И остался только пепел (СИ)

— Сотрудничать? Как?
— О, это самое интересное! Мы до этого скоро доберемся, потерпи немного. Я задумался: чем можно зацепить молодую одинокую особу, которая к тому же любит сказки? Конечно же, любовью! Вам, бабам, подавай княжича на белом коне. Работает безотказно. Всегда. И вот тут я вспомнил о горе-жреце. Григ как раз закончил обучение и готовился принять пост. Пришлось поспособствовать смерти этого старика… забыл его имя…
— Эхреса? Ты убил нашего жреца? — она впала в какой-то ступор. Подумать только: все эти события так или иначе связаны с ней. И вина за его смерть тоже на ней. Частично. Но все же.
— Есть такой грешок, — ухмыльнулся Йерскай. — Не волнуйся: он не мучился, уснул и уже не проснулся. Главное угадать правильную дозировку… хм… нужного лекарства. Он ведь мог прожить еще и десять зим, а Григ в Логе мне нужен был прямо тогда. Подергав за ниточки, я устроил так, чтобы местом службы жреца стал Тихий Лог. Это был отличный план. Вначале ему нужно было лишь войти к тебе в доверие, подружиться, стать близким человеком. А лучше всего — влюбить тебя в себя. И разумеется, ваше общение должно было быть тайным!
Эти слова били в середину груди, расходясь струйками боли по всему телу. Если для Веренира она стала особым экспериментом, то для Грига, выходит была… Чем? Работой? Выплатой долга? А Йерскай все продолжал:
— Вместо того, что он натворил в итоге, постепенно он должен был внушить тебе мысль поселиться в столице. Конечно — рядом с ним.
Исха знала, что, хотя жрецам запрещено быть в отношениях с женщинами, в таких больших городах, как Вольмира, на это смотрели сквозь пальцы. Многие жрецы тайно видятся с женщинами или даже содержат постоянных любовниц.
— И что потом? — обреченно спросила ведьма, поникнув. Отчего-то она верила каждому его слову.
— А потом ему следовало убедить тебя попробовать свои силы при дворе, ведь всем известно, что десница ищет себе подобных, да только ничего не выходит. Видел я, на что идут влюбленные женщины ради предмета своего обожания. А в том, что Григ тебе понравится, я даже не сомневался. С женихами-то у тебя совсем негусто. У твоих ровесниц вон детям уже по десять зим.
— То есть, по-твоему, я бросилась бы на любого мужчину, обратившего на меня внимание? — Исха зло сощурила глаза, разговор нравился ей все меньше.
Йерскай коротко хохотнул.
— Не на любого, конечно, но с Григом вы похожи. Оба — мечтатели. Он идеально подходил на ту роль, которую я ему приготовил. Когда бы ты попала в ближайшее окружение князя, я собирался действовать по обстоятельствам. Через жреца выведывать у тебя нужную информацию. Или же поступить вот как сейчас. Выяснить все, что получится самостоятельно. Этот вариант, конечно же, хуже, потому что он одноразовый. Признаюсь, события складываются не совсем удачно, я предпочел бы повременить и подождать, пока ты освоишься на новом месте и узнаешь больше интересного. Но десница, похоже, стал для меня слишком опасен. По крайней мере так думает Эйла, иначе не притащила бы тебя сюда, — он снова взял в руки книгу и еще раз внимательно прочитал первые строки на заложенном развороте. — Кровь убиенного взывает к своей убийце… Не знал, что такое возможно. Десница способен провести этот ритуал?
Исха прикрыла глаза и вздохнула. Йерскай сделал шаг к ней.
— Ну же, девочка. Не заставляй мне делать тебе больно после каждого вопроса. Мне не трудно, но это не в твоих интересах.
— Я не знаю, а даже если бы и знала, не сказала бы, — почти прошептала она, не открывая глаз.
— Ой ли? Ты даже не представляешь, как много человек вдруг «узнает» в умелых руках, — он придвинулся к ней ближе, нежно погладил по пальцам, а потом стал медленно выгибать два из них назад. В полной тишине хрустнули суставы. Резкая боль пронзила руку, в глазах потемнело. Мучитель легонько побил свою жертву по щекам, приводя в чувства. Исху мутило. Она решила не упрямиться в не столь важных вопросах. А этот был уже действительно неважен, потому что на этот раз Веренир ее не спасет. Тогда в лесу, когда она буквально наткнулась на него, он чувствовал направление, в котором ее увели, и просто шел за ней. В многолюдном городе с тысячами домов этот трюк не пройдет. Он никогда ее не найдет. А поэтому нет смысла увеличивать свои страдания по пустякам.
 
