В трех соснах… (СИ)

Один прикреплен к кинопередвижке (Надо бы разобраться и сделать так, чтоб от двигателя кино работало. Ну расточительство же генератор гонять на это. Ведь можно подключиться. Можно. Знать бы только еще как)
Второй (тот, что на заправке у караула был) мы изъяли и эксперименты на нем ставим, пытаясь пиролизный котел присобачить, чтоб вместо бензина дрова кушал.
Третий, тот что команде Василисы был выдан — так у нее и остался пока. В её домике, в одном из немногих, всё-таки есть свет. Но, боюсь, если так дальше будет ситуация развиваться — и у нее придется изымать. Мы первоочередные потребности закрыть не можем. А тут в квартире. Вон в мастерскую генератор жизненно просто необходим. И единственное, почему я ещё этот не отобрал — его маломощность. Не потянет он мастерскую. Там что-то мощное нужно.
Ну и четвертый мини-генератор стоял в доме самого ценного моего специалиста — Кирзы. Тоже роскошь просто небывалая. И один из самых весомых доводов для девочки оставаться тут с нами. Она же видит отношение к себе. Потому-то Гвоздь может хоть испсиховаться, а Кирза уже выбрала свою сторону. И в Откормочный уже вряд ли вернется. Пусть даже там её родной дом. Всё равно.
Вот и все наши невеликие электро-мощности. Как не растягивай их на всех — все равно не хватает. А ведь они все исправно пожирают топливо. И, если, по продуктам Пышка уже озвучила цифры — «пару месяцев, если не экономить», то и с топливом, как я подозреваю, ситуация схожая. Так что экономить уже нужно начинать.
На сегодняшний вечер я совещаний не планировал (мне торговли с Кошаком хватило), но как только вечер наступил и детишки начали кучковаться в клубе, Сова всё-таки организовала ещё одно заседание. Блин, да я уже забыл когда я нормально отдыхал по вечерам! Всё время какие-то мероприятия. Вот и сейчас моего внимания добиваются Мамлюба со своим педсоветом. По словам Совы они давно пытаются со мной встретиться, но всё никак не получается. Вот и сейчас настроены крайне решительно. Чуть ли не штурмом мою комнату готовы брать. Никуда не денешься. Придется совещаться.
Опять целая делегация набилась в мою комнату. И одно бабье опять. Кроме собственно самой Мамлюбы тут были Крачка и Пискля, как представители школы, и мама Таня с Аней и Кирой, как представители детсада.
— Ну и о чём вы так хотели со мной поговорить? — как-то даже обреченно спрашиваю я у них, садясь в свое любимое кресло.
— Так это… Насчет занятий, — поерзала Мамлюба.
— А что не так с занятиями?
— Так мало их! Никто не хочет ничему учиться. И Немец тоже… Вроде поставили его учителем физкультуры, а теперь он все время с этими пленными проводит. Их гоняет.
— Это — важно. Кроме Немца никто с ними не справится.
— А остальные? С остальными разве не нужно заниматься? И вообще… Вон Василиса швейному делу учит. Почему бы это тоже как обучение не засчитать? Или Кирза, вон, Мишку с Юлькой обучает уходу за животными, а Майя Ульку пчеловодству… А почему только их? А вдруг кто-то из детей скрытый гений в чём-то таком окажется? Я же не говорю, что их все время нужно школьным предметам обучать. Можно же и прикладным…
— Гм… Какая-никакая логика в твоих словах есть. Вот только кого и чему учить?
— Так всему нужно! И военному делу, и швейному, и огороду, и уходу за животными, и просто физподготовке, и плотницкому делу, и слесарному или еще каким там у вас. К Пышке на обучение как наряды по кухне. Может кто ещё выучится. И ей полегче будет. Всему учиться надо!
— И как это всё объединить? Чтоб и обучение не буксовало, и чтоб инструкторов от реальных дел особо не отвлекать?
— Так вот это — и есть самое сложное. Нужен график. Расписание. Чтоб было понятно чему и когда учить. И чтоб все задействованы были, и чтоб у инструкторов время оставалось на собственно свою работу.
— Ну давайте попробуем составить такой график… — тяжело вздохнул я, заранее представляя все сложности его сочинения.
