Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Я этого не предвидел, — признался, не переставая обдумывать ситуацию. — Контракт неправильно составлен.
Ада удивленно вскинула бровь. По лицу дьяволицы скользнул намек на улыбку.
— И это все, что тебя беспокоит, Дим?! — нервно воскликнула она. — Мы только что вступили в войну…
— Плевать, — отмахнулся я, нащупывая практически пустое ядро. — Одной войной больше, одной меньше. Если они хотят драки вместо взаимовыгодного сотрудничества, я только за.
— Нас всего двое, ты же помнишь об этом? — продолжила упорствовать спутница. — И они знают, где ты решил обосноваться, ты еще и сам признался, что защищать руины некому!
Я лишь хмыкнул в ответ и спокойно развернулся спиной к зарослям. Под встревоженным взглядом Ады закинул сумку на плечи и, глубоко вздохнув, поднял тлеющий уголь на ладони.
Огонь Инферно, конечно, не вот эта головешка, но ведь я черпаю ману из окружающего мира. Так чем раскаленный уголь хуже? Мне ведь нет нужды его создавать, чтобы втянуть из него энергию. Это ведь каждый школьник знает — само по себе горение есть процесс химической реакции. Материал при соблюдении определенных условий отдает заключенную в нем энергию, это один закон на все металлы и газы, он работает для живой и неживой материи. В целом отличается объем выплескиваемой в окружающую среду энергии и температура, необходимая для возгорания. Если реакция слишком быстрая, получится взрыв, как метан в угольной шахте. Но если речь идет о деревяшке, там и энергии меньше, и горение дольше.
Пока мысль не улетучилась из головы, я попытался почувствовать в угле точно такую же ману, какую вынимаю из ядра. Я не могу превратить уже существующее пламя в фаерболл, как нельзя на горящем листе бумаги прогреть целый город. И огнешар — это именно город, огромная пасть, в которой капелька тепла, выделяемая из головешки, практически не существует. Ее мало, она слаба, но она все же есть.
Не зря в Инферно текут лавовые реки, и даже стены вырабатывают тепло. Этот жар, способный испепелить смертного в мгновение ока, поддерживает архидьявола, питает его, дает силы и наполняет мощью. Из огня хозяин домена берет энергию для прорубания плоти вселенных, в одной реакции смешивает время и пространство…
Домен поглощает силу, как ядро, и точно так же отдает ее обратно, когда пожелает его хозяин. Цепочка реакции начинается в телах дьяволов, переходит ко мне, а я наполняю домен, чтобы в итоге получить еще больше, чем мы все вложили.
— Мне не нужно открывать двери в другие миры, — одними губами, чтобы даже Ада не заметила, произнес я, сжимая раскаленный уголь в кулаке. — Только чуть-чуть силы.
Кусок обгорелого дерева рассыпался в прах под моими пальцами. Едва заметная, но ощутимая искорка впиталась в кожу. Я видел, как она скользит по ладони, достигая бледной нити магического потока. Втянулась, тут же сливаясь с ядром.
— Что ты делаешь? — видя, что я больше не всматриваюсь в пепел на собственной руке, спросила дьяволица.
Отряхнув ладони от сажи, я обернулся к ней с улыбкой. Лицо озадаченной и все еще раздраженной Ады показалось мне таким смешным, что напавшая эйфория от столь маленького, но крайне важного успеха, стала очевидной. Немного успокоившись, я подошел к ближайшему дереву и в пару ударов шестопером отбил толстую ветку.
— Раз они хотят воевать, — проговорил, бросая добычу на землю, — я покажу им, что значит бросать вызов архидьяволу.
Сбросив сумку с плеча, я вытащил запасное огниво. Наблюдающая за мной Ада опустилась рядом на колени и с одного удара развела маленький огонек.
— Ты же понимаешь, что здесь все мокрое? — спросила она, подавая мне получившийся факел.
Я усмехнулся в ответ и бросил горящую ветку в бурелом. Огонь брызнул в стороны, разлетаясь на искры, но пожара так не вызовешь. Рядом ручей, все зеленое, сухого хвороста почти нет. Но много ли нужно тому, кто питается от пламени и живет в нем?