— Он даже не видел этого ритуала. Я нашла его, пока он спал, и не успела ему показать, — наконец ответила Исха. — Поэтому я действительно не знаю, способен ли Веренир провести его.
Мужчина совсем по-мальчишески рассмеялся и в восторге хлопнул в ладони.
— Вот и славно! Тогда у меня к тебе еще много вопросов. В предыдущие наши встречи было как-то несподручно спрашивать: как ему удалось вернуть тебя к жизни? — мужчина демонстративно скрестил руки на груди и выжидающе уставился на пленницу.
— Зачем тебе это знать?
Йерскай зацокал языком.
— Э, нет, теперь я задаю вопросы, — он положил ладонь ей на плечо и сдавил. Исха понимала: молча терпеть побои сейчас смысла нет, но чем меньше он знает правды, тем лучше.
— Я не была мертва.
— Брось. Я был там в ту ночь. Ты была мертвее всех мертвых.
Исха растерянно на него посмотрела. В ночь ее воскрешения Веренир уже нашел Грига умирающим. Если чуть ранее его посетил Йерскай, становится понятно, что почти смертельная рана у сердца — это не месть логовцев, как сказал ей жрец.
— Никто не может воскрешать мертвых. Такое не под силу даже Ясногорящему! — воскликнула она. — Я не была мертва, но почти. Настолько, что никто не понял, что я жива, кроме десницы. Он дал мне какой-то эликсир, который привел меня в чувство.
Йерскай высоко поднял брови. Он знал, что такое существует — лекарство, исцеляющее почти любые раны. Даже знал людей, которые знали других людей, которые в случае надобности могли достать такой флакончик. Но цена… За него можно было купить несколько деревень. И все же десница мог себе это позволить. Но тратить такую драгоценность на незнакомую женщину?
— Зачем он это сделал?
— Ты сам сказал: наш дар стал слишком редок, чтобы разбрасываться людьми, им обладающими.
— Как он узнал, что у тебя была сила? — сыпался вопрос за вопросом.
Сказанные в прошедшем времени слова больно резанули слух. Вот именно: была. А сейчас она никто. Исха сжала челюсти и молчала. Мужчина не спеша поднялся, подошел к ее стулу и низко склонился так, что его лицо оказалось на одном уровне с ней, внимательно посмотрел в глаза, а потом резко выпрямился. Она даже не заметила движения его руки. В следующий миг левая щека загорелась резкой болью, сразу за ней — правая.
— Как? — повторил Йерскай.
— Не знаю! — выплюнула Исха. — Почувствовал как-то!
Магия — это не точная наука, ее законы изучены плохо. Могло быть и такое, что Исха действительно не знала. Мужчина будто бы удовлетворился ответом и надолго замолчал.
— Можно задать вопрос? — первая не выдержала Исха, немного оправившись от боли, хотя пальцы все еще пульсировали. Наверное, он их сломал.
— Задать — можно, но ответить не обещаю, — он снова сел напротив нее и почесал короткую бороду, продолжая что-то обдумывать.
— В первый раз я увидела тебя в лесу среди разбойников. Но ты выделялся. Ты же там оказался неслучайно?
— Конечно, нет. Я был там, чтобы удостовериться, что мое пожелание касательно Грига будет исполнено. Не мог убить его в замке, это вызвало бы лишние вопросы. А вот жрец, убитый разбойниками в лесу на пути к месту новой службы — совсем другое дело. Но вот ты все чуть не испортила! Какого демона ты поперлась за ним? Увидеть тебя там стало полной неожиданностью.
 
— Но… Если ты был с разбойниками заодно, почему было просто не сказать, чтобы меня отпустили?
— О, это не так просто, как кажется. Во-первых, я был там тайно, а такое пожелание меня могло выдать. Во-вторых, не так-то просто вырвать у разбойников их законную добычу. Пришлось выкручиваться. Но уж чего я точно не ожидал, так это княжеской облавы. Не успел скрыться от дружинников. И да, я уже прощался с жизнью, когда ты оказала мне неоценимую услугу. Кстати, я еще не сказал тебе за это спасибо.