Мятежники (СИ)
Это была ещё более туманная перспектива. Агнея знала, что лорд Хардвиг увёз её мать без согласия родственников, и никогда не слышала, чтобы к ним приезжали гости с юга. Кажется, они были уверены, что лорд Хардвиг сгубил их красавицу, заморив голодом и холодом на далёком дикарском Севере. Тем более отец только что назвал её деда «не самым хорошим», что в его манере означало человека как минимум довольно жестокого.
— Когда мы должны отправляться? — осторожно поинтересовалась Агнея, размышляя, не удрать ли всё-таки к леди Норе. Замок, служивший главным убежищем Ордену Топора, не уступал величию и мощи самой Белой Твердыне. Она уже собиралась предложить свой дерзкий план спрятать внучку дракона в самом сердце оплота драконоборцев, как ответ лорда Хардвига вбил последний гвоздь в подкову судьбы, которую боги решили ей в этот день подарить.
— Завтра утром.
Отец смотрел на дочь, и его, похоже, удивляло, что она больше не пытается заговорить или протестовать. И он добавил уже спокойно, как будто извиняясь:
— Когда приедет официальный посол от короля, мне будет трудно объяснить твой отъезд. К тому же скоро начнутся дожди. Вы должны добраться до Эстсуэка раньше зимы, иначе море станет слишком опасным. Сэр Улль проводит тебя до Зелёных холмов. Потом вы повернёте к Марке. Полагаю, лорд Сиграг хотел, чтобы ты приехала к ним, в Аквалон. Он настойчиво упоминал в письме, что Рагнар всё ещё не женат. — Лорд Хардвиг замялся, было видно, что ему неловко продолжать. — Я не хочу ставить в известность лорда Сиграга о том, куда ты поедешь. Он старый и верный друг нашей семьи, и Дора хотела заключить этот брак… Но, Аквалон. Маленький озёрный край. Рыба и брусника нас сейчас не спасут и ничем не помогут. Аквалон сам в грозиться попасть в королевскую опалу. Пойми правильно, я честен с тобой. Я дам тебе лучших коней. Можешь даже выбрать их сама. И возьми с собой одну служанку.
— Я могу идти? — смиренно спросила Агнея, и лорд Хардвиг посмотрел на неё с подозрением, медленно кивнул:
— Только не нужно сообщать о своём отъезде никому. И да, Дорвигу тоже не говори пока, он не умеет держать язык за зубами, а в замке сейчас слишком много лишних ушей. Попрощаетесь на рассвете. А пока иди к себе, никуда не отлучайся и собери вещи.
Она поклонилась, но, когда стала выходить, отец догнал и обнял её, как раньше, в детстве.
— Агнеша моя, не грусти. Посмотри свои будущие владения, познакомься с суэкским лордом. Уверен, всё скоро устроится.
Она не ответила. О, сколько раз она жалела потом, что ничего не ответила отцу.
Агнея покинула библиотеку, сбежала по лестнице и быстрым шагом пересекла двор. Краем глаза она заметила братьев Эбер, они сидели под навесом у конюшни и дожидались её возвращения. Один увидел, поднялся, Агнея уткнулась взором в землю и поспешила мимо. Они, похоже, поняли. Во всяком случае, никто не пытался догнать или окликнуть. Интересно, захотели бы они по-прежнему жениться на ней, если бы знали, что она внучка оборотня?
Странно, она уже не сердилась на отца и даже испытывала какое-то приятное возбуждение при мысли о дальней поездке. Агнея бывала только в Топорном Урочище на западной границе Севера, до Восточной марки и Эстсуэка путь гораздо длиннее.
Весь вечер Агнея сидела на кровати и смотрела в огонь камина, пока Этель, служанка, собирала вещи. Агнея знала, что рано или поздно отец должен выдать её замуж, и всегда мечтала увидеть новые места. Поразмыслив с полчаса, она даже убедила себя, что иметь дальних родственников-драконов не так уж позорно. В конце концов, практически все знатные семьи, во всяком случае, южные, имели когда-то в своей родословной оборотней. Архивариус был прав насчёт традиций. Даже в королевских семьях были драконы, пока прадед нынешнего короля Фредерика не начал свою непримиримую и нескончаемую войну.
Этель без умолку болтала, хотя Агнея и не отвечала ей. Служанка спрашивала, куда, надолго ли и как они поедут, через какие земли будут проезжать, какие рыцари поедут с ними и сколько они встретят симпатичных парней в дороге.
