До полуночи (ЛП)

— Гаспар, проводишь Его Высочество из лавки? — он поклонился Джеральду. — Простите меня, но я очень занятой человек. Я должен вернуться к своей работе.
— Конечно, — Джеральд сдержал улыбку, но она была натянутой. Если бы Тео был здесь, он мог бы впасть в один из своих взрывных приступов ярости. — Если вы передумаете, господин де Галле, вы знаете, где меня найти.
Когда они вышли на улицу, Гаспар оттащил Аликс в сторону и прошипел:
— Ты что делаешь? Приводишь принца и просишь отцовские ценные ножницы?
Это был первый раз, когда он рассердился на нее, и это было в присутствии Фабио и Джеральда.
— Я объясню тебе позже, — сказала она, стряхивая его руку. — Не присесть ли нам, Ваше Высочество?
Джеральд кивнул.
— Если вы будете так любезны и подскажете мне, где это сделать. Боюсь, я не знаком с этой частью города.
Вскоре они уже сидели в той самой таверне, где Аликс пыталась сблизить Фабио и Гаспара. На этот раз было около полудня, и заведение было битком набито голодными посетителями. Некоторые из них уставились на Джеральда — они не таращились открыто, безмолвно восхищаясь его красотой, но, как ни странно, в их глазах была враждебность. Другие подталкивали друг друга локтями и перешептывались, а некоторые выглядели настороженными и испуганными.
Похоже, план Ле Гриса сработал быстрее, чем она ожидала.
К счастью, Фабио нашел маленький столик в углу. Джеральд пошел за выпивкой, но Аликс оттащила его назад.
— Вам не нужно привлекать ненужное внимание.
Джеральд взглянул на любопытные, недружелюбные взгляды.
— Возможно, ты и права, — он достал из кошелька несколько дукатов и сунул их в руку Фабио. — Но позвольте мне хотя бы заплатить за нас.
Фабио и Гаспар направились к бару. Аликс быстро шепнула Джеральду о своих подозрениях относительно Ле Гриса.
— Ле Грис приказал своим людям распространять слухи о Тео — он использовал ранение Роланда, чтобы обвинить Тео в занятиях черной магией. Он создал петицию, требующую отставки с трона.
В глазах Джеральда горела безмолвная ярость.
— Я знал, что Ле Грис уже давно строит планы, но это произошло раньше, чем я ожидал. А мой брат знает?
— Я вернулась, чтобы предупредить его, но он не принял это всерьез. Его больше заботило, как снять проклятие.
— Похоже на его реакцию, — Джеральд потер виски. — Всегда больше беспокоился о других, чем о себе.
Фабио и Гаспар вернулись с четырьмя дымящимися кружками.
— Итак, — Гаспар протянул Джеральду кружку, — могу я спросить, почему вас так интересуют ножницы моей семьи?
Джеральд посмотрел на Аликс, и в его взгляде читался вопрос: Могу ли я доверять ему?
— Его Высочество в большой беде, — серьезно сказал Фабио.
— Какого рода неприятности? — Гаспар положил локти на стол. — Принц Тео тоже включен в список? Или это все вы? Но… — он покачал головой. — Какое отношение к этому имеют ножницы моей семьи? Они могут принести удачу, но они не волшебные. Они просто неестественно острые.
— А есть что-нибудь такое, что ножницы не могут разрезать?
— Нет, но папа редко использует их, чтобы разрезать что-нибудь, кроме ткани.
Джеральд сделал большой глоток из своей кружки.
— Очень хорошо. Я не вижу никакого вреда в том, чтобы сказать тебе — при условии, что ты дашь слово, что не будешь провозглашать это на улицах.
— Его все равно примут за сумасшедшего, — услужливо добавила Аликс.
— Теперь вы все сбиваете меня с толку, — пожаловался Гаспар. — Что это за тайна, о которой вы так много говорите?
Джеральд коротко рассказал ему о троллях. Гаспар был внимательным слушателем, его глаза выпучились, как у жабы, он разлил пиво на столе и остался сидеть, как статуя, когда Джеральд закончил. Фабио пришлось ткнуть его локтем, чтобы заставить заговорить.
— Вы все сошли с ума, — сказал он хриплым шепотом.
— Хотел бы я, чтобы это было так, — тихо сказал Джеральд. — Слишком часто мне хочется проснуться и обнаружить, что проклятие — всего лишь ночной кошмар. Но потом я вижу шрамы на своем теле — шрамы, которые были там с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, и я вспоминал каждую битву, которая дала мне эти шрамы.
 