 
И я не ошибся! Ближайшие три часа мы все составляли этот чертов график. Порой споря до хрипоты, ругаясь и пререкаясь. Ладно мне удалось настоять, что обучение идет только до обеда. Пока мозги у ребят ещё свежие. После обеда — у всех работы. Посильные, конечно. Кто-то подметает, кто-то копает, кто-то стирает или полы моет. Кто что может.
В учителя же попали все старшие ребята. Хотя бы пару часов в неделю должны были посвятить обучению все наши специалисты. Например Эльба — отвечает за общефизическую подготовку. Немец конкретно — за рукопашку. Щепа за столярку, Винтик за слесарку. Майя за пчеловодство (как будто ей мало забот с новой пасекой Кошака. Но пару часов в неделю уж как нибудь выкроит). Кирза уходу за животными. И не только. (Ищет кого можно выучить на снайпера. Пока она сама лучший кандидат. Но ее то я в строй не пускаю) Даже меня припахали. Математику преподавать (хотя я так и хотел ее на Башку спихнуть, но тут уже Мамлюба воспротестовала. Мол у Башки не получится интересно рассказать. В итоге ничему не научит.)
В общем, неважно. Главное: к ночи совместными усилиями график был с горем пополам составлен и начисто переписан. Как не странно Сова всецело поддерживала его составление, хотя, казалось бы, обучение будет отнимать время у тех кто что-то реально делает и у них останется меньше времени. Но Сова горой стояла ЗА. Говорит так: «наличие такого расписание дисциплинирует как учителей, так и учеников». И времени, по ее словам, даже больше получится! Ну не знаю. Будем посмотреть.
Спать я ложился уже опять заполночь. Вымотанный этим очередным бесконечным днем донельзя. Радует, что хоть завтра воскресенье. Выходной. Генеральные уборки и банно-садовый день. Ну и праздник. Общего для всех Праздника навроде Пасхи не было, зато отмечали сразу три дня рождения прошедших за эту беспокойную неделю. Всё равно поменьше геморроя будет чем в обычный день. Ну, по крайней мере, будем на это надеяться.
Стасик
Стасик проснулся рано утром. Все ещё спали. Только одна Сова уже встала у убежала в центральный дом к своему Шише. Она в последнее время за ним как наседка над цыплятами ходит. Ребята подтрунивали — Влюбилась. Правда сама Сова на эти подколки не реагировала. Потому и подшучивали так… Вполсилы.
А вот Стасик ничего не говорил Соне. Потому, что сам влюбился. Казалось бы, ну какие чувства в восемь лет? Ан нет. Стоило ему только поглядеть на Улю, как внутри что-то начинало так сладостно тянуть, а бойкий паренек замирал каменным истуканчиком, не с силах пошевелиться.
Впрочем, сейчас у него был план. Стасик сосредоточенно сопя оделся и зябко поеживаясь вышел на улицу. Поглядел на только-только начинающий просыпаться поселок, он деловито прошелся по улице и углубился в лес. Где-то там за старым котлованом была полянка где подснежники росли… Ну или если там нет, до высоковольтки дойти возле Малиновки. Там точно будут. Стасик представлял как он нарвет целую охапку подснежников и подарит её Уле… Железный повод. День рождения же. И тогда она точно заметит его вреди всех остальных…
Погруженный в свои мечты Стасик не сразу заметил, как на дорогу перед ним вышла собачья стая с большим черным вожаком во главе. Он опомнился только тогда когда с коротким лаем в взрыкиванием они окружили мальчишку.
Стасик никогда не боялся собак. Наоборот, он тянулся к ним. Фраза «Собака — друг человека» для мальчишки не была пустым звуком. Но тут… Что-то было в этой пятерке псов неправильное. Не могут, не должны собаки так смотреть на человека! Так… Плотоядно. Увидев этих животных у Стасика неприятно похолодело внизу живота. Он сам не заметил, как сделал маленький шажок назад, отступая.
А собачья стая вела себя… Гм… По гопнически, что ли? Никакого внутреннего достоинства, никакой степенности. Только звериная жестокость и возбужденная агрессия. Обступив мальчишку полукругом и заставив его прижаться спиной к сосне они наскакивали с противным тявканьем, норовя вцепиться в ноги, а то и в шею если повезет.