Этель! В голове одни мальчишки! На год моложе хозяйки, она вечно думала только о парнях и поцелуях. Агнею злила её болтовня, она молчала или отвечала невпопад.
Если бы Агнея только знала, чем кончится для них это путешествие. Тогда бы она велела ей замолкнуть, выгнала из комнаты и ни за что не взяла бы с собой.
Они думали, что впереди ждёт утомительная, но увлекательная дорога, ведь их должны были сопровождать пять рыцарей, не считая охранников и слуг, и путь лежал по старым проверенным дорогам в землях вассалов лорда Хардвига, где каждый замок, каждый постоялый двор встречал их учтиво и отдавал лучшие комнаты и яства. Кто мог предвидеть, что до порта никто так и не доберётся?
Глава 2. Заброшенный дом
«Дракон!» Тогда точно кто-то крикнул: «Дракон!»
И там, правда, был огонь, и кровь. Много крови. Агнея закрывала глаза и вновь видела всполохи.
Она засыпала прямо в седле, кошмары мучили её и спасали от падения с лошади.
Осень уже вовсю хозяйничала, дожди донимали днями напролёт, то превращаясь в мелкую противную морось, то обрушиваясь в ослепительной мешанине грома и молний, а однажды утром даже сорвались первые снежинки. Агнея нещадно мёрзла в тонком шерстяном костюме, а щегольский бархатный плащ плохо спасал от ливня, превратившись в бесполезную тяжёлую тряпку.
Лес стоял мокрый, осунувшийся, и грязь противно чавкала под копытами лошади. Агнея гнала Грейпл, крепкую серую кобылку, уже пятый день, и даже для лошади этот путь стал изнурительным. Они обе были голодные, напуганные, продрогшие, и Агнея боялась того, что Грейпл заболеет или поскользнется и сломает ногу больше, чем собственной смерти. Раз за разом Агнея заставляла лошадь спускаться в ручей и брести по мокрым камням, хотя в такую непогоду никакие собаки не взяли бы след, если они и были у разбойников.
Она окончательно заблудилась и не понимала, в какую сторону и куда едет, и боялась уйти от реки. Рано или поздно любая река ведёт к людям.
Встретив на пригорке у реки брошенный бревенчатый дом, Агнея решила остановиться. За хижиной обнаружилась коновязь под соломенным навесом. В доме ждали и скамья с тонким тюфяком и дырявым одеялом, и большой деревянный стол, и исправный очаг. Кто-то оставил здесь немного дров, и, о хвала Великому Создателю, припрятал маленький кусочек кресала.
Урожай уже убрали, и на огороде остались лишь редкие забытые шарики морщинистой брюквы. Однако возле дома росли кусты тёрна, а в лесу неподалёку крошечными огоньками блестела на топких пружинистых полянках клюква.
Агнея не считала себя избалованной девочкой и, как всегда думала, не могла и сравниться с южными неженками Перекрестья. В Ордене воспитывали без поблажек даже знатных леди. Агнея и до того отлично стреляла из лука, владела мечом, могла провести целый день верхом и любила охоту. Под кровом монастыря она наравне со всеми спала на жёстких скамьях, умывалась из тазика, где по утрам приходилось ломать корочку льда, и не сторонилась грязной работы в лекарской.
И все же никогда раньше не доводилось ей оставаться одной, засыпать в седле, по-настоящему замерзать или голодать. Как бы ни суровы были обычаи Ордена, девушек оберегали, о них заботились, а из дома неизменно приезжал гонец и привозил с собой корзинку миндального печенья или фрукты в патоке. Если быть честной, Агнея и не задумывалась всерьёз о том, что сельским девушкам вроде Этель приходилось и без монастырских наставниц есть каждый день гороховую похлёбку и тёмный хлеб из отрубей и ячменя.
Ах, как бы дорого Агнея сейчас отдала за краюху самого грубого хлеба! И за то, чтобы Этель снова была рядом, и они сидели у камина в замке и беззаботно сплетничали о рыцарях.
У Агнеи оставалось немного крупы в седельной сумке, по дороге она нарвала лесных яблок, а на заросшем сорняками раскисшем огороде накопала озябшими руками брюкву, однако, готовить побоялась. Погода стояла сырая, лес затянуло туманом и дым от трубы стелился к земле, но она всё равно не решилась. Полчаса провозившись с огнивом на коленях у очага, Агнея смогла разжечь только маленький костерок и сунула в него жестяную кружку с вином. Ещё их вино, из замка. Оно тоже оказалось в седельной сумке Грейпл, которую не успели обыскать разбойники.