Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Я кивнул, будто так и знал. Ребята драконидов явно разбираются, как вести бизнес. Не получив в свои руки ценную добычу, воспользовались местной системой оповещения «одна бабка сказала», у кого ей разжиться. Вот зачем нужны связи в стане противника. Вольда пока что спасает лишь то, что на данный момент и оркам и торренам важнее определиться, кто поведет остальные расы в бой. Но как только этот вопрос будет решен, пиратов вобьют в землю по ноздри и отберут нужный предмет, уже не спрашивая разрешения.
Откинувшись на спинку стула, я побарабанил пальцами по столу. Очевидно, мне придется вмешаться в Великий Поход. И, похоже, у меня только что появился аргумент в переговорах с орками.
— Вы отдадите его мне? — решив прояснить последний момент, спросил я.
— Думаете, после того, что я прошел ради…
— Ты откусил больше, чем можешь проглотить, Вольд, — отбросив манеры, заявил я. — Ликаны ни при каких обстоятельствах не дадут тебе надежной защиты. Другое дело дьяволы: нас уже пытались прижать и ваши лорды, и беры, и наги. Однако я всех заставил заплатить за наглость собственными жизнями. Так что мой ответ таков, лорд Вольд: бухта дьявола станет вам доступна только в обмен на артефакт Вождя. А за пользование моей территорией вы и ваши корабли станут платить мне фиксированную сумму. Скажем, золотую монету с корабля. Это цена в сутки, разумеется.
— Это бессмысленный разговор! — хлопнув ладонью по столу, заявил он, гневно раздувая ноздри и подвывая. — Если я отдам вам артефакт, мне не будет нужды прятаться…
— Уверены? — хмыкнул я. — А то ведь мало ли кому станет интересно, за какие такие заслуги в ваш карман падает некое количество имперского золота. Честно признаться, я вот чем больше об этом думаю, тем больше мне и самому интересно…
Нужно отдать ему должное, Вольд лишь хмыкнул в ответ на мои слова. Понятно, он всегда может сказать, что взял деньги в бою… Но не такие же суммы! У меня, разумеется, нет прямых доказательств, но косвенные…
— Для того, кто только что появился в наших лесах, вы слишком много знаете, — заметил пират, но по виду не похоже, будто он на самом деле расстроен.
Я лишь пожал плечами в ответ. Действительно, не рассказывать же ему, что с сегодняшней ночи его первый помощник фактически работает на меня. Всего и делов, что приставить нужную женщину, а потом, когда дорогой постоялец уснет, заглянуть в гости и очаровать расслабившегося ликана. Стереть воспоминания о неожиданном пробуждении и доверительной беседе после этого легче легкого.
Лоточница — та самая, с которой и началось народное восстание в Каморе, с радостью согласилась приютить щедрого моряка на одну ночь. Тем более что дьявол, присланный по приказу Азиль, тоже не отличался скупостью. Так что Арима за несколько часов из едва сводящей концы с концами ликанки превратилась в состоятельную и завидную невесту.
— Чувствую себя крысой, зажатой в углу, — оскалился Вольд. — Но отчаянье обреченного может быть опаснее, чем кажется на первый взгляд.
Спокойно сложив руки на столе, я медленно сжал кулаки, внимательно разглядывая красную кожу на костяшках.
— Наверняка вы, лорд Вольд, знали, насколько рискованно садиться играть за стол с дьяволом, — медленно проговорил я. — Так чего теперь удивляться, что ваша душа в его когтях? Я дам вам сутки на размышления. Если ответ мне не понравится, боюсь, крыса не найдет того угла, где могла бы зажаться.
Поднявшись, я бросил пару золотых на стол и вышел на холодный воздух. В лицо, будто тараном, ударил обжигающе ледяной ветер, но уже через пару мгновений кожа нагрелась, и от меня пошел легкий парок, как от работающего двигателя. Дьяволы — горячие парни.
Едва дверь за моей спиной хлопнула, отряд дьяволов, уже разоруживший бойцов пирата, отошел от груды оружия, лежащего на земле. Поверженные моряки, утирая разбитые носы, злобно косились на своих противников, однако пока никаких ответных мер не предпринимали.
— Идем, ребята, у нас еще куча дел на сегодня, — позвал я своих, сбегая с поскрипывающего крыльца.
 
Оставленные без внимания ликаны бросились к оружию. Едва они похватали свои мечи, явно намереваясь отыграться за позорное поражение, из таверны, решительно толкнув дверь, вышел Вольд.
