Ты уверен, что хочешь это знать?

Небольшой рукоход я преодолела практически играючи, так как карабкаясь по виноградным лозам от окна и обратно, получала регулярные дополнительные тренировки. К счастью, ни кольца, ни брусья не были смазаны никакой гадостью, и к бревну я прибежала уставшая, но вполне готовая к дальнейшим подвигам.
Бревно было достаточно широким, но то, что оно было закреплено на цепях. А не стояло на опорах, делало пробежку по нему достаточно сложной, но не невыполнимой. Поймав ритм, я проскочила бревно и птицей взлетела по достаточно невысокой стене, цепляясь за вполне достаточные выступы и упоры.
Оказавшись наверху, я села, выравнивая дыхание и помахала довольно улыбающемуся Райгору. Отдышавшись, я по специальным скобам спустилась на землю и вопросительно посмотрела на вояку.
– Сколько?
– Девять минут и пятьдесят пять секунд, – с глубочайшим удовлетворением ответил Райгор, – что ж, леди, удалось вам меня удивить и порадовать, чего уж тут…
– Вы замолвите за меня словечко? – всё ещё слегка прерывающимся голосом проговорила я, – я могла бы улучшить результат.
– Райгор, тебе нет необходимости просить, я сам видел, – неожиданно раздался за спиной голос лорда Маркуса, – леди Тильда, примите моё искреннее восхищение, не ожидал. Я дозволяю вам оговорить с Райгером расписание тренировок, коль уж у вас есть такое желание, и если он берёт вас.
– Беру, ваша светлость, – тут же откликнулся старый вояка, – леди ещё вас за пояс заткнёт со временем, вот увидите.
– Тильда, у вас есть ещё какие-нибудь столь же оригинальные пожелания? – с любопытством спросил у меня жених.
– А можно? – я недоверчиво взглянула на лора дознавателя, – тогда я хотела бы продолжить заниматься метанием ножей, стрельбой из арбалета, хорошо бы освоить ещё какое-нибудь оружие. А также, если можно, конечно, то рукопашный бой. Ну и магия – это уж из области невозможного, но очень желательного: я бы хотела развивать свой дар целителя.
Ошарашенные лица жениха, Малькольма и Райгора стали мне лучшей наградой за прохождение полосы.
– У меня складывается впечатление, что я привёз в дом не невесту, а очередного кадета Академии, Малькольм, тебе так не кажется? – всё ещё находясь под впечатлением от моей просьбы, проговорил лорд Маркус, – во всяком случае, такие необычные запросы подошли бы именно ему, а не хрупкой барышне…
– Что-то подсказывает мне, что спокойная жизнь в нашем замке закончилась, – философски изрёк Малькольм и неожиданно подмигнул мне, – к чему лично я пока ещё не понял, как относиться.
– Относитесь спокойно, – посоветовала я, прикидывая, чем из заявленного мне дозволят заниматься, – ведь ещё не факт, что я подойду лорду Маркусу и по остальным параметрам и, следовательно, останусь здесь надолго.
– В скором времени мы это выясним, – «успокоил» меня жених и проинформировал, видя моё удивление, – через три дня состоится приём и бал в честь окончания учебного года в Академии, и вы, дорогая невеста, составите мне компанию. Заодно посмотрим, как вы справитесь с этим. И, если так же лихо, как с полосой препятствий, то, полагаю, нас с вами ждём не столь уж печальное будущее.
Я промолчала, понимая, что в данном случае я – сторона подчиняющаяся и, случись что, идти-то мне особо и некуда: дядюшка вряд ли захочет принять меня обратно, да и взятый заказ надо выполнять. И где была моя голова, когда я не только соглашалась, но и скрепляла договор магической клятвой на крови!
Поэтому я доброжелательно улыбнулась мужчинам и, попросив дозволения удалиться, отправилась в душ, чтобы привести себя в порядок. Надо отдать должное лорду дознавателю: полигон был оборудован всем необходимым, в том числе и душевой комнатой. Смыв с себя грязь и пот, я влезла в свои привычные вещи, заплела влажные волосы в косу и свернула её в ракушку на затылке: пусть не очень красиво, зато удобно.