Картинно раскинув руки в стороны, я сосредоточился, выскребая из ядра все до последней капли. Температура пламени Инферно гораздо выше, чем у горящего дерева. В нем столько тепла, что от одного прикосновения раскаляется металл. Что мне какие-то растения?
 
Маленький огнешар появился у меня на уровне груди. Я видел незримые нити, протянутые от моего ядра к висящей в воздухе сфере. Чувствовал, как вокруг становится холоднее, немеют пальцы рук и ног, а изо рта вылетает облачко пара.
— Дим! — дьяволица едва успела подхватить меня на руки, и я вцепился в нее, такую горячую и такую родную.
Сознание поплыло, я уже с трудом видел, что происходит вокруг, однако зарево набирающего мощь огня ощутил.
— Статуэтка, Ада, — проговорил я, мазнув рукой в сторону рюкзака. — Оставь ее здесь.
— Зачем?
— Слово дьявола, — ответил, так и не сумев объяснить нормально.
А через мгновение уже сидел посреди пещеры своего домена, ощущая, как меня медленно размазывает по камню от желания лечь и отдохнуть.
Домен меня не убьет, но впасть в кому снова, как в тот раз после встречи с Огримом — недопустимо. Без меня и Ада, и Касси, и даже ликаны — обречены. Так что я пересилил себя, повернулся на живот и пополз, цепляясь когтями за камни пола. С каждым движением руки слабели, в голове звенело как при кровопотере. Кажется, дважды я замирал, как ящерица, впадающая в анабиоз.
Однако прежде чем отдать последние силы, я все же дополз до реки лавы. Еще совсем тонкий ручеек, но уже опасный и горячий. А потому я вспомнил девиз Маугли и, зажмурившись, опустил руку в лаву.
Сквозь закрытые веки я видел, как стало ярче в пещере. Мой кулак проломил корку застывшей магмы, и наружу толстыми протуберанцами хлынуло пламя Инферно. Его языки обхватили сперва кисть, затем поглотили запястье.
Приятное тепло поднималось вместе с огнем, отогревая застывшие мягкие мышцы.
— Я помогу, — прозвучало в моей голове, и тело подтянулось к краю.
Сила из реки держала нас с Райсом, но этого было мало. Мне нужно еще, еще и еще!
Рука ушла по локоть, обесточенное тело, уже готовое отключиться, встряхнулось совсем чуть-чуть. Будто я дернулся, борясь со сном, чтобы не отключиться лицом на клавиатуре, как бывало не раз и не два на Земле.
Рывок, еще один. Чувствую, как перегретый воздух невесомой ладонью омывает лицо, проникает в легкие, как шевелятся волоски бровей от потока тепла. И, вдохнув поглубже, я даже не заметил, как сместил центр тяжести. На долгую секунду я завис, балансируя на бортике, ужасаясь своему намерению, а потом меня просто втащило в ярко-оранжевую реку.
* * *
Торговая зона территории беров. Дьяволица Ада.
Дим отключился, повиснув на руках спутницы. Быстро вытащив трофейную статуэтку из рюкзака, Ада на секунду представила, как разбивает ее об дерево, но сдержалась.
Оставив фигурку медведя на земле, она обернулась в сторону зарослей. Да, наверняка Дим задумывал другое, но что именно — Ада так и не поняла. Однако и устроенного вполне хватало, чтобы представить, как быстро огонь разойдется по кустам, пожирая защиту территории беров. А если они еще и далеко успели отбежать…
Подхватив архидьявола под мышки, в два рывка забросила спящего на спину и, не став поднимать сумку, со всех ног рванула прочь. Сильные ноги несли тонкую девушку по лесу. Крики напуганных огнем птиц настигли ее уже через несколько минут.
Стараясь не сбиваться с бега, Ада на мгновение обернулась и едва не споткнулась на месте. Пламя растянулось в стороны, насколько хватало взгляда. Черный плащ густого смога закрыл часть леса, все больше уплотняясь.
Припустив еще быстрее, дьяволица думала о том, как им придется выкручиваться из этого боя. Беров слишком много, они сильны. А после такого удара ни за что не пойдут на мир.
Дьяволица догадывалась, что Дим не все ей рассказал, но просто не верила, что молодой — совсем еще мальчишка — мог предусмотреть возможность такого исхода. Он ведь и сам сказал, что не додумался до предательства в обход контракта.