— Лорд Дим! — крикнул он нам вслед, жестом осаживая излишне горячих подчиненных.
Обернувшись, я хмыкнул, разглядывая недовольные морды униженных и оскорбленных. Похоже, мои дьяволы чуть перестарались — у одного подбит глаз, другой волочит ногу, третий щупает языком выбитый зуб. А ведь едва до смертоубийства не дошло, хотя и было все тихо настолько, что мы с Вольдом, сидя под самым окном, даже не услышали ничего.
— Я вас слушаю, лорд Вольд, — кивнул я, скрещивая руки на груди.
— Я согласен, лорд Дим, — ликан бодро сошел с крыльца, под его сапогами захрустела подмерзшая грязь. — Оформим бумаги?
Молодец, не стал орать на всю улицу, что заключает сделку с дьяволом. Глаза пирата бегло осмотрели окрестности, на мгновение мне даже показалось, он заметил спрятавшегося наблюдателя, приглядывающего за нами с крыши соседнего здания.
Моряки, цедя проклятия сквозь зубы, со стуком вгоняли поднятые мечи в ножны. Ну да, раз мы договорились, шанс на реванш у них улетучился. Хотя кто знает, вполне вероятно, им еще доведется позвенеть клинками против моих бойцов.
— Тогда, парни, ждите нас здесь, — обернувшись к дьяволам, приказал я и добавил: — Пиратов не калечить.
И только произнеся вслух, понял, что вместо того, чтобы передать приказ телепатически, высказался во всеуслышание. И как! Это же практически иврит! Во всяком случае, в памяти сразу всплыла когда-то услышанная проповедь, очень уж произношение схоже.
Это открытие меня повеселило. В голове все звучит одинаково, по-русски, но я ведь никогда не прислушивался, на каком языке на самом деле говорю, а здесь само собой выходит. Мне не пришлось переучиваться произношению, у меня нет акцента, я просто думаю на одном языке, а говорю на другом, будто у меня вместе с телом Райса вшитый переводчик в комплекте. И точно так же с нашим, дьявольским языком: захотел сказать так, чтобы только свои меня поняли, получил результат. Даже странно, что в моем присутствии никто до сих пор на нем не разговаривал. Или они считали, раз я полукровка, то просто не знаю дьявольского?!
Если так подумать, и в Империи, и у диких все говорят на одном языке. Однако даже у ворот Альтары я слышал разные наречия. Выходит, у каждой расы есть свой культурный пласт, недоступный другим. Что это значит для меня?
Думая об этом, я не переставал улыбаться, заходя обратно в трактир. Вольд уже удобно уселся за тот же стол и, сложив руки на него, с нервным ожиданием в глазах смотрел на меня. Возможно, моя улыбка даже задела его гордость.
— Я бы хотел, чтобы вы перестали над нами потешаться, — заявил он, возвращая меня к реальности.
Вскинув брови, я все же решил уточнить.
— Потешаться, лорд Вольд?
Он махнул рукой в сторону двери.
— Не нужно этого. Все и так видят, что наш «монарх» оглядывается на вашу дьяволицу, проверяя, все ли верно он говорит. Я понимаю, что, возможно, было лишним приставлять своих воинов охранять место нашей встречи, однако зачем было их бить? Разоружать? — он недовольно скривился. — Что это, как не глумление над заведомо более слабым?
Я пожал плечами, опускаясь по другую сторону стола.
— По-моему, это просто недоразумение. Ваши воины решили воспротивиться моим. А ведь меня тоже охранять должны, сами понимаете, мы с вами оба лорды, и у нас обоих есть те, кто зависит напрямую от нашего благополучия. Это простое недоразумение.
Вольд горько усмехнулся, скаля клыки.
— А навязывание своего влияния на мой народ и на меня самого — тоже недоразумение?
Я ответил на его усмешку.
— А вы столь неожиданно воспылали любовью к своей родине? — спросил, протягивая руку к неубранному кувшину с компотом. — Тогда я расскажу вам вкратце, как пройдет этот разговор, лорд Вольд. Видите ли, вы не отравились на пиру лишь по той причине, что это я внес вас в список верных лордов. Да, конечно, если бы вы не подошли ко мне перед его началом, сейчас бы ваши кости, уже обугленные, отправились на перемалывание, а оттуда — на корм свиньям. Дьяволы — сильнейшая из рас на этом участке суши, и мы будем брать и делать то, что мы хотим. Говоришь, это навязывание своего влияния? Ты так считаешь? Я считаю прибыль!