северус хихикал за компанию. Антон аккуратно разместил себя в углу дивана и буркнул:
— Сволочи…
Я спустила сына на пол и сказала:
— Разрешите представить, мой сын Северус.
Сынок вставил свои «пять копеек»:
— И кот Васька.
Васька торжественно прошествовал к дивану, сел прямо напротив Долохова и принялся издевательски вылизывать свое «самое дорогое». Малфой уже просто постанывал от смеха. Я тоже почти икала. Сын подошел поближе к сидящему мужчине и поинтересовался:
— И все-таки, зачем ты ел маму?
Долохов молчаливо разглядывал ребенка. Я решила придти к нему на помощь:
— Сынок, он не ел меня, скорее … м-м-м, здоровался.
Ребенка было не провести:
— Что-то папа так с тобой не здоровается.
Упоминание о моем муже заставило Долохова нахмуриться. Он сложил руки на груди и уставился на моего сына. Ребенок зеркально повторил его позу. Я посмотрела на них, сглотнула и перевела мутный взгляд на Малфоя. Тот ошарашено произнес:
— Тони, да он твой сын, ну просто зеркальная копия. Даже зелье родства не нужно.
У меня с Тобиасом нет совершенно ничего общего.
Глава 11
Антонин неловко погладил ребенка по голове, встал, слегка скривился и решительно взял меня за руку:
— Нам надо поговорить.
Я уверенно освободила свою конечность.
— Нет, Антон, не сейчас. Слишком много всего произошло, у меня в голове все смешалось, я пока не готова.
Вдруг здоровенный мужчина тяжело бухнулся на колени. Он прижался к моим ногам и вымученно заговорил:
— Прости, прости меня, Бес попутал. Я только тебя люблю, я пять лет ни с кем не встречался, света белого не видел. Искал тебя, всюду искал. Видел на вашем гобелене, что жива, а найти не мог. Веришь — каждый день к гобелену бегал, боялся траурную рамочку увидеть. Каждый день… Обидел я тебя, сильно обидел. Теперь вижу, что даже сильнее обидел, чем думал.
Он поднял на меня глаза. В глазах плескалось раскаянье. Он мучительно выдавил:
— Прости меня, ради Бога.
Я автоматически ответила:
— Бог простит.
Он дернулся и опустил лицо. Я потянула его вверх:
— Да простила я тебя, встань, пожалуйста. Но сейчас уходите. Прошу. Уходите. Я пошлю сову. Обещаю.
Антонин поднялся, зачем-то поклонился мне в пояс, взял Малфоя под руку и решительно выволок того из дома. Я бессильно опустилась на пол. Книззл подбежал и начал тереться об меня, малыш устроился рядом. Я немножко посидела, закрыв глаза, потом встала и пошла за карандашом и бумагой. Мне нужно проанализировать новую информацию.
Конечно, сразу сесть с бумагами у меня не получилось. Отвлеклась на приготовление пищи, кормежку, бытовые хлопоты. К приходу Тобиаса я оказалась совершенно не готова. Он был трезв, но вид имел помятый и под глазом у него расплылся фиолетовый синяк. Ухо тоже пострадало, досталось и одежде. Тоби получил от меня горячей воды, чистое белье и горячий ужин. Также я обработала его ссадины, не слушая его шипенья. На звуки и запахи еды из комнаты сына вывалился Васька. Ребенок крепко спал, но книззл, видимо, проголодался. К моему изумлению, Тобиас подошел к Ваське и принялся его весело тормошить, приговаривая:
— Нашелся, нашелся Бандит. Как хозяйка тебя искала, переживала, как плакала. По людям так не плачут, как она по тебе сокрушалась.
Васька счастливо мурчал и подставлял пузо. Вот это да. Книззлы чувствуют плохих и корыстных людей, а Тобиасу он пузо подставил, это высший знак доверия. Обалдеть. Как говорила Алиса: "Все страньше и страньше…"
Я ничего уже не понимаю. Думала узнаю что-то о себе и станет проще. Нет, стало еще запутаннее. Потом думала, встречусь с «женихом» — станет понятнее. Нет, еще запутаннее. А теперь еще муж добавил туману. Да когда же это кончится? Тем временем Тоби удивил меня вопросом:
— Так ты про это говорила, что твой Васька не совсем кот? Уши и хвост? Вижу, да это просто порода такая, здоровый зверь конечно, но славный. Хорошо, что ты его нашла. Жалко было животину. Я боялся, что те собаки разорвали его, но нет, жив и мурчит, да, Бандитище?
Тоби мне радостно улыбнулся и наконец-то удивленно спросил:
— Ты как-то по-другому выглядишь? Брови выщипала что ли? Тебе идет…
Фэйспалм. То ли смеяться, то ли сковородкой огреть. Мой муженек встал, потянулся и пошел вверх по лестнице. До меня донеслось:
— Я завтра в первую смену работаю, вставать рано. Васька пусть спит со мной.
Я бессмысленно пялилась в потолок. Очень хотелось напиться. Останавливало меня только то, что Северус мог увидеть пьяную мамашу. Как говорится: мать-пьяница — горе в семье. Я плюнула на грязную посуду и пошла спать.