Раскаленное эхо. Опасный поворот. Аналитик. Три недели в Париже (сборник) (СИ)

Александра нахмурилась:
— Но мы никогда тебя не презирали и никогда не считали тебя ниже. Правда, Джессика?
— Да.
— Разве мы презирали ее?
— Нет, никогда.
— Но я почувствовала, что вы ко мне переменились.
— По-моему, мы переменились как раз по той причине, о которой мы только что говорили, — спокойно произнесла Александра. — К сожалению, ты вообразила, что мы переменились к тебе, а на самом деле мы остались прежними. Честно.
— Мы ничего не знали о твоем происхождении, Кей, — подтвердила Мария. — Ты хорошо одевалась, у тебя были деньги, хорошие манеры. Нам и в голову не приходило, что ты не такая, как мы.
— Но я была не такая, — медленно произнесла Кей и посмотрела на Аню.
Аня кивнула, приглашая ее продолжать.
— Я была бедной девочкой из трущоб Глазго, — еле слышно призналась Кей. — Моя мать тяжко трудилась, чтобы дать мне образование в хорошей частной школе. А потом она отправила меня сюда, в Анину школу.
— Мы этого не знали, — сказала Джессика. — Да и какая разница. Мы любили тебя.
— Мне очень жаль, — грустно проговорила Кей, — но я ужасно оскорбилась, когда почувствовала, что вы меня избегаете. Вот почему я и сказала те слова. — Она снова вынула платок и промокнула слезы.
Несколько минут все сидели молча, погрузившись в собственные мысли.
Аня поняла, что Александра сказала правду: все началось с Марии. Александра стала жертвой ревности и подозрительности Марии, а также готовности Джессики ее осудить. А Кей позволила возобладать над ней ощущению собственной неполноценности.
Мысли Ани нарушила Александра:
— Давайте похороним весь этот… хлам! Прошло семь лет. Мы повзрослели. У нас все в порядке, мы добились успеха… Давайте помиримся.
Александра протянула руку Марии, та пожала ее и встала рядом с Александрой у камина. К ним присоединилась Джессика. Три женщины обнялись и посмотрели на Кей.
— Иди сюда! — воскликнула Джессика. — Давайте возродим наш квартет.
Вскочив на ноги, Кей бросилась в их объятия. Все четверо обнялись, смеясь и плача. Потом Джессика произнесла:
— Нам не хватает еще одного человека. Идите сюда, Аня. Ваше место здесь. Чем бы мы были без вас?
Аня повела их на ленч в «Гран Вефур» — отпраздновать радостное событие. Женщины снова непринужденно общались друг с другом, как и тогда, когда они учились в Аниной школе. Это был лучший подарок Ане ко дню рождения.
После ленча Александра упрекнула Аню за то, что та подписала счет, не позволив им заплатить.
— Сегодня наша очередь вас угощать, — настаивала она.
— Не говори глупости, дорогая. Мне было приятно снова собрать вас вместе. Я рада, что ваша ссора позади.
Пока они ждали машину Ани, Александра отвела Джессику в сторону и тихо сказала:
— Мне нужно поговорить с тобой об одном очень важном деле. Ты можешь уделить мне полчаса?
Джессика посмотрела на нее, потом на часы и кивнула:
— Давай возьмем такси. Поговорим по дороге в галерею Бонналя. У меня там свидание с Аленом по поводу картин для одного клиента. Ты помнишь его? Он был другом Люсьена.
— О да, прекрасно помню, — пробормотала Александра.
  
Глава 13
 
Неделей позже, теплым субботним утром, они направлялись в долину Луары. Том сидел за рулем своего «мерседеса», а рядом с ним Марк Силвестер. Сзади расположились Александра, Джессика и Ален Бонналь.
Воздух был напоен весенним ароматом, но солнце пряталось за темными тучами, плывшими над горизонтом. Тому хотелось побыстрее, пока не хлынул дождь, добраться до дома своих родителей под Туром.
Они собирались сначала привести себя в порядок и позавтракать, а потом отправиться в Монткресс, фамильный замок Жана де Бове-Кресса.
Том подумал, что в столь ранний час его пассажирам не до разговоров. Он вставил в проигрыватель компакт-диск, и вскоре салон наполнился звуками музыки из великих голливудских кинофильмов.
Глаза Джессики были закрыты, но она не спала. Она притворилась спящей, чтобы никто не мешал ей погрузиться в свои мысли. Еще совсем недавно Джессика была полна решимости увидеть человека, похожего на Люсьена, однако теперь она чувствовала неуверенность. Хорошо, что Ален поехал с ними — он знал Люсьена так же хорошо, как она.
  