Он закатал рукав и показал им неровный белый шрам длиной около четырех дюймов на предплечье.
— У меня есть и другие, но я бы предпочел не показывать их на публике. Все мои братья пострадали от ран, но ни одна из них не была так ужасна, как та, которую получил Роланд.
Что-то блеснуло в его глазах. Он снял очки и быстро промокнул глаза. Аликс никогда не видела, чтобы Джеральд проявлял какую-то уязвимость. Он всегда был столпом спокойствия, предлагая комфорт и уравновешенные рассуждения в противоположность темпераменту Тео. Но она была бы дурой, если бы верила, что проклятие никак не повлияет на второго по старшинству принца.
Гаспар откашлялся. Он казался подавленным после того, как увидел шрам Джеральда.
— Вы сказали, что ножницы моего отца могут повредить это дерево и разрушить проклятие?
— Это догадка, но попробовать стоит, — сказал Джеральд. — Магиня пытается найти контр заклинание, и она не может сказать, сколько времени это займет.
— Хорошо, — Гаспар со стуком поставил кружку на стол. — А что я могу сделать?
Глава 39
— Больше никаких посетителей, — прорычал Тео. Одиннадцать братьев и эмоциональная мать, то и дело появлявшаяся в палате, действовали ему на нервы. — Беатрис, запри дверь и повесь снаружи табличку. Любой, кто попытается войти, будет оштрафован на десять дукатов в пользу казны. Включая моих братьев. Роланд, — его голос смягчился, когда он увидел худенького двенадцатилетнего брата, примостившегося в ногах его кровати. — А ты отправляйся с близнецами. Ты не можешь пренебрегать своей подготовкой.
— Где Джеральд? — спросил Итан. — Мы не видели его весь день.
— Он уехал по делам.
— Он что, хочет с помощью заклинания кого-то соблазнить на время?
— Не говори глупостей. Идите. Я хочу вздремнуть, и горе тебе, если ты лишишь меня сна.
— Ворчливый, как старый медведь. Признак того, что он хорошо поправляется, — весело сказал Энцо. Он взъерошил волосы Тео за секунду до того, как тот сошел с ума и спрыгнул с кровати. — Пусть твоя красота отдохнет, дорогой брат.
Когда братья ушли, Тео со вздохом откинулся на подушки. Джеральд и Аликс отсутствовали уже несколько часов. Конечно, они не могли быть в опасности — это был торговец тканями, которого они навещали, а не опытный рыцарь или хитрый повелитель, но они отсутствовали намного дольше, чем он ожидал.
Он уже засыпал, когда раздался голос:
— Он, наверное, спит.
Тео раздраженно отбросил одеяла и приготовился наказать непрошеного гостя и Беатрис одновременно. Однако слова застряли у него в горле. Аликс стояла возле его кровати, великолепная (великолепная? С каких это пор маленькая сапожница стала казаться ему великолепной?) улыбка расплылась по ее сердцевидному лицу.
Джеральд сидел рядом с ней, а молодой человек (щеголеватый друг Аликс из Императорской гардеробной) стоял чуть поодаль, выглядя взволнованным, но довольным.
— Вы достали ножницы?
Аликс открыла сумочку. В несколько слоев оленьей шкуры были завернуты блестящие черные ножницы с блестящими лезвиями. Серебряные руны были вырезаны изящными узорами вокруг ручек.
— Как вам удалось убедить владельца отдать их? — Тео вдруг вспомнил шутку Итана о том, что Джеральд соблазнил кого-то на время, и тревога закралась в его сознание.
Конечно, Джеральд не пойдет на такое, чтобы достать ножницы.
 
— Мы не смогли, — сказал Джеральд. — Но с помощью Аликс нам это удалось.
Тео посмотрел на Аликс, которая сильно покраснела от комплимента Джеральда. Никогда еще она не выглядела такой прелестной.
— Я не смогла бы этого сделать, если бы Гаспар не сказал мне, где ключи.
— Кто такой Гаспар?
Джеральд устроился в ногах кровати.