Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Да, детям надевали ошейники, однако действительно обучали, просто не магии. А дар применяли исключительно для зарядки артефактов. В школе генерировали магию для накопителей, которые раз в месяц отправлялись в города теократии, судя по найденным мной отчетам.
С учетом смертности среди моих коллег по дару, все было не так однозначно, как мне изначально показалось. Эти дети были опасны, и их приспособили к делу, попутно промывая мозги, прививая службу братьям, но… Их не мучили, не убивали, кормили, учили и готовили стать почти полноценными членами теократического общества. Плохо ли это?
Сидя перед собравшимися в учебном зале рабами, я понял, что всерьез рассматривать эту школу как зло, нельзя.
Почти сорок детей разных возрастов, а сколько их было бы живо без школы? Ошейники давали им шанс, не причиняя при этом вреда, как было бы в случае самопроизвольно возникших прорывов. Никаких срывов, рабочее место, еда — так ли это плохо в условиях Эделлона? До недавнего времени в Чернотопье простым крестьянам было гораздо хуже, стоит только вспомнить детство Киррэла.
— Итак, — произнес я, обводя взглядом молчаливую публику. — Я убил ваших надзирателей. И могу снять ошейники, как с того парня.
Я кивнул в сторону первого освобожденного мальчишки.
В аудитории поднялся ожидаемый шум. Я не спешил прерывать их. Во-первых, они все равно не усидят спокойно, во-вторых, откровенно говоря, я понятия не имел, что с ними делать.
Да, можно переправить их в Чернотопье, но без ошейников это станет доставкой бомбы с уже горящим фитилем. А терять свое баронство я не планировал. Сдать их ордену, чтобы Кацпер организовал обучение? Так у него нет искоренителей под рукой в достаточном количестве. И это даже без учета того факта, что орден потворствует теократии — подтверждение в документах школы тоже нашлось.
Наконец, дети замолчали, и я смог собраться с мыслями.
— Но я не стану этого делать, — качнул головой я. — Вас учили, как обычных детей, и любой из вас представляет огромную опасность. В первую очередь для себя самого. Пока вы не пройдете должного обучения, как демонологи, никто, пребывающий в своем уме, не станет вас освобождать.
Напряжение в комнате возросло, но они все еще оставались сидеть на своих местах. По лицам некоторых было заметно, что они в ужасе от произошедшего. И я их не осуждал.
Свобода — это прекрасно, когда она — сознательный выбор. Тот пацан, которого я спас, бунтарь. Его личное дело пестрело пометками о проступках и наказаниях. Но многие из сидящих передо мной детей не такие, я уже просмотрел их записи. И только что я фактически лишил их способа выжить.
— Зачем? — подала голос девочка с дальних рядов.
— Зачем я их убил? — уточнил я. — Потому что мне за это платят. Как вам должны были рассказать, — я тряхнул стопкой учебных материалов, лежавших на столе, — магия — лучшее на свете оружие, и демонология — лучшая из лучших. То, что сделал я — в той или иной степени сможете делать вы. Если вас этому научить. Так что передо мной сейчас сидят не дети, а оружие. Вы, возможно, думаете, что священники плохо с вами обращались?
По изменившимся лицам детей я видел, что далеко не все с этим согласны. Я расценил отданные во время схватки приказы как способ учителей прикрываться, но так ли это на самом деле? С тем же успехом маги могли попытаться вывести из-под удара учеников, чтобы их не перебил я.
— Тогда я вам расскажу, что если бы не эти ошейники — каждый второй уже был бы мертв. Поверните голову направо, — предложил я, махнув в нужную сторону рукой. — Человек, которого вы видите, сейчас бы не существовал, если бы братья не надели на него ошейник. И это еще в лучшем случае.
Сюсюкаться с ними я не собирался. Во-первых, несмотря на то, что самым младшим сейчас чуть больше десяти лет, это не земные дети, тут взрослеют быстро. Во-вторых, у меня просто нет ни времени, ни возможности утешать сироток, обещая, что вот теперь-то все наладится.
— Что вы с нами сделаете? — последовал новый вопрос от той же девочки, на этот раз я ее заметил.
 
— Как тебя зовут?
