Раскаленное эхо. Опасный поворот. Аналитик. Три недели в Париже (сборник) (СИ)

– Мы пришли, – сказал Майлс.
Из-за двери доносилась музыка.
– Впечатляет, – усмехнулась она.
– Для вас – только самое лучшее.
– Что-то у вас тон больно ехидный.
Майлс рассмеялся и, толкнув дверь, пропустил Сару вперед. В «Таверне» было мрачновато, попахивало плесенью, но зал оказался довольно просторным. В глубине стояло четыре бильярдных стола. Бетонный пол, разномастные стулья – но это, похоже, никого не смущало. Народу здесь было полно. Майлс огляделся в поисках свободного местечка.
– Кажется, можно пристроиться вон там, у стены, – сказала Сара.
– Это столики для тех, кто играет в бильярд.
– Может, сыграем? Один стол свободен.
– С удовольствием. Вы займите стол, а я схожу в бар. Вам что принести?
– «Корс» светлый, если он здесь имеется.
– Я сейчас. – И Майлс отправился, протискиваясь через толпу, к бару.
Было довольно жарко, и Сара сняла жакет. Услышав, что за ее спиной открылась дверь, она посторонилась пропустить двоих мужчин. Один, длинноволосый и в татуировках, выглядел довольно подозрительно; второй был одет скромно – в джинсы и рубашку. Но по выражению его лица и манере держаться Сара поняла, что опасаться надо скорее его.
– Я тебя раньше здесь не видел, – сказал он вдруг. – Тебя как зовут?
– Сильвия, – солгала она.
– Позволь тебя угостить.
– Нет, спасибо.
– А что так? – Говорил он спокойно, даже вежливо, но она почувствовала, что он разозлился.
– Я не одна, – сказала Сара, отступив на шаг назад.
– Что-то твоего кавалера не видно.
– Он в баре.
– Пошли, Отис, – крикнул татуированный. – Выпить охота!
Отис Тимсон обернулся к своему спутнику, а потом снова взглянул на Сару:
– Если передумаешь, Сильвия, подходи.
Как только он отошел, Сара с облегчением вздохнула и пошла к бильярду. Через мгновение появился Майлс с пивом. Он с первого взгляда понял: что-то не так.
– В чем дело? – спросил он, протянув ей бутылку.
– Какой-то нахал пытался ко мне подъехать.
Майлс помрачнел:
– Он вас обидел?
– Я со всем разобралась.
– Точно?
Сара замялась, но все же кивнула:
– Да. – Тронутая его заботой, она подмигнула Майлсу, чокнулась с ним бутылкой и сказала: – Ну, кто разбивает? Вы или я?
Майлс без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами выглядел очень привлекательно. Талия у него была тонкая, живот плоский, плечи широченные. А главное – в глазах его таилась печаль, напоминавшая о невзгодах, выпавших на его долю за последние два года. Ту же печаль она замечала в своих глазах, когда смотрела в зеркало.
До Сары доносились взрывы смеха, чьи-то голоса, но рядом с Майлсом ей казалось, что они здесь одни. Майлс послал шар в лузу и опытным взглядом оценил расположение остальных шаров. Обойдя стол, он сделал еще один удар, но промахнулся. Сара отставила бутылку и взялась за кий.
– Вон тот, – сказал он, показав на угол стола.
– Вижу.
– Давайте я вам покажу, как удобнее держать кий, – предложил Майлс.
– Покажите.
Он подошел к Саре, взял ее за руку, и она почувствовала, как внутри у нее все содрогнулось. В зале было дымно и душно, но она услышала приятный, чуть терпкий аромат его лосьона.
– Постарайтесь держать кий прямо, не качайте им.
Сара сделала, как он велел. Удар получился, шар закатился в лузу.
– Отлично, – похвалил ее Майлс. – Теперь советую загнать четырнадцатый.
Четырнадцатый тоже попал в лузу. Майлс с изумлением взглянул на Сару.
– Знаете, с вами я чувствую себя увереннее, – сказала Сара. – Может, еще раз покажете?
– С удовольствием. – Он снова склонился над ней, и ее вновь словно ударило током. Майлс перевел дыхание. – Ну, действуйте, – сказал он, отодвигаясь в сторону.
И одиннадцатый попал в цель. Сара обошла стол, готовясь к следующему удару. А он наблюдал за ней. Ему нравилось все: и ее плавные движения, и мягкие изгибы тела, и нежная, словно светящаяся кожа.
