Мятежники (СИ)

Мягким жестом руки она велела ему опуститься. Сверр, неуверенный, что понял правильно, медленно преклонил колено. Старая королева, прищурившись, разглядывала его лицо. Она откинула ему со лба мокрые волосы.
— Какие отвратительные шрамы.
Сверр резко вдохнул и порезанная губа дёрнулась. Он опустил глаза. Старая королева не обратила внимание на эту вспышку.
— Ты должен был родиться зимой.
— Третьего дня лютого месяца, — ответил он настороженно, в замешательстве пытаясь понять, почему вдруг кто-то решил впервые за его жизнь поинтересоваться днём его рождения.
Агнея видела, что королева прячет улыбку. Взгляд леди Рианны потеплел и наполнился грустью, которая может быть только у людей, хранящих в сердце многолетнюю боль. Королева на миг прикрыла глаза и глубоко вдохнула, стараясь скрыть волнение. Она провела ещё раз тонкими пальцами по лицу Сверра и обратилась к советникам, которые ждали её слов в полном молчании.
— Вы правы. Лорды, посмотрите сами, больше доказательств не нужно. Он действительно похож на отца. — Старая королева улыбнулась сама себе. — И такой же вспыльчивый.
Сверр едва не вскочил с колена. С него мигом слетели и злость, и остатки хмеля. Он вздёрнулся и уставился на строгую старуху в изумлении и страхе. Агнея потрясённо огляделась. Похоже, это было новостью только для них двоих. Все стояли и с почтением слушали каждый вздох старой дамы. Только лорд Кай протиснулся поближе к леди Рианне.
Королева взяла сухими пальцами за подбородок капитана, и он позволил поднять его лицо. Она мягко кивала в такт словам:
— Почти так же высок, хоть и не так красив. И волосы бабкины, южные, отсюда и цвет чёрный. Но очень похож. Создатель смилостивился надо мной, чтобы я ещё раз увидела его глаза. Надеюсь, ты не унаследовал его бычий норов?
— Боюсь, и это тоже, Ваша милость, — усмехнувшись, ответил вместо Сверра Наёмник.
Сверр беспокойно оглядел лица людей, стоящих вокруг.
— Безумный упрямец! — Королева вдруг вздохнула. — Я сама короновала его, когда пришло время. Никто бы не надел ему корону, не стой он на коленях. А я не хотела, чтобы он преклонялся ни перед кем и никогда.
— Его?! — Сверр ошеломлённо смотрел на леди Рианну.
Агнея была поражена не меньше.
— Короля Северина Первого, разумеется! Странного, как его прозвали эти жидковольные трусы. Твоего отца, — вдруг сухо проговорила королева, — и не упрись он рогом в эту женитьбу с безродной девкой, он мог бы стать великим королем! И возродить династию драконов.
— Моя мать…
Королева не дала ему договорить. Она нетерпеливо прервала его, взмахнув рукавом:
— Твоя мать была нищенкой, сельской сиротой, которую он отыскал где-то в горах. Тару обручили как Катарину. Хотя позор этим было не скрыть. Она погубила его! Если бы Северин не был так упрям! Эта свадьба перечеркнула всё, что я пыталась вернуть годами. От нас отвернулась вся знать. Так нет же, его сын должен был родиться в законном браке. Как будто бастарды короля дело невиданное. Что за имя она тебе дала? У тебя хоть есть полное имя?
— Севериан, — мрачно ответил Сверр.
— Севериан, — вновь закивала старушка своим мыслям, — в честь отца, «суровый правитель». Эта глупая девка спрятала тебя в деревне, но дала королевское имя!
Он всё-таки вскочил с колен. Старуха глядела на Сверра по-прежнему спокойно и властно:
— Я не питала к Таре нежных чувств, и не собираюсь в этом каяться. Её появление стало нашим проклятьем. — Леди Рианна взглянула в лицо Сверра и постаралась смягчить свою гневную реплику. — Но ты законный сын короля Северина, и мой внук. Нам нужно познакомиться поближе. Хочу узнать, что за подарок послал мне Создатель на старости лет.
— Ваша милость, я… я не могу быть принцем!
— Разумеется, — всплеснула руками Рианна, — Севульфы были старшей ветвью. И, учитывая право первородства, ты должен быть сейчас королём!
Сверр не ответил.
— Северин был настоящим властителем, — в голосе старой королевы слышалась горечь утраты. — Ты ведь хотел бы увидеть своего отца? Севериан. Подойди. Ты тут тоже есть. — Она подтолкнула Сверра под руку и провела ближе к столу. Агнея проследила за её взглядом и увидела позади небольшой портрет, выставленный на деревянном пюпитре.
 
