Раскаленное эхо. Опасный поворот. Аналитик. Три недели в Париже (сборник) (СИ)

– Итак, мисс Эндрюс?
– Можно просто Сара.
– Итак, Сара… – Он замолчал.
– Вы хотите знать, зачем я вас вызвала?
– Да, признаться, мне любопытно.
Сара взглянула на лежавшую перед ней папку, снова подняла глаза на Майлса:
– Джона вам говорил о своих школьных делах?
– До сегодняшнего утра – нет. А сегодня сказал, что не справляется с некоторыми заданиями. Но, наверное, проблемы не очень серьезные?
– Джона не справляется не с некоторыми заданиями, а со всеми.
Сара открыла папку и протянула Майлсу стопку листочков. Две работы по математике с одним-единственным правильным ответом, пара страничек с какими-то каракулями и три текста для чтения, с которыми Джона тоже не справился.
– Вам раньше учителя говорили, что у Джоны проблемы с учебой?
– Мать Джоны умерла, когда он только пошел в детский сад. Там он иногда просто сидел за партой и плакал. Но учителя никогда на него не жаловались. Судя по табелю, все было в порядке. И в прошлом году тоже.
– А вы проверяли его домашние задания?
– Ему ничего не задавали. Разве что по рисованию.
Теперь и ему самому это казалось диким. Почему он ничего не замечал? Майлс вздохнул – он злился и на себя, и на учителей.
Сара прочла его мысли:
– У вас есть все основания расстраиваться. Учителя должны были заниматься с Джоной, но этого не делали. Наверное, не хотели на мальчика давить.
Майлс долго молчал.
– Просто фантастика, – пробормотал он наконец.
– Я хотела бы обсудить с вами, как помочь Джоне. Если с ним позаниматься дополнительно, думаю, он сумеет нагнать класс.
Майлс не сразу осмыслил ее слова, а когда поднял глаза на Сару, она кивнула:
– Джона сообразительный мальчик. Все схватывает на лету. С ним просто надо позаниматься побольше, а на уроках у меня на это времени нет.
– То есть ему нужен репетитор?
Сара оправила юбку.
– Можно и репетитора нанять, если у вас много лишних денег. Но думаю, лучше вам взять дело в свои руки.
– Мне? – изумился Майлс.
– Уверена, вы справитесь.
– Вы не знаете, какие у меня были оценки в начальной школе.
Сара улыбнулась и продолжила:
– Дети лучше все усваивают, если придерживаются определенного режима. Для них это значит, что взрослые ими занимаются, а Джоне это нужно больше всего.
– Но у меня сменная работа. Иногда я возвращаюсь в четыре. А бывает, что прихожу, когда Джона уже спит.
– Кто же за ним присматривает?
– Наша соседка, миссис Ноулсон. Она замечательная женщина, но я сомневаюсь, что она сумеет делать с ним уроки. Ей уже под восемьдесят.
– А дедушки и бабушки у него есть?
– Родители Мисси после ее смерти переехали во Флориду. Моя мать умерла, когда я оканчивал школу, а отец колесит по стране. Чаще всего я даже понятия не имею, где он.
Майлс услышал, как Джона перекрикивается с Марком. Дети, несмотря на жару, решили поиграть в салочки.
– Меня всегда изумляет, сколько же в них энергии, – восхитилась Сара.
– Мне это чувство знакомо. Я им завидую – у меня давно уже нет таких сил.
– Да ладно вам, не такой вы и старый. Вам сорок пять?
Майлс взглянул на нее с ужасом.
– Шутка, – подмигнула ему Сара.
Майлс утер пот со лба и сам удивился тому, какое удовольствие доставляет ему эта беседа. Ему даже показалось, что она немного кокетничает.
– Хоть на этом спасибо.
– Не за что. – Она попыталась сдержать улыбку, но ей это не удалось. – Итак… На чем мы остановились? Ах да, на распорядке дня. Вы по каким дням освобождаетесь к четырем?
– По средам и пятницам.
Пока Майлс соображал, как же быть, Сара, похоже, приняла решение.
– Обычно я так не поступаю, – сказала она медленно, – но я согласна заключить с вами договор. Три остальных дня я буду заниматься с Джоной после уроков, при условии, что вы обещаете работать с ним по средам и пятницам.
Майлс был смущен.
– Вы даже не представляете, как я вам признателен.
– Пустяки. Впрочем, мне срочно понадобится одна вещь.
– И что это за вещь?
– Вентилятор. Желательно помощнее. Там, – кивнула она на школу, – сущее пекло.
  