Если человек, живущий в замке Монткресс с женой и ребенком, не Люсьен, вреда от их посещения не будет. А если это Люсьен, она наконец узнает правду.
Вчера она рассказала обо всем Марку. Он одобрил идею поездки и попросил взять его с собой.
— Ты мне не безразлична, Джессика, — сказал он. — Если тебе вдруг понадобится помощь, я хочу быть рядом. Ты ведь знаешь, я твой друг.
Она улыбнулась, сжала его руку и сказала, что будет рада его компании.
Съехав со скоростного шоссе, Том сказал:
— Скоро окажемся на месте.
Через пятнадцать минут Том, притормозив, въехал в открытые чугунные ворота. В конце аллеи стоял особняк из местного камня, который с годами потемнел, но после реставрации обрел первоначальный белый цвет. На фоне зеленых деревьев и голубого неба светлый дом выглядел очень элегантно.
Как только Том остановился, из дома вышел его отец. Обнявшись с сыном, Пол Коннерс тепло обнял Александру, а затем Том представил ему всех остальных.
— Проходите в дом, будем завтракать, — сказал Пол, проводя гостей в холл.
Там их встретила Кристиан, мать Тома Коннерса.
— Быть может, вы хотите освежиться? — сказала она, обращаясь к Александре и Джессике, и жестом пригласила их следовать за собой. — А вы, Пол и Том, займитесь Марком и Аленом.
Кристиан поднялась по изогнутой лестнице на второй этаж и показала гостьям уютную комнату, декорированную бледно-голубой тканью из Жуй. Ею были обтянуты стены, задрапированы окна и покрыта кровать.
— Здесь найдется все необходимое, — сказала Кристиан и показала, где ванная.
— Иди первая, Джесс, — произнесла Александра. — А я пока поговорю с матерью Тома.
Как только они остались вдвоем, Кристиан обняла Александру.
— Я была счастлива, узнав, что ты в Париже, что вы с Томом снова вместе. — Подняв бровь, она спросила: — Это правда?
— Да, правда, — ответила Александра. — Мы созданы друг для друга, и, кажется, Том это понял.
— Очень на это надеюсь. Ты нужна Тому, ему с тобой хорошо. Ох уж эти мужчины… Но что бы мы делали без них?
Когда Джессика вышла из ванной, Кристиан, пристально посмотрев на нее, проговорила:
— Том попросил меня рассказать вам о Жане де Бове-Крессе, но мне почти нечего сказать.
Джессика села напротив Кристиан, Александра исчезла в ванной.
— Он живет затворником, — начала Кристиан. — Мало бывает на людях. Как и его жена.
— Возможно, за этим что-то кроется, — вставила Александра, появляясь из ванной.
— Надеюсь, загадка скоро разрешится, — пробормотала Джессика.
Кристиан кивнула:
— Давайте спустимся вниз и немного перекусим. Уверена, что вам не терпится поскорее отправиться в Монткресс.
Пока Джессика следовала за матерью Тома и Александрой сначала вниз по лестнице в холл, а оттуда в необычную круглую комнату, в ней, несмотря на озабоченность, не раз просыпался дизайнер. Комната располагалась в торце дома, и ее многочисленные окна выходили на зеленую лужайку и на цветник.
— Как красиво! — воскликнула Джессика.
— Это летняя столовая, — пояснила Кристиан, проводя их к круглому столу посередине.
Как только они уселись, появились Том с отцом и двое других мужчин.
— Садитесь, где вам больше нравится, — сказал Пол.
Сев рядом с Александрой, он взял ее за руку и спросил:
— О чем ты думаешь?
Она улыбнулась:
— Этого я не могу сказать.
— Зато я могу, — шепнул он с заговорщицкой улыбкой. — Ты хочешь быть с ним до конца своих дней.
Александра удивленно посмотрела на Пола Коннерса:
— Откуда вы узнали?
— Это написано у вас на лице, дорогая.
Кристиан разлила кофе, а Том медленно обошел вокруг стола, предлагая всем корзинку с выпечкой.