На выходе с полигона меня ждал лакей, осанкой и повадками больше напоминавший охранника, но, откуда мне знать, может, у лорда старшего дознавателя вся прислуга в замке « с военным уклоном». Так сказать, в соответствии с занимаемой должностью…
 
Лакей молча проводил меня до выделенных мне комнат, немного неуклюже раскланялся, убедив меня в том, что ему больше привычна военная форма, нежели лакейская ливрея. Но, если спокойно подумать: мой жених фигура более чем значительная, одна из ключевых в государственной машине. Впуская в дом непонятную девицу, пусть даже с достойной родословной и всеми положенными особенностями воспитания, он в определённой степени рискует. А уж после того, как я так нестандартно начала свою жизнь в замке, – так и вообще. Прежде чем начать мне доверять, нужно сто и один раз всё проверить и перепроверить. Досье – это хорошо, но живой человек часто не вписывается в рамки, очерченные сухим канцелярским языком. И я – яркий тому пример. Поэтому не нужно делать недовольное лицо и оскорбляться, лучше попытаться понять и принять.
Глава 4
До вечера мы с Лизеттой обживались в новых комнатах, изучали новые возможности и знакомились с местным населением в лице садовника дядюшки Жиля.
Наше незапланированное знакомство состоялось, когда я, устав от возни с вещами и почувствовав, что мне совершенно необходим глоток свежего воздуха, через террасу вышла в замковый сад. Лизетта, здраво рассудив, что более безопасное место, чем сад вокруг замка лорда старшего дознавателя, сложно найти, спокойно отпустила меня одну и осталась разбираться со шляпками и туфлями.
Задумавшись, я медленно брела по ухоженным дорожкам, почти не обращая внимания на окружающее: мне, вот честное слово, было, о чём подумать. Поэтому раздавшийся над ухом вопль заставил меня чуть ли не подпрыгнуть на месте.
– Да провались ты на этом самом месте, пакость этакая! А ещё нежным цветочком прикинулась, но меня-то не обманешь!
Я остановилась как вкопанная и судорожно завертела головой: кто это на меня кричит, да ещё и знает больше, чем должен? Не может же быть, чтобы на другом конце континента нашёлся кто-то, знающий меня и, главное, обо мне.
Вокруг никого не обнаружилось, но из-за кустов доносилось какое-то сдавленное рычание и странные звуки. Стараясь ступать совершенно бесшумно, я подкралась к густым, высоким, но аккуратно подстриженным зарослям какого-то кустарника, усыпанного мелкими ароматными цветочками. Выглянув из-за этого симпатичного укрытия, я увидела невысокого крепкого мужчину в простой зелёной одежде и длинном клеёнчатом фартуке. Потрясая здоровенными ножницами, он ругался с пышным кустом чайных роз, который разросся во все стороны и прекрасно себя при этом чувствовал. Точнее, фырчал и рычал мужчина, а куст вполне предсказуемо помалкивал и только всё время норовил подсунуть мужчине под нос веточку посимпатичнее и попышнее. Садовник, а это не мог быть никто иной, уворачивался и пытался подстричь торчащие во все стороны побеги. Куст сопротивлялся и стричься категорически не желал.
– Да ты на себя посмотри, на что ты похожа, а? Ни стыда, ни совести, – не мог успокоиться садовник, а куст скромно приглаживал веточки и делал вид, что он – самое аккуратное растение во всём саду, – ты ведь роза, символ… – тут он задумался, потом махнул рукой и продолжил, – роза, королева цветов, а ведёшь себя как какой-нибудь боярышник!
Розовый куст смущённо затрепетал ветками, вытащил откуда-то из глубины прутик с огромным полураспустившимся бутоном и протянул садовнику. Тот пробурчал что-то невразумительное и решительно щёлкнул ножницами, но куст вовремя отдёрнул ветку, и атака садовника оказалась напрасной. В ответ роза как-то умудрилась так ощетиниться длинными и даже на вид очень острыми шипами, что мужчина вынужден был отступить.
– Здравствуйте… Вам помочь? – я вышла из-за куста и подошла к расстроенному труженику клумб и газонов, – если я могу, конечно, что-нибудь сделать?
– Доброго дня, леди, – поклонился садовник, а куст с любопытством уставился на меня всеми своими цветочками, – да вот роза, видите… С характером она…стричь нужно, а она не даётся! Два часа уже мучаюсь, толку никакого…