– Обещаю, вентилятор у вас будет.
Через двадцать минут, собирая вещи, Сара поймала себя на том, что думает о договоре. Она не предполагала такого развития событий, но для Джоны, пожалуй, это будет лучше всего.
А еще, помимо своей воли, она думала о Майлсе. Симпатичный, совершенно не похож на Майкла – тот роскошный брюнет, всегда выглядит безукоризненно, а этот более естественный. Открытое лицо, немного обветренное. Хоть она и обозвала его сорокапятилетним, на вид он моложе, что ее удивило.
А собственно, почему? Джоне всего семь, и Мисси Райан, как ей говорили, погибла совсем молодой.
Сара обвела взглядом кабинет, потушила свет и вышла. Подходя к машине, она увидела, что Майлс уже уехал, и почувствовала легкое разочарование. Но тут же напомнила себе, что Майлс, все еще тоскующий по погибшей жене, вряд ли заинтересовался учительницей сына.
Но здесь Сара ошибалась.
  
Глава третья
 
В тусклом свете настольной лампы газетные вырезки выглядят совсем старыми. Пожелтевшие страницы почему-то кажутся тяжелыми, словно впитали в себя тяжесть моей тогдашней жизни.
Известие о гибели Мисси Райан попало на первую полосу, и на следующее утро на многих кухнях Нью-Берна люди, развернув газету, сокрушенно охали.
Через месяц появилась еще одна статья. В ней сообщалось, что городской совет объявил награду за любую информацию по этому делу. Но в городе все реже вспоминали о случившемся. Потом появилась новая статья, уже на третьей странице, где просили объявиться всех, кто что-нибудь знает. На этом все стихло.
Все статьи были построены по одному принципу: факты излагались коротко и ясно. Теплым летним вечером августа 1986 года Мисси Райан – жена помощника шерифа и мать пятилетнего сына – отправилась на пробежку. Двое свидетелей видели ее на Мадам-Мор-лейн; позже их допрашивал дорожный патруль. Но ни в одной из статей не рассказывалось, чем занимался Майлс те несколько часов, пока не узнал о трагедии.
Майлс, как Мисси и просила, убрал скошенную траву и пошел в дом. Послонялся по кухне, поиграл с Джоной, уложил его спать. Наверное, ожидая Мисси, он то и дело поглядывал на часы. Прошел один час, второй. Тут Майлс забеспокоился всерьез и позвонил Чарли, попросил его проверить дорогу, по которой обычно бегала Мисси, – сам он не хотел оставлять без присмотра Джону.
Через час приехал Чарли. Приехал вместе со своей женой Брендой, чтобы та приглядела за малышом. Глаза у Бренды были красные.
– Тебе придется отправиться со мной, – сказал Чарли тихо. – Случилась авария.
Я уверен, что Майлс сразу понял, в чем дело. Остаток ночи вылился в сплошной кошмар.
Но тогда ни Майлс, ни Чарли не знали, что свидетелей у происшествия не было – это позже выяснило следствие. Человек, сбивший Мисси, скрылся. Целый месяц дорожный патруль опрашивал всех живущих поблизости, искал улики, которые могли бы пролить свет на случившееся. Но так и не узнал ничего.
Майлс Райан стал вдовцом в тридцать лет.
В машине Майлс снова начал вспоминать день гибели Мисси. Но вскоре переключился на Джону и Сару Эндрюс.
Майлс был погружен в свои мысли, и они с Джоной ехали молча. Наконец Джона занервничал:
– Пап, у меня все плохо, да?
– Нет.
– Ты так долго разговаривал с мисс Эндрюс.
– Нам надо было многое обсудить.
– Вы о школе говорили? – напрягся Джона.
Майлс кивнул, и у Джоны засосало под ложечкой.
– Значит, все очень плохо, – пробормотал он.
Джона сидел на скамейке и доедал мороженое, а отец, обняв его за плечи, устроился рядом. Они поговорили о трудностях Джоны, и тот пообещал, что теперь будет стараться изо всех сил. Майлс пообещал помогать Джоне.