На искусно и тонко выписанной картине высокий статный мужчина в приталенном камзоле стоял вполоборота к женщине в пышном платье и услужливо держал протянутую руку, склонившись к спутнице. Пара словно беседовала о чём-то на полотне, позабыв о зрителях. Мужчина с жёсткими, но приятными правильными чертами лица, сероглазый, с серо-пепельными длинными волосами, лежащими на плечах. Его голову украшал тонкий золотой обруч с крупным рубином посередине.
Агнея прищурилась. Если представить его темноволосым, и со сломанным носом, то он действительно напоминал Сверра, особенно глаза.
Миловидная женщина перед королем-великаном на картине едва заметно мягко улыбалась. Толстая и длинная коса перекинута через плечо, одна рука робко протянута к супругу, вторая — покоится на пышных складках на располневшем животе.
Сверр, не отрываясь, смотрел на них. И по его взгляду Агнея поняла, что он узнал женщину на портрете. Сверр нервно вздохнул, плечи вздрогнули. Он дёрнул головой, потом развернулся и стремительно вышел из кабинета, так и не сказав ни слова. Лорды в недоумении переглядывались, хотели последовать за ним, королева остановила их и велела вернуться:
— Постойте! Оставьте Его Высочество в покое. Если он действительно сын своего отца, к нему лучше сейчас не попадать под руку.
Агнея постаралась ускользнуть из кабинета леди Рианны без сопровождения. Меньше всего ей хотелось сейчас слушать остроумные замечания лорда Кая. Спрятаться в поднявшейся суматохе было нетрудно. «Принц вернулся, принц жив» — замок гудел от слухов, расспросов и разговоров.
Агнея не стала возвращаться к себе. Постояв у дверей покоев, она отправилась на верхний ярус, почти всегда пустовавший. Здесь было холодно, ветер намёл снег в узкие щели. Она прошла вдоль стен мимо редких стражей, которые ещё ничего не знали и тихо переговаривались, гадая, отчего так ожил двор внизу. Она ничего им не сказала.
Поднялась на одну из башен, но полукруглая крыша почти полностью закрывала обзор и сквозь бойницы баллист виднелось только серое зимнее небо. Хотя морозы не свирепствовали, от тянущего ветра знобило, мелкая снежная пыль летела в лицо и Агнея, без толку промаявшись и порядком замёрзнув, спустилась к комнатам.
У окна, полусидя, пристроился Малыш, закутанный в плащ и нахохлившийся как ворона. Увидев леди, Хилль поднялся, поклонился, но потом опять печально осел, подперев подоконник.
— А где Сверр? — Агнея запнулась и потупилась. — Севериан… то есть… принц?
— Улетел.
— Улетел? — на миг внутри что-то ухнуло, обдав холодом.
Малыш лениво повёл плечом:
— Он всегда так. Вернётся. Вылетается и вернётся.
Забавно звучало «вылетается». Агнея присела рядом с Хиллем на подоконник.
Малыш вздохнул:
— Он всегда возвращается. Мой отец не вернулся. И брат. А он вернулся. Сверр притащил тогда какого-то сэра Титоса, угодившего в передрягу. И тело моего брата.
По коридору гуляли сквозняки, слышался гул голосов внизу, за окном падал хлопьями снег. Малыш несколько раз набирал воздуха, пока решился спросить:
— А что если всё это? Призывы в Синее Копьё, золото, титулы… Если им нужны вовсе не драконы? То есть не все. Если они просто искали пропавшую королеву, которую как-то упустили? И наследника.
Агнея удивлённо посмотрела на него. Она даже не подумала об этом. Но это могло быть разумным. Малыш заёрзал, устраиваясь поудобнее, подтянул колено и уставился вдаль пустого коридора, подпирая щеку:
 
— Вот матушка узнает. Нам колол дрова наследный принц.
— Да. И чистил лошадей.
Они переглянулись, Малыш тут же опять погрустнел:
— Теперь к нему на козе не подъедешь.
— Нет, Малыш, — Агнея повернулась, ласково улыбнувшись, — только не для тебя.