— Катарина Дэграсс, господин маг, — опустив голову, пробормотала та.
— Я ничего не буду с вами делать, — ответил ей. — Но могу предложить тем из вас, кто хочет уйти из школы, последовать за мной. Я передам вас тем, кто действительно умеет обращаться с магами, имеющими наш общий дар. Никого заставлять я не буду, кто хочет остаться, оставайтесь.
Это было бы самым лучшим вариантом — уйти, махнув рукой. Но я влез, разрушил их жизнь, а так могу хоть как-то это компенсировать.
— Чтобы мы стали такими, как вы?
— Это не обязательно, — качнул головой я. — Вас обучат контролировать свою силу. Или выжгут дар, если вы того пожелаете. В любом случае вы сможете жить, как простые люди. Но если обучитесь держать свою магию в руках — каждый день, каждый вздох, во сне, в бреду… Тогда я дам вам работу, за которую вам станут платить, как положено работникам. Но!
Я поднял палец, прерывая возрастающие голоса.
— Это будет сложнее и опаснее, чем остаться здесь. У школы достаточно припасов, чтобы не умереть с голода. Оставшись здесь, вы дождетесь, когда явятся братья и привезут новых учителей. Расскажете им, что это я всех убил, и продолжите жить так, как жили.
— Ты уверен? — подал голос Ченгер. — Ты же практически создаешь себе врагов из этих детей. Теперь у них будет пример, почему таких, как ты, нужно ненавидеть. Они могли не любить своих учителей, но те о них заботились, и я уверен, среди учеников найдется тот, кто прямо сейчас хочет на тебя напасть. Даже могу указать на него пальцем.
— Достаточно будет, если ты убедишься, что он не войдет в группу тех, кто решит уйти со мной, — отмахнулся я. — В любом случае я передам их в Аркейн. Никакого другого пути нет.
— Салэм. Их может обучить Салэм.
— Каким образом? Посмотри на ее последнего ученика, — я даже руками развел, чтобы спутнику было лучше меня видно. — Ну какой из нее учитель малолеток?
Демон покачал головой.
— Некромантка спит и видит, как займет место в магистрате. И подобное подкрепление искоренителями станет для нее ступенькой наверх. В ситуации, когда орден уже в предсмертных конвульсиях, сорок искоренителей — это очень мощное подспорье. И все они станут благодарны Саломее. А она — тебе, ведь ты фактически исполнишь ее мечту.
— Давненько я не слышал от тебя столь развернутых мыслей, — хмыкнул я, отвечая вслух. — Покажись им.
Дети, уже занятые перешептываниями, резом замолчали. Но не испугались демона, а просто глядели на него со здоровой опаской.
— Привет, детишки, — оскалив пасть, поздоровался Ченгер и помахал им когтистой пятерней. — Признавайтесь, кто из вас хочет спокойной, мирной жизни? Поднимите руки те, кто не хочет больше иметь дар к магии?
Естественно, никто не спешил ему отвечать. Так что я решил их немного простимулировать.
— Кто согласен, на улице не останется. Я дам вам работу, крышу над головой и приставлю к мастерам мирных профессий. Может быть, кто-то из вас станет швеей, а кто-то — травником. Есть сотни способов заработать себе на хлеб законным путем. Вы станете подданными другой страны, и никто не позволит снова надеть на вас ошейник.
В качестве демонстрации я выложил на стол несколько монет.
— Либо я просто дам вам денег, и вы уйдете куда хотите. Можете даже в этой школе остаться, чтобы братья о вас позаботились. Мне, по большому счету, все равно, что вы выберете. Но те, кто откажется от дара, вернуть его уже не смогут.
И вот теперь несколько рук поднялись. Ченгер улыбнулся, указывая им рукой на левую стену.
— Отойдите туда.
Итак, минус шесть демонологов. Незначительные потери, как для нас, так и для братьев. Не сомневаюсь, теократия найдет, куда приспособить детей, им тоже нужны неодаренные исполнители. В конце концов, чтобы ухаживать за огородом, магия не требуется.
— Отлично, теперь вытяните руку вперед и держите свои деньги. По грошу же хватит? — обернувшись ко мне, спросил демон, и, не дожидаясь моего ответа, хлопнул в ладоши.