Сара била без промаха. Наконец остался только восьмой шар.
– Теперь мне восьмой забивать? – спросила она.
– Давайте.
Она нацелила кий и ударила по шару. Восьмой закатился в лузу, и Сара с гордой улыбкой отошла от стола.
  
– Меня, похоже, провели, – сказал Майлс и, смеясь, покачал головой. – Где вы научились играть?
– Меня отец учил. У нас дома стоял стол.
– Так что же вы мне не сказали, что все сами умеете?
– Не хотела вас обижать.
– Какая вы деликатная!
Он не успел больше ничего сказать – за спиной раздался какой-то шум, и мужской голос произнес:
– Ну, и как сыграли, шериф Райан?
Майлс обернулся и увидел Отиса Тимсона, а рядом с ним – его братца с уже стеклянными глазами и бутылкой пива в руке. Отис подчеркнуто вежливо поклонился Саре.
Она шагнула к Майлсу и шепнула:
– Это тот самый тип, о котором я говорила.
– Может, пойдем в бар? – предложил ей Майлс.
– Да уж, пойдите развлекитесь, – сказал Отис. – Не хочется мешать такой милой парочке.
Майлс сжал кулаки, но старался сдержаться.
– Пошли, – обратился он к Саре.
– Да, кстати! – не унимался Отис. – Насчет Харви. Вы не переживайте. Я просил его на вас сильно не наезжать.
Вокруг начала собираться толпа. Майлс мрачно уставился на Отиса, но тот выдержал его взгляд.
– Давайте уйдем, – попросила Сара. – Майлс, прошу вас…
Сара схватила свой жакет и куртку Майлса и потащила его к выходу. На улице Сара остановилась надеть жакет.
– Вы уж меня извините, – сказал Майлс, не решаясь взглянуть ей в глаза.
– Майлс, вы ни в чем не виноваты, – сказала она.
Майлс накинул куртку. Они молча пошли по переулку. На углу Сара заговорила:
– А можно узнать, в чем там было дело?
Майлс выложил Саре все: рассказал про аресты Тимсонов, и про камень, разбивший окно, и про последний случай, и даже про предупреждение, которое он получил от Чарли.
Сара слушала внимательно. Когда он закончил, она посмотрела ему в глаза.
– Простите, что я вас удержала. Вы имели все основания его поколотить.
– Да нет, я даже рад, что вы меня остановили. С таким и мараться не стоит.
Майлс с Сарой вышли к берегу Ньюс и остановились. Река плавно несла свои темные воды, небольшие волны мерно бились о берег.
– Расскажите мне о Мисси, – попросила Сара.
– Я даже не знаю, с чего начать.
– Вы тоскуете по ней?
– Мне ее очень не хватает. Я приходил с работы, и она меня встречала, просыпался утром – она была рядом. И я всегда знал, что она со мной. Многие наши знакомые поженились почти одновременно с нами. Прошло семь лет: кто-то развелся, кто-то уже вступил во второй брак. – Он обернулся к Саре: – А у нас… у нас все получалось, понимаете?
Он помолчал, взглянул Саре в глаза:
– Она была замечательной матерью. Хотела родить еще троих, но, когда появился Джона, я все уговаривал ее подождать. А она настаивала. Она мечтала, чтобы у Джоны были братья и сестры, да и я этого хотел. По себе знаю, каково быть единственным ребенком. Теперь жалею, что не слушал Мисси.
Подул легкий ветерок, и Майлс уловил аромат Сариных волос – они пахли жимолостью. Майлс с Сарой стояли молча, им было хорошо друг с другом, хорошо и спокойно.
Ему хотелось, чтобы этот вечер не кончался, но ему нужно было в полночь отпустить миссис Ноулсон.
– Пора идти, – сказал он.
Через пять минут они уже стояли у дома Сары.
– Спасибо за чудесный вечер, – сказала Сара, доставая из сумочки ключи.
– Это вам спасибо.
– Значит, до завтра?
Он не сразу вспомнил, что она собиралась на матч.
– Да, не забудьте – игра начинается в девять.
Сара ждала прощального поцелуя, но Майлс удивил ее – он отступил на шаг назад.
– Извините, мне пора.
– Понимаю, – сказала она. – Счастливо.
Майлс подошел к машине, открыл дверцу и, сев за руль, помахал ей на прощание. А Сара еще долго стояла на тротуаре и смотрела ему вслед.